Веселая вдовушка - Смит Хейвуд - Страница 27

Усевшись, он принялся растирать занемевшую шею. Даже небритый и грязный, Гэррэт был чрезвычайно, удручающе красив, но его красота отчего-то вызывала у неё раздражение.

Вдруг Элизабет сообразила, что она сама сейчас, вероятно, похожа на замарашку, и торопливо принялась поправлять спутанные волосы.

Крейтон длинно, с рычанием зевнул.

— У нас осталось что-нибудь поесть?

Бесс развязала узелок и осмотрела его скудное содержимое: несколько ломтиков сыра и три окаменевших сухаря.

Она разделила остатки провизии, взяла свою порцию и присела на низкий каменный выступ, чтобы перекусить. Крейтон расположился рядом на большом камне.

Есть всухомятку было не просто. Пища застревала в горле, но Элизабет мутило при одной мысли о виски. Зато Крейтон одним глотком прикончил бутылку и отшвырнул прочь. Закончив трапезу, он встал.

— Пора двигаться дальше. Собери свои вещи, Бесс. Не забыла, что тебе делать в том случае, если мы разделимся?

— Ты мне уже трижды говорил об этом, — огрызнулась Элизабет. — Я же не ребёнок.

— Кто же в этом усомнится? — Гэррэт кивком велел ей выйти из пещеры и двинулся следом. — Но если обстоятельства нас разлучат и ты не встретишь в Сейлсбьюри Гвиннет с нашими вещами…

Поняв, что Гэррэт не оставит её в покое, Элизабет остановилась и заученно повторила:

— Я пойду в англиканский собор в Сейлсбьюри и найду отца Снида, затем куплю провизии на дорогу и поспешу в замок Рейвенволд.

— Всё верно.

В лесу царила зябкая предутренняя тьма. У ручья путники остановились, напоили коней и выехали в поля.

Элизабет удивилась тому, как безошибочно Гэррэт находил дорогу в кромешной тьме. У неё самой только и хватало сил, чтобы удержаться на неосёдланной лошади и не слишком отставать от мужа.

Скачка продолжалась, а тем временем небо на востоке посветлело, что позволило Элизабет определить, что их путь пролегал в юго-западном направлении. На холме у опушки леса Крейтон остановил коня. К подножию прилепился сонный городок.

— Что это за город? — спросила Элизабет.

— Не знаю. Я никогда не бывал в этих краях. Может быть, Альтон… или же Фарнхэм либо Гилдфорд. Эти провинциальные городки все на одно лицо.

Он указал на крытый черепицей приземистый дом.

— Зато постоялый двор я всегда узнаю с первого взгляда. Отдохнём до восхода солнца вот в том леске — а потом я отправлюсь в город и добуду еды. Так, пожалуй, будет разумнее.

— Без меня? — испугалась Элизабет. — Ты оставишь меня здесь одну, без защиты?

— Честно говоря, Бесс, ты не производишь впечатления слишком уж беззащитной женщины.

Крейтон остановил коня и спешился.

— Если в городе стоит гарнизон «железнобоких», ты, оставаясь в роще, рискуешь куда меньше моего. Поэтому я отправлюсь в город со спокойным сердцем — к тому же, случись что, ты не будешь меня отвлекать. В одиночку мне будет проще выбраться из любой передряги.

Элизабет до того устала, что у неё не было ни сил, ни желания спорить. Соскользнув на землю, она привязала лошадь и, обессиленная, опустилась на траву рядом с могучим дубом.

Когда солнце поднялось совсем высоко, Крейтон встал.

— Я отправляюсь в город, Бесс. Будь осторожна.

Нахлобучив шляпу, он ухватил повод коня. Ужаснувшись, Элизабет бросилась вслед за мужем:

— Погоди! Неужели ты и вправду оставишь меня одну? Известно ли тебе, что способны сотворить «железнобокие» с одинокой женщиной? Я слыхала…

— Довольно, женщина!

Крейтон остановился так резко, что она едва на него не налетела.

— Иногда приходится выбирать из двух зол меньшее. Поверь, мне вовсе не хочется бросать тебя в одиночестве, но иначе никак нельзя.

Он в упор поглядел на Элизабет.

— Если что-то случится — меня не жди. По этой дороге до поворота на Винчестер всего несколько миль. Поезжай, но будь осторожна. Если на дороге будут люди, скачи что есть духу прямо по полям на запад. В Винчестере ты сможешь купить карету, нанять охрану и кучера, чтобы добраться до Сейлсбьюри. Когда найдёшь отца Снида…

— Ты говоришь мне об этом в четвёртый раз.

Элизабет вдруг поняла, что вовсе не сердится на Гэррэта. Неужели он и вправду беспокоится о ней? Удивительное дело, но теперь и она вне себя от тревоги. Может статься, Гэррэт отправится прямиком в лапы «железнобоким». Элизабет уже привыкла, что он всё время рядом… И лишь сейчас осознала: одна только близость Гэррэта прибавляет ей уверенности в собственных силах.

Крейтон посмотрел вниз:

— Если этот городок окажется логовом «железнобоких», нам несдобровать.

И вдруг с силой притянул к себе женщину и крепко поцеловал в губы.

Элизабет точно громом поразило, и всё же она неумело и страстно ответила на его поцелуй. От вкуса его твёрдых обжигающих губ у неё закружилась голова, и желание жаркой истомой всколыхнулось в груди. Впервые в жизни её так целовал мужчина.

Крейтон оборвал поцелуй и отстранился. Вскочив на коня, он одарил Элизабет странным, чуть грустным взглядом.

— Пообещай мне кое-что, Бесс.

— Что? — едва слышно выдохнула Элизабет.

— Если меня убьют, постарайся хоть немного погоревать.

Не прибавив больше ни слова, Гэррэт ударил пятками коня и помчался к городу. У Элизабет подкосились ноги, она медленно опустилась на землю. Буря противоречивых чувств захлестнула её с головой.

Почему он так сказал? Неужели хотел намекнуть на ту злополучную ночь?

Нет. Гибель Крейтона не принесла бы ей ни счастья, ни радости.

Но зато сделала бы свободной.

Двумя днями позже, когда время перевалило за полдень, карета, в которой сидела Элизабет, въехала на мощёный двор кафедрального собора Сейлсбьюри. По её поручению кучер навёл в городе справки о повозках с багажом, но местные жители, похоже, ничего не видели и не слышали. К волнениям за судьбу Крейтона добавилось теперь беспокойство о Гвиннет и других слугах. Ничего не оставалось, как найти отца Снида.

Из окна кареты Элизабет разглядывала собор. Поколения верных католиков щедро жертвовали на строительство этого великолепного здания, но англиканская церковь забрала его себе, и теперь он высился, точно памятник ереси и расколу.

Элизабет никогда не видела такого величественного здания. Собор возвышался над городом, словно библейский царь над толпой покорных подданных.

Отец Снид, должно быть, важная птица, если заслужил должность в таком великолепном храме.

Карета подкатила к самому входу. Служка отворил перед Элизабет дверцу, находившуюся сбоку от огромных ворот собора.

Элизабет поднялась по каменным ступеням и оказалась в сумрачном гулком зале. Навстречу ей по центральному проходу уже спешил церковный староста.

— Добрый день, миледи.

— Добрый день, — кивнула Элизабет. — Я ищу отца Снида.

— Ага. Отца Снида. — Староста сложил руки на животе. — Он что же, ожидает миледи?

— Нет. — Запахнув роскошный плащ над изодранным грязным платьем, она окинула старосту властным взглядом. — Так здесь он или нет?

— Разумеется, здесь, миледи. — Церковный староста возвёл очи горе, будто призывая господа в свидетели своей правоты. — И что же мне сказать, если он захочет узнать, кто его спрашивает?

— Графиня Рейвенволд. — Она помолчала и, сделав над собой усилие, прибавила: — Я супруга виконта Крейтона. Мой… муж послал меня к отцу Сниду. Я должна увидеться с ним немедленно.

Церковный староста пожирал глазами её дорогой плащ.

— Будет исполнено, миледи.

Он свернул в боковой неф и исчез в гулком полумраке.

В ожидании отца Снида Элизабет разглядывала собор, с болью отмечая опустошения, произведённые в его убранстве протестантскими фанатиками. И тут за её спиной раздался громкий голос:

— Так виконт Крейтон наконец женился! Воистину, господь услышал мои молитвы!

Элизабет обернулась — и столкнулась с пристальным взглядом добродушного седовласого священника.

— Отец Снид?

— К вашим услугам, миледи.