Волк по имени Зайка (СИ) - Гончарова Галина Дмитриевна - Страница 16

Шакр огляделся.

— Была с вами, когда мы пришли. Сидела рядом, шипела на всех.

Белый комок громадным прыжком выметнулся из темноты — и обернулся моей заюшкой. Зверюшка смешно подергала носиком, задвигала ушами и стала подбираться ко мне с намерением ткнуться в руку. Я с наслаждением почесал подставленный лобик.

— Она отвлекла одного из негодяев, я смог его достать.

— а второй достал вас. Кстати — вынесите вашей зайке выговор. Пять луков — и на всех тетива в лохмотья, а она стоит недешево…

— Выношу. Благодарность. Если бы меня положили, они бы опять стрелять начали.

— и так бы… были у них запасные тетивы с собой.

— Их еще поменять надо.

— тоже верно. Умная зверушка.

— Надо будет потом узнать, кто ее выучил. Нам такой человек пригодится. Хоть мне, хоть дяде.

Шакр кивнул.

— Узнаем. А что потом?

— Пятый меня?таки достал. Я его положил, но и сам…

— и кто вас перевязывал?

— не знаю, — честно признался я. — Тут была женщина…

— Женщина?

— Девушка. Такая красивая… как небесное видение. Белые волосы, голубые глаза, само очарование…

— Видно, не так уж вас и зацепило…

— я помню, как она меня перевязывала.

— а потом?

— не знаю. Она меня чем?то напоила, я сознание потерял…

— а в чем она была одета? Крестьянка?

Щекам стало подозрительно горячо. Ушам — тоже.

— Она была обнаженной.

— Вообще?

Я сверкнул глазами. Можно подумать, я сильно рассматривал. У меня было занятие поважнее. Я умирал!

— кажется, да.

— Лесной дух, не иначе — один из солдат сотворил знак Четырехликого.

— Может, и так. Говорят, они действительно красавицы. А волосы точно не зеленые были?

— Вроде белые…

Зоя.

На поляне было весело и людно. Колин уже пришел в себя и что?то рассказывал Шакру. Я подлезла поближе, отметила, что мальчишка мне обрадовался и принялась принюхиваться. Это люди нюхом обделенные, а мы, оборотни, по запаху можем сказать, чистая рана или грязная, как она заживает, даже помрет человек или нет. От умирающих такой запах… своеобразный…

Но рана Колина пахла запекшейся кровью — хорошо, пахла жив–травой, что еще лучше, а судя по тому, что мальчишка вполне хорошо разговаривал и дышал — воздух в нее не попал.

Выживет. Дня три еще пролежит, а потом может бегать. Эта травка с того света и не таких вытаскивала…

Колин как раз рассказывал о своем спасении. Я немного тревожилась — не заметил ли он оборота, но потом успокоилась. Мальчишка явно бредил.

Я — красавица?

Точно, бред. Или головой ударился, когда падал. Ну да ладно, главное, что его спасение списали на лесных духов… странные люди! Придумывают себе что?то…

То богов, то еще чего…

Мы вот точно знаем, что дух леса — это леший. Их может быть много, они вполне ощутимы, коварны, выглядят, как ожившие деревья, только некрупные, потом растут как и деревья, после определенного возраста врастают в землю — и засыпают. Но с оборотнями у них давняя дружба. Мы тоже нужны лесу.

Четверых из отряда Шакра положили, так что осталось шесть человек и Колин. Капитана Крашри допросили и теперь он, связанный, лежал чуть в стороне. Но безнадежностью от него не пахло. Явно что?то задумал… надо за ним ночью приглядеть, все равно не усну в полнолуние?то.

Колин с Шакром тем временем решили, что делать — а именно ехать в замок какого?нибудь лойрио или трайши, кто окажется рядом. Колину надо пару дней отлежаться, опять же, им надо прикупить коней и еще раз допросить Крашри.

Как я поняла из разговора, слова Крашри важны, но не очень. Средне так…

С одной стороны он из низкородных. С другой же — свидетельствовать может. Особенно к сердцу его слова не примут, но если в комплексе с чем?нибудь еще, для короля это окажется убедительным. Самым выгодным будет поместить Крашри куда?нибудь в темницу, пока ситуация не определится. Наверное, Колин прав.

Как его перемещать?

