Леди-обманщица - Смит Бобби - Страница 4

Джек не знал, каким образом судьба ухитрилась свести их в одном салуне в один вечер, но очень обрадовался этой встрече. Ему давно хотелось увидеть Люка.

— Похоже, я знаю тебя, друг, — довольно громко произнес Джек.

При звуке низкого мужского голоса Люк внутренне напрягся. Уже не однажды его приветствовали подобными словами, после коих начиналось… В голосе, который только что раздался, Люк различил знакомые нотки, и это его еще больше встревожило. Несомненно, с человеком, который окликнул его, он уже встречался. Тут Люк спохватился, что оставил свое оружие в гостинице, и у него неприятно засосало под ложечкой.

— Я новый человек в этом городе, — спокойно произнес Люк, не оборачиваясь.

После этого Люк аккуратно поставил стакан на стойку и стал медленно поворачивать голову в сторону говорившего. При этом он старался держать руки подальше от туловища и вообще не делать резких движений, чтобы тот человек не воспринял случайно его действия, как попытку использовать оружие.

— Я это заметил, — произнес Джек.

Наконец, Люк смог хотя бы уголком глаза увидеть того, кто с ним говорил. Им оказался высокий темноволосый мужчина, вся фигура которого дышала силой и властью. Он и револьвер носил так, будто родился вместе с ним. И вот Люк повернулся к нему так, что их взгляды встретились.

Внезапно незнакомец, который, по мнению Люка, вел дело к потасовке, улыбнулся.

— Какого черта ты торчишь в Остине, Люк? — спросил он.

— Джек! — радостно воскликнул Люк. — Не могу поверить!

— И я тоже, — продолжал улыбаться Джек.

Внутреннее напряжение, которое испытывал Люк всего минуту назад, полностью исчезло, и он радостно уставился на приятеля, которого не видел со времен войны.

Стиснув ладони в рукопожатии, они свободными руками с энтузиазмом колотили друг друга по спине.

При этом многие из посетителей салуна с облегчением вздохнули, поскольку еще минуту назад им казалось, что без стрельбы здесь дело не обойдется.

Джек заказал виски и вместе с Люком уселся за столик в отдаленном углу, чтобы поговорить о том, как они жили все эти годы вдали друг от друга.

Их юность прошла в Джорджии, и они несколько лет подряд дружили. Джек вырос на плантации в Ривервуде по соседству с поместьем Мейджорсов «Белгров». Они потеряли друг друга во время войны. Получилось так, что, когда Люк вернулся в родной дом, Джек покинул свою плантацию.

— Последнее, что я узнал от соседей, это о твоем отъезде в Техас, — произнес Люк, все еще радостно переживая приятную неожиданность.

— Здесь я и задержался, — кивнул в знак согласия Джек. — А в Ривервуде ничего не сохранилось, люди Шермана сожгли плантацию дотла. Потом я узнал, что отец умер… Из всей моей семьи выжили только мама да сестра Элли с мужем Чарльзом. Нам ничего не оставалось, как упаковать уцелевшие вещи и уехать. Мы обосновались недалеко от Гальвестона. Элли со своей семьей до сих пор живет там, мама несколько лет назад умерла.

— Мне очень жаль, — искренне произнес Люк, который всегда уважал миссис Логан.

— Мне тоже, — кивнул Джек. — Я всегда навещаю Элли и Чарльза, когда оказываюсь в их краях. Но теперь это случается не слишком часто. Сейчас я рейнджер, а ты кто? Что произошло в твоей жизни после войны? Мы заезжали в «Белгров» и видели, что дом все еще стоит. Меня огорчил рассказ Клариссы о твоей матери.

Воображение живо рисовало Люку то, о чем говорил Джек. Он отпил виски и посмотрел на друга детства.

— Мой брат Дэн и отец так и не вернулись с войны, — с грустью произнес он.

Друзья обменялись понимающими взглядами. Каждый из них видел ужасы жестоких боев и из собственного опыта знал, что такое смерть, что такое разрушения.

— А что стало с «Белгровом» и с Клариссой?

— К тому времени, когда я там оказался, имение уже было продано, а Кларисса вышла замуж за нового хозяина имения. Она как-то говорила мне, что мечтала быть хозяйкой «Белгрова», и ее мечта осуществилась.

