Источник Вознесения - Сандерсон Брэндон - Страница 156

Сопротивление, влажный звук удара, отдача – все это теперь было так знакомо. Яркая кровь колосса брызнула во все стороны, и еще одно чудовище упало.

А сила Сэйзеда закончилась.

Он опустошил пьютер, и теперь меч колосса показался слишком тяжелым. Террисиец попытался замахнуться на очередного врага, но оружие выскользнуло из ослабевших, онемевших, уставших пальцев.

Этот колосс был огромным – почти двенадцать футов ростом, – самым громадным чудищем из всех, кого Сэйзеду доводилось видеть. Он попытался отступить, но споткнулся о тело только что убитого солдата. Упал, и ряды людей наконец-то дрогнули, последний десяток защитников разбежался. Они хорошо сражались. Слишком хорошо. Может, если бы он позволил им отступить…

«Нет, – подумал Сэйзед, глядя на свою смерть. – Кажется, я все сделал правильно. Лучше, чем мог бы сделать ученый».

Он подумал о кольцах на своих пальцах. Наверное, они бы дали ему небольшое преимущество, позволили сбежать. Спастись. Но он не видел смысла. Зачем сопротивляться? Зачем он вообще сопротивлялся? Знал же, что они обречены.

«Ты ошибалась во мне, Тиндвил. Я иногда сдаюсь. Я сдал этот город уже давно».

Колосс, возвышавшийся над распростертым в кровавой луже Сэйзедом, поднял меч. За плечом твари Сэйзед видел красное солнце, зависшее прямо над стеной. Террисиец сосредоточился на нем, а не на опускавшемся мече. Лучи солнечного света походили… на осколки стекла в небе.

Свет переливался, блестел. Будто само солнце спускалось, чтобы принять его душу.

«И теперь я умру…»

Блестящая капля мелькнула, ударив колосса прямо в затылок. Существо охнуло, застыло, выронило меч. Тяжело рухнуло на бок, а Сэйзед на миг замер, точно громом пораженный. Потом посмотрел на стену.

Там стояла маленькая фигура, подсвеченная солнцем. Плащ, колыхавшийся на ее плечах, в красном свете казался черным. Сэйзед моргнул. Значит, капля света, которую он увидел… была монетой. Он перевел взгляд на мертвого колосса.

Вин вернулась.

Она прыгнула, взмыв над площадью с грацией алломанта. Приземлилась точно посреди толпы колоссов и завертелась. Монеты летели, как злобные насекомые, пробивая синюю плоть. Для тварей эти раны не были такими серьезными, как для людей, но атака все же привлекла их внимание. Колоссы отвернулись от убегающих солдат и беззащитных горожан.

И тут запели скаа, по-прежнему находившиеся в дальней части площади. Эти звуки показались невероятными на поле боя. Сэйзед сел, позабыв про боль и усталость. Вин снова прыгнула – городские ворота вдруг дернулись, петли заскрипели. Колоссы с таким усердием колотили в них…

Массивные деревянные створки оторвались от стены, повинуясь притяжению Вин.

«Что за сила, – поразился Сэйзед. – Она должна тянуть что-то позади себя, значит бедняжка зависла между двумя предметами, тяжеленными, как и эти ворота».

И все же Вин это делала – поднимала ворота плашмя и тянула к себе. Огромная створка из твердого дерева обрушилась на ряды колоссов. Вин мастерски крутанулась в воздухе, потянув себя в сторону, и ворота вильнули в том же направлении, словно были привязаны к ней цепью.

Колоссов раскидало в стороны, точно щепки, – одним движением Вин очистила весь двор.

Ворота упали. Рожденная туманом приземлилась посреди груды мертвых тел, молча подбросив чей-то боевой посох и поймав его одной рукой. Оставшиеся за воротами колоссы приостановились только на секунду, потом ринулись в атаку. Вин начала бить быстро и точно. Черепа трещали, колоссы падали мертвыми, пытаясь лишь подобраться к ней. Вот она завертелась, повалив нескольких на землю, забрызгав их кровью тех, кто бежал позади.

«Я… я должен что-то сделать, – стряхивая оцепенение, подумал Сэйзед. Он все еще был полуобнажен и не чувствовал холода из-за латунной метапамяти, которая почти опустела. Вин продолжала драться, колоссы падали один за другим. – Даже ее силы не хватит на всех. Она не спасет город в одиночку».

