Охота на волков (Живым не брать) - Соболев Сергей Викторович - Страница 91

На сон Рейндж смог выкроить немногим более трех часов. Для того чтобы восполнить как-то недостаток сна, да и в целом повысить жизненный тонус, он «заряжался» каждые шесть часов, глотая быстрорастворимые капсулы стимулятора «Зеро-21».

Двадцать пятого декабря, в половине одиннадцатого утра, служебная «ГАЗ-2410» традиционного черного цвета, приписанная к оперативно-розыскному отделу московского УФСБ, миновала мост со стороны Речного вокзала и вскоре припарковалась на муниципальной стоянке у одного из многоэтажных зданий по улице Автозаводская, недалеко от станции метро.

Из «волжанки» на заснеженный тротуар выбрались двое молодых мужчин, одетых по погоде, похожих как на средней руки ударников капиталистического труда, так и на служащих госучреждений.

Прежде чем пройти через арочный проезд, Мокрушин задержался на несколько секунд у витрины мини-маркета. Он находился посреди шумного мегаполиса, готовившегося к новогодним празднествам — после Чечни Рейнджа здесь многое удивляло, словно он оказался на другой планете.

Удивляла даже витрина, в которой сейчас отражался.

Но куда более удивительным было то, что в эту минуту в зеркальной витрине отражался федеральный спецагент класса «элита», обладатель «лицензии» и «неограниченного допуска», который появляется в условиях мирной жизни лишь тогда, когда возникает экстремальная ситуация.

Рейндж не забыл о тех выводах, которые они сделали на пару с Черепом. «Дольникова и пацан, — сказал он тогда Черепанову, — вот покамест единственная ниточка...»

Теперь, когда он волею начальства оказался в Москве, грех было не уцепиться за этот самый кончик. Получив от «Мерлона» «добро» и оставив вместо себя на Жуковского Тимоху, Рейндж отправился по тем адресам, где можно было добыть дополнительную информацию, касающуюся Анны Сергеевны Дольниковой, в девичестве Лукиной.

Компанию ему составил Леня Белькевич, который своим обличьем и манерами больше всех из гэрэушников смахивал на сотрудника конторы. Оба они, помимо «мобильников», индивидуальных «маячков» и штатного оружия, имели при себе документы сотрудников Федеральной службы безопасности. Действовать под чужой «крышей» им не впервой, поэтому чувствовали они себя в обличье чекистов вполне комфортно.

Первым в списке значился адрес, по которому были прописаны Сергей Николаевич Лукин, отец Анны, а также его нынешняя супруга и их девятилетний сын, сводный брат Дольниковой.

Квартира Лукиных находилась на третьем этаже. Мокрушин надавил на кнопку дверного звонка. Затем позвонил еще раз, более настойчиво. Тут же послышалось звяканье запоров — входная дверь была довольно мощная, металлическая, израильского производства, с замками системы «Мультилок», — но открыли лишь на ширину дверной цепочки. Женское лицо, возникшее в проеме, принадлежало экономке, дальней родственнице нынешней супруги Сергея Николаевича.

Чекисты дружно продемонстрировали свои служебные корочки.

— Лукины в отъезде, — сообщила женщина. — Числа двадцать восьмого обещались быть в Москве.

— А вы Лидия Михайловна, верно? — Мокрушин спрятал удостоверение в карман. — Вас должны были предупредить о нашем визите.

— М-м... Да, мне звонили из вашего учреждения. Но я, признаться, не поняла, что вам от меня нужно.

— Вы не находите, что разговаривать через дверь не очень-то удобно?

— Ах да, простите...

Звякнув цепочкой, экономка распахнула дверь настежь:

— Проходите, пожалуйста. Только вам придется разуться и надеть шлепки. Сами видите, у нас здесь натертый паркет...

Четырехкомнатная квартира Лукиных содержалась в образцовом порядке. Паркет доведен до зеркального блеска, нигде ни пылинки, ни соринки. Сравнительно недавно сделан евроремонт, на кухне, куда провели гэбэшников, установлено современное оборудование. В общем, видно невооруженным глазом: люди имеют неплохой достаток.

Мокрушин располагал информацией, что семья Лукиных в настоящий момент находится в Германии. Сам Лукин — личность довольно известная. Многократный чемпион страны по стендовой стрельбе, победитель четырех мировых первенств, чемпион Московской олимпиады и т.д. и т.п. Нынче он считается тренером высочайшей квалификации.

С Германией его связывает то, что последние годы он консультирует сборную этой страны, а также работает по контракту с германскими биатлонистами. Хорошо знающие его люди утверждают, что Лукин фанатично предан своему делу. Не только в тренерской деятельности, но и в иных сферах он зарекомендовал себя человеком жестким, порой прямолинейным, не лишенным диктаторских замашек. Понятно, что сочетание этих качеств всегда создает проблемы в личной жизни, но вместе с тем позволяет добиваться впечатляющих результатов на избранной стезе.

Квартира отчасти напоминала музей, потому что здесь во множестве были представлены спортивные трофеи главы семейства: кубки и медали различных достоинств, правительственные награды, дипломы, грамоты и т.п. Что касается экономки, то это была женщина лет пятидесяти с небольшим, типичная провинциалка, которую зажиточные родственники выписали в столицу, с тем чтобы иметь домохозяйку и одновременно сторожа, присматривающего за квартирой во время их отлучек. Две присущие ей черты Рейндж подметил уже в первые минуты общения: домовитость и бойкий язычок — таких за их способность сплетничать по любому поводу называют «кумушками».

Только уселись на стулья, как она тут же отпустила язвительную реплику:

— Я так и знала, что у Аньки будут неприятности! Любаша ведь ее предупреждала. Говорила: «Ты че, Анна, дура?! Куда собралась за тридевять земель? И че, спрашивается, тебе дома не сидится?!»

— Откуда вы взяли, что у Анны Сергеевны неприятности? — поинтересовался Мокрушин. — У вас имеется какая-нибудь информация на этот счет?

— Нет, но я подумала... — Женщина действительно на время призадумалась. — Ваши товарищи приходили неделю назад, так? Звонили несколько раз, спрашивали, нет ли новостей... Теперь вот вы пришли, интересуетесь опять же. Ну я и подумала, что Анна, видать, каких-то делов натворила...