Джек удивленно посмотрел на друга. Он считал, что Кларисса любила Люка и намеревалась дождаться его с войны. Перед уходом Люка на войну они были помолвлены, и оба выглядели счастливыми.

— Как она тебе это объяснила? — спросил Джек.

— А что она могла объяснить? — с горечью заметил Люк. — Между нами все кончено.

Да, именно измена невесты заставила Люка порвать все связи с землей, которую считал родной. Именно тогда он и уехал из Джорджии и никогда больше не навещал родовое имение.

— И чем ты занимался после того? — спросил Джек, пытаясь отвлечь друга от невеселых мыслей. — Это правда, что я о тебе слышал?

— Смотря что ты слышал, — уклонился от прямого ответа Люк.

— Ходят слухи, что ты не прочь пострелять, — уточнил Джек. — Даже очень не прочь.

— Если тебя это интересует, то я скажу, что меня нигде не разыскивают, — хмуро заметил Люк.

— Меня интересует не только это, — пожал плечами Джек. — Но я рад слышать от тебя эти слова. Мне неприятна сама мысль о том, что когда-нибудь буду вынужден охотиться за тобой.

Джек усмехнулся и отпил виски.

— Да, было бы забавно, — улыбнулся и Люк. — Но можешь не волноваться в отношении моей репутации, те времена прошли.

В юности они вместе тренировались в стрельбе, и оба гордились своими достижениями.

— А ты уверен в том, что прошли? — пристально посмотрел Джек в глаза друга.

Он не случайно задал этот вопрос, поскольку знал, как трудно Человеку, промышлявшему револьвером, бросить свое занятие.

— В Гальвестоне я выиграл в покер ранчо и сейчас направляюсь туда, — сказал Люк. — Я собираюсь там обосноваться.

И он подробно рассказал приятелю обо всем, что знал о ранчо, хотя знал он о нем очень мало. Оно находилось недалеко от Дель-Фуэго, его поголовье состояло из нескольких коров и лошадей.

— Пусть поголовье и небольшое, зато все это теперь принадлежит мне, — выразительно произнес Люк.

— Я рад, что тебе так повезло и ты решил изменить свой образ жизни, — проговорил Джек, поднимая стакан с виски. — Выпьем за твое будущее. Кстати, как называется это место?

— Я назвал его «Троицей», — ответил Люк. — Это потому, что я выиграл его тремя тройками.

— Наверное, это была адская игра в покер, — сочувственно посмотрел Джек на друга.

— Ты прав, — подтвердил Люк. — Но она того стоила. Теперь «Троица» мой дом, и я собираюсь в нем остаться.

— Но ты ведь даже не видел ранчо, — пожал плечами Джек.

— Это не имеет значения, — тяжело опустил Люк кулак на стол. — Ранчо мое, и теперь никто и ничто не отберет его у меня.

В его голосе отчетливо прозвучали нотки ярости, и у Джека не возникло ни малейшего сомнения в том, что Люк сдержит свое слово. Джек всегда восхищался отвагой и храбростью своего друга. Да, очень трудно покончить со своим прошлым одним ударом, но если кто и мог это сделать, то, несомненно, Люк.

Разговор друзей затянулся далеко за полночь, поскольку им было что вспомнить. И они убедились, что стали совершенно разными людьми, и поняли, что прошлого уже не вернуть.

Расстались они под утро, а с рассветом Джек уехал. Рейнджеры отправились на собрание в Уэйко. Прежде чем друзья детства расстались, они договорились поддерживать друг с другом связь. Им казалось, что они смогут сделать это.

Двух-трех часов Люку оказалось вполне достаточно для того, чтобы отдохнуть, и он продолжил свой путь в Дель-Фуэго. С каждой оставшейся позади милей он все сильнее чувствовал, как в нем возрастала привязанность к земле Техаса. В окружавших его просторах таилось нечто такое, что глубоко затронуло его душу и вызвало желание пустить здесь корни. Да, судя по всему, в этих краях человек вполне мог преуспевать и жить радостной жизнью.

Нетерпение, которое достигло теперь такой силы, возникло еще несколько дней назад. Тогда Люк постарался не заметить его, так как ему пришлось пережить в своей жизни слишком много разочарований. Но теперь он дал, наконец, волю своим чувствам, и они прорвались наружу с неожиданной для него силой. Так, когда Люк достиг ручья, обозначавшего восточную границу его новых владений, его охватила дрожь.