И придет рассвет - Скай Кристина - Страница 29

– Хорошо. А что вы от меня хотите?

– Мы решили, что попытаемся отпугнуть вдову, – сказал Эндрю. – Ничего опасного. Мы просто выпустим на волю мою коллекцию мышей.

Марианна хихикнула.

– А у меня есть мертвый жук-рогач. Я подложу его ей в ридикюль.

Индия чуть было не рассмеялась, представив, как надменная леди Марчмонт запускает руку в свою сумку и вытаскивает жука.

– И какова моя роль, проказники?

– Мы думали, что вы отвлечете графа, пока мы будем готовиться.

Индия на минуту засомневалась. Ей не хотелось снова оказаться в компании с графом. Она уже планировала собственную месть, но зачем втягивать в это детей?

– Я постараюсь, – нерешительно начала она, – но ваш опекун вряд ли захочет меня видеть.

Алексис готова была запротестовать, но Эндрю опередил сестру.

– Вы очень добры, миледи. Большего мы не имеем права просить.

Дети помрачнели. Получить в качестве мачехи леди Марчмонт было для них настоящим несчастьем.

– Однако у меня есть кое-что, что развеселит вас. Вы когда-нибудь видели, как поднимается воздушный шар?

У всех троих заблестели глаза.

– Я читал об этом, – сказал Эндрю. – А его собираются запустить?

– Сегодня в парке Хэмпстед-Хит, сразу же после заседания Общества рационального использования исследований природных явлений. Хотите присутствовать?

Дети вскочили и захлопали в ладоши.

– Считаю это выражением вашего согласия. Я с удовольствием буду вас сопровождать. Но вы должны предупредить вашего опекуна. Нехорошо ему врать.

– Я пошлю ему записку, – быстро отреагировал Эндрю. – Хотя это не имеет значения. Его не будет дома весь день, а может быть, и всю ночь. Так часто бывает. Это довольно странно, как мне кажется, но большинство взрослых часто поступают странно. – Мальчик покраснел. – О! Прошу прощения, миледи. Я не хотел…

– Все в порядке, Эндрю. Иногда я с тобой согласна.

Например, когда Дев высказался весьма загадочно в ответ на замечание герцогини Крэнфорд. Что-то насчет долга и ответственности. Неужели за этими словами стояло нечто большее, чем она могла себе вообразить? Неужели после того, как он чуть было не погиб при Ватерлоо, какие-то люди требуют от него еще чего-то?

– Ладно. Пиши записку своему опекуну, и мы можем отправляться. У нас есть еще три четверти часа до начала запуска. Это будет важный день в истории научных исследований. Он окажет большое влияние на умы.

При всей серьезности этого заявления в голосе Индии явственно слышались озорные нотки. Впрочем, дети это вряд ли заметили.

– Куда они отправились?

Гувернантка стояла в растерянности перед графом Торнвудом. Она была пятой из числа тех, кого он нанимал к своим подопечным.

– В Хэмпстед-Хит.

– Почему именно туда?

– Мне кажется, милорд… то есть я пришла к заключению, что они пошли наблюдать запуск воздушного шара. Мастер Эндрю прислал с дворецким дома Девонхемов записку.

Торн тихо выругался. Ему следовало самому догадаться.

Все говорило о том, что это очередная выходка Индии. А потом, чего доброго, она сядет с ними на корабль и отправится на Святую Елену брать интервью у Наполеона.

Заложив руки за спину, он начал шагать по комнате. Эндрю следовало прежде хорошо подумать. Ведь он сказал мальчику, что отвечает за младших сестер. Придется его наказать за непослушание.

– Хорошо, мисс Линтон. Ступайте. Я сам этим займусь.

В дверь постучали, и вошел Чилтон.

– Что там еще?

– Служанка принесла записку, милорд. Она от… – Дворецкий откашлялся, всем своим видом показывая неодобрение. – Ее прислала леди Марчмонт.

– Веди ее сюда. Весь Лондон веди!

Леди Марчмонт стояла перед большим зеркалом и разглаживала прозрачное платье, которое принесла ей горничная.

– Ты позаботилась о том, чтобы он правильно понял твои слова?

– Да, миледи. Я сказала ему все, как вы велели. Что вы будете сегодня вечером в Воксхолле и будете ждать его на главной аллее, когда часы пробьют двенадцать.

– Отлично, – пробормотала графиня. Она сделала пируэт и была очень довольна тем, как колыхнулась ее грудь, отчетливо видная под прозрачным шелком. – А о детях ты ему сказала?

– Да, миледи. Я сказала ему, что они отправились с леди Деламер смотреть на запуск воздушного шара в Хэмпстед-Хит.

– Замечательно. – Марчмонт торжествовала. – Посмотрим, сможет ли теперь эта ведьма Деламер пустить в ход свои чары!

Горничная за ее спиной шумно вздохнула.

– В чем дело? – нетерпеливо осведомилась графиня.

– Мне показалось, миледи, что граф вел себя как-то не так. Он вроде как занервничал. И все время смотрел на комнату рядом, будто там было спрятано что-то, чего я не должна была видеть.

– Чепуха. Ты все это себе вообразила. А теперь иди и принеси мне чашку шоколада. Я приказала кухарке принести его уже полчаса назад, и я ее уволю, если она не будет более расторопной. И тебя тоже.

– Да, миледи. Сейчас принесу, миледи.

Девушка попятилась к двери и убежала. Графиня так часто ее унижала, что она решила не дожидаться следующего приступа гнева. Она слишком хорошо знала, что, если графиня Марчмонт в таком настроении, как сейчас, она может сделать что угодно.

Все, что угодно.

– Ах, Эндрю, вот это настоящее приключение! – Алексис в восторге захлопала в ладоши, когда карета поднялась на холм, откуда было видно целое море экипажей. Люди с нетерпением ждали начала запуска воздушного шара.

Индия, однако, уже пожалела о том, что взяла с собой детей. Вся округа была заполнена каретами, повозками и двуколками и множеством зрителей. В толпе женщин сомнительного поведения, пьяных лордов и крикливых фермеров шныряли юркие мальчишки-карманники.

Индия оглядела толпу с беспокойством и сказала:

– Боюсь, сегодня не самый лучший день, чтобы наблюдать за запуском шара. Может, нам следует уехать? Погода меняется, а впереди слишком много карет, которые заслоняют нам вид.

Дети разом запротестовали, а Эндрю сказал:

– Вон там есть дорожка. По ней только что проехала телега – значит, и мы сможем.

Индия вздохнула. Эндрю, видимо, очень не хотелось уезжать. И что она за Чудовище, чтобы лишить детей такого невинного удовольствия?

– Хорошо. Но вы не должны выходить из кареты. Я попрошу кучера повернуть карету так, чтобы вы могли увидеть все из окна.

– Смотрите! – закричал Эндрю, показывая на деревья, из-за которых показался купол шара. – Они наполняют его газом. Это очень опасный момент.

– Почему? – Алексис в испуге широко открыла глаза.

– Потому что этот газ воспламеняющийся.

– А что это значит?

– А то, чертенок, что все может взорваться в любую минуту.

Алексис прижалась к брату.

– Я постараюсь не дышать.

У Индии мелькнула та же мысль. Она наврала Торну, что у нее был опыт полетов на воздушном шаре. На самом деле это были всего лишь ее мечты. И сейчас, наблюдая за тем, как надувается шар, она представила его свободно плывущим в тишине над холмами.

Вдруг она услышала, как кто-то окликает ее по имени, и увидела мужчину в ярком жилете, расшитом махровыми розами.

– Монк, это вы?

– Я. Но мы никак не рассчитывали увидеть здесь вас.

Рядом с виконтом, виртуозно управляя двуколкой, сидел еще один мужчина. Его высокие скулы и ленивая улыбка были очень хорошо знакомы Индии.

– Как? И вы здесь, Коннор Макиннон? – Индия улыбнулась закадычному другу своего старшего брата Люка. Она вспомнила их рассказ о том, как они освобождали Люка и его жену от негодяя, который хотел его убить. – Только не говорите мне, что вы интересуетесь воздухоплаванием.

– Что вы, миледи. Мне гораздо милее уходящая из-под ног палуба и проливной дождь, чем эти шары. Я здесь, чтобы приглядывать за Монктоном.

Монктон возмущенно возразил:

– Ничего подобного! Мне пришлось заставить тебя… – Он осекся, увидев, как заблестели зеленые глаза Коннора. – Негодяй. Твоя проблема в том, Макиннон, что ты провел слишком много времени в море. – Он оглядел толпу и как бы невзначай спросил: – А Торна вы не видели?