Леди-обманщица - Смит Бобби - Страница 3

— Не спеши, я хочу, чтобы эта ночь запомнилась тебе навсегда, — произнесла она, целуя его. — Чем дольше ты ждешь, тем ярче будут воспоминания.

— Нет, ты безумна! — прохрипел он между двумя поцелуями.

— Да, но иногда безумные возбуждают особенно сильно, — произнесла она, прижимая его левую руку к металлической раме кровати. — Как ты считаешь? И что ты почувствуешь, когда окажешься целиком в моей власти? Когда я смогу делать с тобой все, что только пожелаю, а ты не сможешь даже сопротивляться мне?

Слова и действия рыжеволосой гипнотизировали Хэнка. Он ощущал прикосновение ее горячего тела, он упивался ее жаркими поцелуями, его воображение живо рисовало ему то, что последует через минуту-другую. И кровь бурлила в нем еще сильнее.

— Я уже и сейчас не могу сопротивляться тебе, дорогая, — признался он. — Какие еще сюрпризы у тебя на очереди?

— О, такие, о которых ты и не мечтал, — интригующе прошептала она ему на ухо. — Ты даже представить себе не можешь…

Взяв тем временем одну пару наручников, она защелкнула один конец на запястье, а другой на раме кровати.

Хэнк пошевелил левой рукой и понял, что ему теперь не освободиться без помощи рыжеволосой. Состояние прикованного к кровати не вызвало у него ни малейшего удовольствия, и он уже хотел было возмутиться, но девушка не позволила ему сделать этого. Она горячо поцеловала его в губы, и он тут же забыл о маленьком неудобстве. Полуобнаженная красавица находилась рядом с ним в постели — о чем тут вообще можно было думать?

Тем временем Дилайла защелкнула на его правой руке вторую пару наручников, и секундой позже вторая рука Хэнка оказалась туго притянутой к раме кровати. Теперь он, полуобнаженный и беспомощный, полностью находился во власти рыжеволосой хозяйки этой комнаты. Дилайла улыбнулась, довольная своей работой.

— Мне нравится твоя улыбка, женщина, — произнес Хэнк голосом, наполненным страстью, предвкушая обещанное наслаждение.

Столь сильного возбуждения он не испытывал никогда. Как ловко она втянула его в свою любовную игру! По поводу ее странной затеи он не испытывал ни малейшего беспокойства. Самое большое, что она могла с ним сделать, это ограбить. Как-никак он находился в салуне, который кишел людьми. Стоило ему громко позвать на помощь…

Дилайла тем временем ловко спрыгнула с кровати и отошла к окну. Хэнк думал, что сейчас она станет снимать с себя оставшуюся одежду, но вместо этого рыжая распахнула створки окна.

— Что ты делаешь? — недовольно спросил Хэнк.

— Здесь так душно, — объяснила она свои действия.

Вместо того, чтобы направиться к кровати, Дилайла высунулась в окно.

— Гордый Призрак! — громко позвала она.

Впервые за все время общения с этой красавицей Хэнк подумал о том, что происходит нечто странное. Что бы все это значило?

Пока гость размышлял над внезапно возникшим вопросом, Дилайла отошла от окна, подошла к своему лежащему на полу платью и стала неторопливо надевать его.

— Подожди минутку! — громко возмутился гость, беспомощно поводя могучими плечами. — Ведь я пришел сюда, чтобы … развлечься.

— И я тоже, — спокойно произнесла девушка.

— Тогда зачем ты кричала в окно? — все тем же тоном продолжал он. — Что, черт побери, ты собираешься делать?

От бушевавшей минуту назад страсти не осталось и следа, теперь его глаза горели злобой.

— Послушай, ты, шлюха! — свирепо процедил он сквозь зубы.

— Я не шлюха, мистер Эндрюс, — бесстрастно произнесла она. — Я — Коди Джеймисон.

— Коди Джеймисон?! — прохрипел Хэнк.

Его глаза расширились от страха, а по коже пробежали мурашки. Он был наслышан о легендарном охотнике за преступниками Коди Джеймисоне, но ему никогда не приходило в голову, что это — женщина.

— Представь себе, Коди Джеймисон, — подтвердила девушка. — И могу сообщить тебе, что тебя разыскивает полиция Техаса, так как ты обвиняешься в убийстве. Вот туда, в Техас, я тебя и отправлю. Так что тебе предстоит совершить путешествие, которое для тебя окажется довольно неожиданным.

Глава 2

Поездка из Гальвестона в Остин оказалась долгой и утомительной. По дороге Люк Мейджорс успел вдоволь наглотаться пыли, поэтому, входя в Остинскую гостиницу, он мечтал об освежающей ванне, горячей пище и добром виски. Люк зарегистрировался под именем Лукаса, поскольку ему совсем не хотелось привлекать к своей персоне чье-либо внимание. Репутация отчаянного стрелка доставляла ему немало хлопот и острых переживаний, а сейчас ему меньше всего хотелось каких-либо конфликтов и осложнений.

Именно поэтому он оставил свой кольт в номере после того, как привел себя в порядок и спустился вниз пообедать. Ему хотелось насладиться тихим вечером и спокойной обстановкой в маленьком ресторанчике гостиницы. Утолив здесь голод, Люк отправился в салун «Одинокая звезда», расположенный на противоположной стороне улицы. В салуне оказалось полно народу. Остановившись на пороге, Мейджорс быстро окинул взглядом помещение. Посетители занимались своими обычными делами, то есть пили и играли в карты. Ни один из них не обратил на Люка никакого внимания, и ни один не вызвал у него даже самого малейшего подозрения. Люк облегченно вздохнул, поскольку знал, что не всегда салуны встречали его таким равнодушием.

— Виски, — произнес он, подойдя к бару.

— Вы, наверное, только что прибыли в этот город? — спросил бармен, ставя перед ним стакан с янтарной жидкостью.

— Я здесь проездом, — подчеркнуто спокойно ответил Люк.

— А откуда едете? — поинтересовался бармен.

— Да так, болтаюсь, — сухо ответил Люк, бросив на стойку несколько монет.

— Пожалуйста, наслаждайтесь своим виски, — произнес бармен тоном, свидетельствовавшим, что разговор закончен.

Для бармена не составляло труда догадаться, что этот посетитель не хотел продолжать беседу и что его нужно оставить в покое. Кроме того, выражение лица незнакомца отбивало всякое желание задавать праздные вопросы.

Наслаждаясь одиночеством, Люк сделал большой глоток, отметив, что виски хоть и не лучшего качества, но вполне сносное. От нечего делать он принялся рассматривать картину, которая висела над стойкой бара. Художник изобразил на ней полуобнаженную женщину с аппетитными формами. Возможно, натурой ему послужила одна из девиц, расхаживавших по залу салуна. Время от времени они пытались привлечь к себе внимание Люка, но он демонстрировал свое полное пренебрежение к ним. С таким же равнодушием взирал он и на игроков в покер, которые азартно выкрикивали сразу за несколькими столиками. В Гальвестоне он сорвал крупный куш и решил пока больше не испытывать судьбу. Он решил точно так же пока прекратить забавы с пальбой из пистолета. Ночь в Гальвестоне, когда он выиграл ранчо, стала ночью, когда он успокоился. Теперь он владелец ранчо, а не убийца.

Как только Люк осушил первый стакан, бармен сразу же налил ему снова. Отпив половину второго стакана, Люк почувствовал, как внутренняя напряженность стала заметно спадать, и он испытал приятную расслабленность, о существовании которой почти совсем забыл. Что ж, может быть, его жизнь снова наладится и фортуна повернется к нему лицом…

В это время в противоположном конце зала техасский рейнджер Джек Логан оторвался от карт и случайно бросил взгляд на Люка. Что-то показалось ему знакомым в этом мужчине с могучим размахом плеч. Он попытался припомнить, кто бы это мог быть, но его отвлек другой рейнджер.

— Джек, твоя очередь ходить, — напомнил он.

Посмотрев на карты, Джек сначала поморщился, настолько не повезло ему с картами, потом с отвращением бросил их на стол.

— Я в пасе, — пробурчал он.

После этого он встал и направился в сторону мужчины, который привлек его внимание. Остановившись на некотором расстоянии от него, Джек стал внимательно рассматривать его осанку.

— Кажется, это все-таки Люк Мейджорс, — произнес он вполголоса.