Шакр собирался нарубить ветвей и сделать носилки. Привязать к двум лошадям — и вперед. Все равно пока всем придется двигаться пешком, лошадей?то положили почти всех…

Шакр со своими людьми обыскал убитых. У них оказалось довольно много денег — по нескольку золотых у каждого, не считая серебра и меди. Колин тут же разрешил своим людям поделить эти деньги. Оружие… оружие у них было вполне неплохое. А вот мне чуть не досталось за испорченные луки. Но потом Шакр сказал, что я действовала, видимо, как меня учили. Что вы хотите от зайца?

Не говоря уж о том, что если бы Колина убили,  то сразу стрелять бы не начали. Так что меня гладили, закармливали и почти не спускали с рук. В кустах уединяться и то пришлось, когда все укладывались.

— А нам бы не помешали такие зайцы, — рассуждал Шакр. — Найти, кто ее обучил — и попросить…

Поищи, поищи…

— Интересно, что она еще умеет?

Многое я умею. Но признаваться не буду.

— и что у нее на шее?

Можешь посмотреть — но недолго. Зубы у меня есть. И руку они располосовали бы очень неплохо. Это дикие зайцы так не могут, а я вполне плотоядная.

— посмотреть она не даст, это видно.

— Какая?то она слишком ученая для зайца.

Шарт фыркнул на болтуна, не хуже, чем я.

— Соколов учат, собак, кошек, почему не зайцев? Если они через обод от бочки прыгают?

Ага, попрыгаю я тебе, ночью, по голове, умник…

— Да, нам бы десяток таких.

— Ага, отряд ручных зайцев.

Все засмеялись. Я блаженствовала у огня.

— И костра она не боится.

— Домашняя девочка, хорошая, умная…

Колин погладил меня по грязной шерсти. Я подалась поближе, чтобы еще и лоб почесал.

— Если у меня будет личный герб — я знаю, что на нем изобразить. Она мне сегодня жизнь спасла.

— Вы ей, она вам, все справедливо.

Я дернула ушами на слова Шакра. А ведь и правда, сегодня мы сквитались.

А что теперь?

Все уже уснули, а я лежала на груди у Колина, грела его, грелась сама и думала. Я могу уйти в любой миг и сейчас уже имею на это право. Долг жизни заплачен, у меня своя дорога, у Колина своя.

Могу уйти. А хочется ли мне уходить?

Вот тут вопрос.

Пока мне и уходить не хочется, и… будем честны. Я боюсь.

Эту компанию людей я знаю, а в любом другом месте я буду беззащитна. Да и мне надо еще добраться до деревни, осмотреться там, пожить пару дней, чтобы решить, чего я хочу….

Пока же безопаснее двигаться с Колином и его компанией.

Скорость, уют, безопасность… я все это получаю вместе с ними. Стоит ли отказываться, пока нет ничего взамен?

Нет, пока мне лучше поехать с ними, а там посмотрим. Главное, не раскрываться.

Я устроилась поудобнее. Колин уже уснул, а я все еще бдила. И дождалась.

Мы называем его часом лешего. Самый тяжкий предрассветный час, когда всех мучают кошмары, когда люди умирают, а лошади укладываются на землю и ждут рассвета, а ночь сгущается, трогает холодными липкими пальцами плечи и кажется, что утро никогда не придет.

Колин спал глубоким спокойным сном. Придремал и часовой, а вот пленник, наоборот, оживился. Мне даже поворачиваться не надо было, чтобы видеть — преимущество заячьих глаз.

Потянулся головой к воротнику, ухватил поудобнее декоративную отделку зубами, рванул, еще раз и еще, стараясь не шуметь — и в траву выпало небольшое, но очень острое лезвие без рукояти.

Как интересно?то…

Я не стала ждать, пока он перепилит веревки, вот еще не хватало. Потихоньку подползла к Шакру — и чувствительно цапнула его за руку.

И тут же отскочила в сторону.

Вовремя.

Старый вояка явно попытался лишить Колина домашнего любимца. Таким ударом из меня бы заячий блинчик с глазками получился. Не вышло.

Крашри замер, но было поздно. Шакр проснулся, огляделся, увидел меня, потом увидел Крашри, изогнувшегося в тщетной попытке достать лезвие — и все понял.

— Ах ты ж…

Какие интересное слово. А я таких и не знала? Надо запомнить…

Шакр поднялся, пнул ногой капитана, возвращая его на место, обстоятельно завязал ему рот полосой ткани, в которой я опознала использованный бинт, прикарманил лезвие…