Сэйзед заставил себя встать и двинулся к краю площади; схватил за плечи старика в первых рядах скаа, заставив его прекратить песнопения.

– Вы были правы, – сказал Сэйзед. – Она вернулась.

– Да, Святой Первый Свидетель.

– Думаю, она выиграет нам немного времени, – продолжал Сэйзед. – Колоссы прорвались в город. Нам надо собрать тех, кто еще жив, и бежать.

Старик помедлил, и на миг Сэйзеду показалось, что он будет возражать – заявит, что Вин должна спасти их, сразив целую армию врагов. Но старик, к счастью, кивнул.

– Мы побежим к северным воротам, – быстро, пока он не передумал, сказал Сэйзед. – Там колоссы прорвались в самом начале и наверняка уже покинули те кварталы.

«Я надеюсь на это», – подумал Сэйзед, торопливо передавая предупреждение.

Отступившие должны были прятаться в замках знати. Может быть, там еще не всех убили.

«Вот так, – думал Бриз. – Я все-таки оказался трусом».

Это стало не таким уж удивительным открытием. Он всегда знал, что для мужчины важно понимать себя, и всегда был осведомлен насчет собственного эгоизма. Поэтому вовсе не ужаснулся, когда скорчился у осыпающейся кирпичной стены старого дома скаа и прижал ладони к ушам, чтобы не слышать криков снаружи.

Куда подевался гордец? Внимательный дипломат, гасильщик в безукоризненных костюмах? Он исчез, осталось лишь дрожащее, беспомощное тело. Бриз несколько раз пытался зажечь латунь, погасить сражавшихся снаружи людей. Но оказался неспособен даже на такое простейшее действие. Он не мог даже двигаться.

Если не считать за действие дрожь.

«Очаровательно, – подумал Бриз, словно глядя на себя со стороны – на жалкое существо в разорванной, окровавленной одежде. – Так вот что случается со мной, когда я как следует испуган? Какая ирония судьбы. Я всю жизнь контролировал эмоции других людей. А теперь я ничего не могу сделать, настолько силен мой страх».

Сражение снаружи продолжалось. Оно длилось немыслимо долго. Разве солдаты не должны были уже умереть?

– Бриз?

Он не смог пошевелиться:

«Голос Хэма. Смешно. Он же наверняка мертв, как и все».

– Вседержитель! – воскликнул Хэм, показываясь перед Бризом. Одна его рука висела на окровавленной перевязи. Громила поспешно опустился рядом. – Ты меня слышишь, Бриз?

– Мы видели, как он спрятался здесь, – послышался еще голос.

«Солдат?»

– Он укрылся во время сражения. Но мы чувствовали, как он гасил нас. Поддерживал в нас боевой дух. Когда лорд Кладент умер…

«Я трус».

Кто-то еще появился рядом. Сэйзед! Очень обеспокоенный.

– Бриз, – Хэм склонился к нему, – моя крепость пала, ворота Сэйзеда тоже. Мы больше часа ничего не слышали от Доксона, и мы нашли тело Колченога. Пожалуйста. Колоссы уничтожают город. Нам надо знать, что делать.

«Не спрашивай меня», – сказал Бриз… или попытался сказать.

Он мог лишь бормотать.

– Я не могу тебя нести, – продолжал Хэм. – Рука почти бесполезна.

«Вот и хорошо, – подумал Бриз. – Видишь ли, дружище, я больше ни на что не гожусь. Вы идите. Просто оставьте меня тут».

Хэм беспомощно посмотрел на Сэйзеда.

– Поторопитесь, лорд Хэммонд, – подал голос террисиец. – Солдаты понесут раненых. Мы пробьемся к Гастингу. Может, сумеем там укрыться. Или… колоссы будут слишком заняты, чтобы помешать нам сбежать из города.

«Заняты? – подумал Бриз. – Заняты убийствами, ты хотел сказать. Что ж, немного утешительно осознавать, что все мы трусы. А если я еще немного тут полежу, то смогу уснуть… и все забуду».

54

Посох Вин сломался, когда она врезала им по лицу колосса.