Невинная грешница - Смит Барбара Доусон - Страница 54

Спускаясь по черной лестнице, Алисия сохраняла внешнее спокойствие. Ее шаги гулко отдавались в узкой шахте. На каждой площадке горели светильники для слуг, но, к счастью, лестница была пустынна.

Не в силах более сдерживаться, она присела на деревянные ступени, закрыла лицо ладонями и дала волю слезам. Она не могла понять себя. Как можно желать мужчину, который пользовался слабостями других? Как могла страсть к нему перебороть ее ненависть к азартной игре?

Она не собиралась открывать Дрейку правду. Почти никто не знал истинную причину смерти ее отца. Мысль о том, чтобы скрыть шокирующую истину, принадлежала лорду Хейлстоку, и, убитая горем, Алисия позволила ему взять дело в свои руки, разобраться в бумагах отца и заплатить разорительные долги. Самоубийство объяснили крупным ограблением. Если люди о чем-то и шептались, Алисия об этом не слышала. Она была занята заботами о матери — та сошла с ума от горя — и утешала Джеральда, которому было всего лишь тринадцать лет.

Алисия не знала, сколько времени она проплакала, когда дверь наверху вдруг щелкнула и открылась. Послышались тяжелые шаги — кто-то спускался по лестнице. Дрейк?

Она тут же вскочила и стала утирать слезы — нельзя было показывать мужу свою слабость. Однако по лестнице спускался вовсе не Дрейк. Вскоре она увидела сухощавого великана; кожаная повязка на глазу придавала ему немного зловещий вид. «Дворецкий», — вспомнила Алисия. Этот человек провожал ее к кабинету Дрейка, когда она приходила к нему в первый раз.

Она отвернулась, ожидая, когда дворецкий пройдет мимо. Однако он остановился в двух шагах от нее. Она повернулась к нему и увидела; что он смотрит на нее с сожалением.

— Уайлдер не говорил, что довел вас до слез.

Смахнув украдкой последние слезинки, Алисия заставила себя улыбнуться.

— Вы разговаривали с ним?

— Да. Этот трус приказал мне найти вас и отвести к вашему брату.

Алисия приободрилась, услышав слова порицания в адрес Дрейка.

— Спасибо, мистер…

— Макаллистер, — сказал великан. — Фергус Макаллистер. — Шагнув к Алисии, он неловко погладил се по плечу. — Не сердитесь на вашего мужа. У него доброе сердце, поверьте. Мать хорошо его воспитала.

Хотя Алисия сомневалась в том, что у Дрейка вообще есть сердце, она тем не менее спросила:

— Вы знали его мать?

— Да. Мы познакомились в Эдинбурге очень давно, когда она была бедной актрисой и ей было очень трудно содержать маленького ребенка.

Фергус стал спускаться по лестнице, и Алисия, держась за перила, последовала за ним.

— Дрейк родился в Шотландии? Он никогда мне не говорил об этом.

— Это неудивительно, — хмыкнул Макаллистер. — Парень привык держать язык за зубами.

— Он говорит без акцента.

— Да. Когда его мать умерла, мы приехали в Лондон, и здесь он узнал, что собой представляют аристократы.

— Сколько ему было тогда лет?

— Десять, миледи. И у него не было никого во всем свете, если не считать меня. Это были тяжелые времена для него. — Макаллистер внимательно посмотрел на собеседницу. — Потребуется терпение, чтобы заслужить его любовь.

Алисия нахмурилась. «Неужели дворецкий полагает, что мне нужна любовь Дрейка?» — подумала она.

Ей следовало бы обидеться на Макаллистера, но она понимала: этот человек знал Дрейка с детских лет, поэтому имел некоторые права… Алисия решила воспользоваться столь редкой возможностью и узнать какие-нибудь подробности о детстве мужа.

— Пожалуйста, расскажите мне о матери Дрейка. И о его отце.

Внезапно остановившись, дворецкий обернулся и сверкнул на Алисию своим единственным глазом — было очевидно, что ее просьба очень ему не понравилась.

— Не мне об этом рассказывать, миледи. Вы должны расспросить своего мужа.

Макаллистер открыл дверь и вошел в коридор. Поджав губы, Алисия последовала за ним. Почему дворецкий так рассердился? Может, из-за того, что она упомянула об отце Дрейка?

Вероятно, ей следовало проявить больше такта. В конце концов, Дрейк рожден вне брака. Он мог даже не знать своего отца.

«Да, конечно же, у него было очень тяжелое детство, — думала Алисия. — И все же это не дает ему права… Не дает ему права быть таким негодяем! И я больше не позволю ему ничего подобного…»

Однако Алисия прекрасно знала: едва лишь Дрейк прикоснется к ней — она тут же забудет обо всем на свете…

В конце коридора дворецкий открыл еще одну дверь, и они вошли в просторную кухню, в которой витали чудеснейшие ароматы. Высокие колонны подпирали потолок, освещали же кухню огромные масляные лампы. Между столами расхаживал шеф-повар в белом халате, отдававший распоряжения своим помощникам — те что-то резали, чистили и месили. В центре же стоял самый большой стол — на нем находились серебряные тарелки с блестящими куполообразными крышками.

Алисия повернулась к Макаллистеру:

— Мой брат здесь?

— Нет, но еще будет время увидеть графа. А сейчас вам нужно выпить чашечку чаю.

Заинтригованная, Алисия последовала за дворецким в другой зал — там за одним из столов сидели слуги; они ужинали и при этом смеялись и весело болтали. Заметив Алисию, один из них замолчал — и тотчас же воцарилась тишина.

— Это миссис Уайлдер, сестра лорда Брокуэя, — проговорил Фергус Макаллистер. — Поклонитесь леди.

Слуги тут же вскочили из-за стола и принялись убирать посуду. Когда поднялась девушка в чепце, Алисия обратила внимание на се огромный живот. «Неужели Дрейк нанял беременную прислугу?» — подумала она.

— Оставайтесь на месте, пожалуйста, — сказала Алисия. — Я не хочу, чтобы вы прерывали из-за меня свой ужин.

Какое-то время слуги молча смотрели на Алисию.

— Мы уже закончили, миледи, — сказал, наконец, мужчина, сидевший во главе стола. — Так что вы нам не помешали. — Дородный, с лысеющей головой, он был единственный, кто остался сидеть.

Внезапно, резко оттолкнувшись, мужчина отодвинулся от стола, вернее — отъехал от него в кресле на колесах. Алисия с любопытством наблюдала, как он передвигался в кресле, ловко вращая руками огромные колеса. Остановившись перед ней, он приложил руку к своему простенькому сюртуку и в поклоне склонил голову: