Троны Хроноса - Смит Шервуд - Страница 119

Экран прояснился после скачка, и мостик тряхнуло.

— Кормовая рапторная башня альфа уничтожена, — доложил после паузы контроль повреждений.

— Тактический скачок, быстро! — Скачковые снова взвыли. Двигатели перегревались.

Нукиэль швырял свой крейсер туда-сюда, словно эсминец.

— Долго мы так не выдержим, — сказал Эфрик.

— Чем дольше мы его держим, тем дольше избавляем от него кого-то другого.

Эфрик пожал плечами — это был, конечно, не ответ.

— Интересно, кто такой этот рифтер. Уж точно не Й'Мармор — за ним таких талантов сроду не числилось.

Нукиэль помолчал, вглядываясь в тактический экран, и отдал новый набор команд.

— Это не так уж важно. Кто бы он ни был, воюет он блестяще.

Внимание командора привлек новый глиф на тактическом экране. Он не сразу понял, что означает этот символ — эскадра мелких кораблей, что ли? Нет, их бывший астероид, теперь превратившийся в несколько астероидов. Камни, образовавшиеся от попадания гиперснаряда в момент скачка, растянулись в узкий длинный риф, занимающий несколько световых секунд. Бой увлекал «Мбва Кали» к тому краю рифа, который был направлен к скачковому радиусу системы Пожирателя Солнц, отстоящему от них на несколько световых минут глиф указал координаты и загорелся зеленым огнем: даже для мощных сенсоров крейсера камни были почти невидимы. А на эсминце могут их и вовсе не заметить.

Эта мысль распустилась в уме Нукиэля пышным цветом, точно сама Богиня поместила ее туда. Он не сдержал счастливого смеха.

— Навигация, оставьте это. Передаю новые координаты. Тактика, подключитесь ко мне.

— Что стряслось? — спросил Эфрик. Нукиэль вкратце объяснил свой замысел ему и Роган. — Рискованно, очень рискованно, — сказал Эфрик, — но и умно. Как раз то, на что можно подловить этого засранца.

— Согласна, — сказала Роган. — Но послушайте; мы окажемся в опасной близости от радиуса, даже если все пройдет как надо, и с огромной реальной скоростью, увлекающей нас в систему. Энергетическое поле тут же вырубит нас, если мы в него попадем, и если нас не проглотит черная дыра, то звезда-спутник вполне может взорваться, прежде чем мы выберемся с другой стороны.

— Ничего не поделаешь, — сказал Нукиэль. — Упускать такой шанс нельзя.

— Верно, — подтвердил Эфрик. — Притом мы можем войти в историю.

— Это зависит от того, кто эту историю будет писать. Так что давайте обеспечим эту привилегию Флоту.

Логос загонял крейсер все ближе к энергетическому полю, и Таллиса, да и всех на мостике, охватило какое-то безумное ликование. Похоже было, что они все-таки выйдут из этой переделки живыми.

Теперь тактика логоса стала ясна даже Таллису: он прижимал крейсер к эксклюзивной зоне, ограничивая его свободу. Панархистский капитан мог, разумеется, выйти из боя, но не выходил. Таллис жалел, что у него самого нет такой возможности, несмотря на намечающийся успех. Ювяшжт просто пошлет их в новый бой, только и всего.

Он включил командный канал связи, строго следя за своими голосовыми связками, и спросил:

(Примерное время уничтожения врага?)

(ТРИ ЦЕЛЫХ ПЯТЬ ДЕСЯТЫХ МИНУТЫ.)

Таллис выключил связь, проверил себя еще раз и соединился с Кирой.

(Кажется, пора объявлять твой номер. Логос говорит, осталось меньше четырех минут.)

(Есть такое дело. Приготовься — могут быть небольшие осложнения.)

(Ты ж говорила, что все пройдет легко?)

Она не ответила.

Таллис сердито глянул на главный экран и поморщился, когда луч раптора снова прошел совсем рядом.

— Разряд раптора с кормы по левому борту, — доложил контроль повреждений. — Повреждения незначительны.

Они были теперь в нескольких светосекундах от радиуса и двигались с нежелательно высокой реальной скоростью. Звезды пронеслись по экрану, и прицел остановился на блестящей точке. Одно из его перекрестий удлинилось — это подзаряжался гиперснаряд.

Внезапно пульт Эсбарта громко заверещал.

— Мусорный риф курсом на столкновение, приближается по пятнадцати сотых це! — крикнул техник.

Таллис, выругавшись, стукнул кулаком по скачковой клавише — но скачка не последовало.

Руонн приблизился к Тронам Матрии, гордо неся в руках свой громадный шестек. Та, что занимала центральный Трон, шевельнулась, — и волны теплой, душистой воды хлынули к его ногам. Он остановился и отвесил поклон.

— Мы воздаем честь Руонну динар-Айярмвндилу, ныне Патенту. — Голос матроны пронзил его сладким предвкушением. — Мы остались очень довольны твоей информацией — подобного богатства Низ еще не видел.

Он взошел к ее Трону, и она откинулась назад, чтобы принять его, и открылась ему во всей своей огромности. Руонн вошел в нее, и его шестек начал пронизывать его волнами невыразимой эйфории. Она рычала от удовольствия, и этот звук отзывался в нем глубоким резонансом. Руонн посмотрел вниз, и его желание еще усилилось при виде зарывшегося в нее шестека.

Но внезапно Тронный Зал вокруг него затрясся, и вода с шумом выплеснулась. Руонн не обращал на это внимания, стремясь уйти еще глубже в Матерь Барки, но наслаждение сменилось жуткой болью. С ужасом и недоверием он взглянул вниз...

И увидел, что ее отверстие, окружающее шестек, щерится острыми зубами.

«Коготь дьявола» тряхнуло, и Таллиса выбросило из кресла, но это спасло ему жизнь: передняя переборка лопнула с треском, и несколько лучей пронзило мостик. Голова Эсбарта превратилась в струю пара, а тело в корчах упало на палубу. Другие тоже падали с криком, скошенные раскаленными добела обломками переборки и последовавшей за лучами шрапнелью.

Таллис поднял глаза как раз вовремя, чтобы увидеть на одном из экранов, как кусок расстрелянного ими астероида врезался в их снарядную трубку. Трубка согнулась, как соломинка в бокале, и разлетелась на осколки до половины своей длины. Из нее выкатился плазменный шар — преждевременная эякуляция, вызванная растворившимся в ней гиперснарядом. Ужасный вопль, похожий на крик умирающего, прорезал уши Таллиса. Он лихорадочно попытался оборвать свою связь с логосом, но вопль шел из всех динамиков мостика.

— Блин! — срывающимся голосом заорал Таллис. — Что происходит? Контроль повреждений! Убери этот гадский шум!

— Уничтожена снарядная трубка, гиперснаряд... — деревянным голосом начал оператор контроля повреждений. Он не пострадал, но был в шоке.

— Это я сам вижу, придурок! Почему скачковые не работают?

Вопль оборвался.

— Скачковые в норме, — возразил контроль повреждений. Таллис посмотрел на него и крикнул:

— Навигация! Убери нас отсюда!

Звёзды пронеслись по экрану и исчезли — это сработали скачковые. Должарианцы, конечно, отрежут им энергию, но к тому времени он будет уже далеко. У него будет достаточно времени, чтобы запустить реакторы и смыться из Тысячи Солнц насовсем. Кто бы ни выиграл бой, «Когтю дьявола» с его командой нет больше места в заселенном человеком космосе.

— Леннарт, что там с этим сраным логосом? — спросил Таллис и с опозданием спохватился, что произнес это вслух. Но ему было уже все равно.

— Не знаю. Полного контроля я не получила, но он не проявляет активности. Корабль твой, капитан. — Она оглядела бойню, царящую на мостике, и у нее вырвался истерический смешок. — Именно это случилось с Руонном — и логос, видимо, от шока тоже загнулся.

— По-твоему, это смешно? — заорал Таллис так, что в глотке запершило, и поперхнулся от смрада горелого мяса и крови. Кругом стонали, и медик ходил от пульта к пульту, занимаясь ранеными.

— Нет. — Кира, внезапно отрезвев, сделала глубокий дрожащий вдох. — Зато мы живы.

— Да. Мы живы. Это здорово. — Он плюхнулся обратно в свое кресло. — В этом что-то есть, не так ли?

Но особого счастья он пока не испытывал.

* * *

— Производительность радиантов двадцать пять с половиной процентов и продолжает понижаться. Окончательный отказ двигателей ожидается через двадцать минут.