Пылающий берег (Горящий берег) - Смит Уилбур - Страница 180

— Я пришла, чтобы заключить с тобой сделку. — Ее голос был ледяным, ибо она наконец-то овладела собой. — Я пришла предложить тебе работу.

— Что за сделка? Если ты являешься частью этой сделки, то я принимаю ее еще до того, как ты назовешь свои условия.

— Нет. — Сантен покачала головой. — Я бы раньше убила себя.

Лотар зло вскинул подбородок, хотя в глазах по-прежнему светились обида и боль.

— В тебе нет ни капли жалости.

— Этому я, по-видимому, выучилась у тебя.

— Так каковы твои условия?

— Ты отвезешь меня обратно к тому месту в пустыне, где нашел меня. Ты обеспечишь меня транспортом, слугами и всем необходимым, чтобы я добралась до горы и смогла просуществовать там год.

— Зачем тебе надо туда ехать?

— Это тебя не касается.

— Неверно. Еще как касается. Почему тебе нужен именно я?

— Потому что я сама искала бы это место годы и умерла бы, так и не отыскав его.

Лотар кивнул.

— Правильно. Но то, о чем ты просишь, будет стоить очень дорого. Все, что я имею, это компания. В кармане у меня нет ни шиллинга.

— Мне нужны только твои услуги. Я заплачу за транспорт, за оборудование и заплачу слугам.

— Тогда это возможно, а что я получу от этой сделки?

— В обмен, — Сантен положила руку себе на живот, — я отдам тебе ублюдка, которого ты оставил во мне.

Лотар побледнел, уставившись на нее, как безумный.

— Сантен. — Краски возвратились на его лицо, какая-то безмерная радость начинала светиться в глазах. — Ребенок! Ты носишь нашего ребенка!

Инстинктивно он двинулся к ней опять.

— Стой на месте, — оборвала его Сантен. — Он принадлежит одному тебе. Я не хочу иметь к нему никакого отношения после того, как он родится. Я не захочу даже видеть его. Ты заберешь его сразу после родов и можешь делать с ним все, что пожелаешь. Мне он не нужен. Я ненавижу его — и ненавижу тебя, который наградил меня им.

На фургонах Лотара путь от Места Вечной Жизни до Перста Божия, где у них была встреча с Гарри Кортни, занял несколько недель. На этот раз, чтобы вернуться к горному кряжу, потребовалось всего восемь дней. Путь мог быть еще быстрее, если бы не приходилось задерживаться из-за строительства дороги для грузового транспорта, проходившей через несколько скалистых долин и бесчисленные высохшие русла рек. Дважды Лотару пришлось закладывать динамит, чтобы пробиться через скалы.

Конвой состоял из «форда» и двух грузовиков, купленных Сантен в Виндхуке. Лотар подыскал шесть слуг для лагеря, двух черных водителей грузовиков, а в качестве телохранителя Сантен и надсмотрщика в лагере выбрал своего давнего напарника Сварта Хендрика.

— Но я не могу доверять ему, — запротестовала Сантен. — Он же все равно что лев-людоед.

— Ты можешь доверять ему, — заверил Лотар, — так как ему известно, что если подведет тебя хотя бы и в малейшей степени, я убью его, и умирать он будет медленной, медленной смертью.

Лотар произнес эту тираду в присутствии самого Хендрика. Тот лишь весело ухмыльнулся:

— Это верно, госпожа, он именно так с другими и поступал.

Лотар ехал в головном грузовике со Свартом Хендриком и строительной бригадой. В местах, покрытых лесом, чернокожие рабочие бежали впереди с трудом продвигавшегося конвоя, прорубая дорогу. Когда лес расступался перед ними, они забирались на грузовик и теснились там, пока конвой с грохотом и на скорости двигался вперед. Второй грузовик, тяжело нагруженный оборудованием и другими грузами, двигался вслед за первым, а Сантен за рулем «форда» ехала в самом конце колонны.

Каждый вечер она требовала, чтобы ее палатку ставили отдельно от других. Обедала одна, а потом укладывалась спать, положив подле кровати заряженное ружье. Лотар, казалось, принял условия ее контракта: держался он с достоинством, только стал крайне молчалив и заговаривал с Сантен лишь в случаях, когда этого требовало дело.

Как-то утром, когда они неожиданно остановились, Сантен выбралась из своего «форда» и в нетерпении поспешила к голове колонны. Ведущая машина налетела на заячью нору и сломала переднюю ось. Лотар вместе с шофером возился с грузовиком. Он снял рубашку и стоял к Сантен спиной, а потому не услышал ее приближения.

Она же остановилась как вкопанная, увидев, как напрягаются мускулы, и не сводила ошеломленного взгляда с ужасного лилового шрама там, где пуля вырвала кожу на спине.

«Она прошла совсем близко от легкого!»

Почувствовав вдруг острую жалость, Сантен повернула обратно. Все злые слова, готовые сорваться с губ, остались невысказанными, она незамеченной вернулась в свой «форд».

Когда наконец на восьмой день пути далеко впереди они увидели гору, гигантской оранжевой аркой плывущую в сверкавшем озере горячего воздуха, Сантен остановилась и, взобравшись на капот своего «форда», долго и пристально смотрела вдаль. Сотни обрывочных воспоминаний нахлынули на нее, пробудив массу противоречивых чувств. То были и невероятная радость от возвращения домой, и нестерпимая скорбь, и ужасные сомнения, давившие невыносимой тяжестью.

Лотар пробудил ее от ее воспоминаний: он подошел, а она его даже не заметила.

— Ты не сказала мне, в какое точно место доставить тебя.

— К дереву, где был лев. К месту, где ты нашел меня.

Следы когтей зверя были все еще видны на ободранном стволе мопани, его кости валялись здесь же в траве, белея на солнце.

В течение двух дней Лотар и его люди работали над сооружением постоянной и прочной стоянки для Сантен. Они окружили одинокое дерево частоколом из стволов мопани, а с внешней стороны наложили колючих веток, защитив от хищников.

Вырыли яму для туалета, загородив ее со всех сторон и соединив с частоколом тоннелем из столбов, также перевязанных колючками. Палатку Сантен установили посередине лагеря в тени дерева, а перед ней соорудили открытый очаг, где можно было разводить огонь. У входа в лагерь в частоколе сделали тяжелые крепкие ворота и построили хижину для охраны.

— Сварт Хендрик будет спать здесь и всегда услышит, если вдруг ты позовешь его, — сказал Лотар.

У лесной опушки, в двухстах шагах от лагеря, построили еще один частокол — для слуг и рабочих. Когда все было закончено, Лотар снова подошел к Сантен.