Сказочные повести - Хауген Турмуд - Страница 123

По дороге к Флоринде шла невысокая женщина. Через некоторое время они отчетливо увидели ее лицо. Флоринда услыхала, как у нее за спиной кто-то ахнул.

Николай был всецело поглощен происходившим. Он бессознательно подошел к Флоринде. Это было похоже на наваждение.

Женщина в зеркале подходила все ближе и ближе. Кажется, она спускалась с холма. Вот уже лицо ее оказалось рядом с лицом Флоринды.

Флоринда отступила на несколько шагов. Поверхность зеркала пошла волнами, послышался звон разбитого стекла, однако осколки не посыпались на пол. Наконец из зеркала вышла женщина, она была такого же роста, что и Флоринда.

На ней был синий халат с серебряным поясом и кожаные туфли. Волосы были повязаны серебряной лентой, на которой висел полумесяц, он приходился ей на лоб.

Незнакомая женщина на мгновение закрыла глаза и тут же открыла их. Она качалась. Испугавшись, что она упадет, Флоринда подошла и поддержала ее. Незнакомка улыбнулась ей.

За спиной у Флоринды царило молчание. Собравшиеся не знали, что и думать. Во всяком случае объяснить случившееся они не могли.

Незнакомка, запинаясь, произнесла по-английски:

— Я Элиам… А ты Флоринда Ульсен?

— Да, я Флоринда. Что привело тебя ко мне? Откуда ты пришла?

— Я пришла из Лунного храма, что стоит в Монголии на равнине, окруженной горами, — ответила незнакомка. — Я пришла, чтобы спасти луну.

Вера не удержалась и фыркнула при этих словах.

Николая охватило странное волнение. Он уже знал, что сейчас произойдет. Они возникли из переливающихся цветов радуги и тут, в комнате, обрели каждый свой образ: девушка-ибис, ткачиха, ангел и ягуар.

Николай быстро оглядел присутствующих. Что они скажут, когда заметят их? Но их явно никто не видел. Николай снова взглянул на странную четверку, внимательно следившую за Флориндой и Элиам.

Глаза Элиам встретились с глазами Николая, и она улыбнулась ему:

— Ты Николай?

Он кивнул.

— Откуда ты ее знаешь? — прошептала Лидия. — Ты мне ничего не рассказывал.

Николай не ответил ей.

— Почему надо спасти луну? — спросил он у Элиам.

— В лунном озере, что лежит на равнине между монолитами, мы увидели, что собственный свет луны начал гаснуть. Причина нам неизвестна, но угроза велика.

— У луны нет своего света, — прошептал Максим.

— Луна только отражает свет солнца, так нас учили в школе, — сказал Патрик.

— Эта женщина ненормальная, — сказал Харри Лим. — Скорее всего, сбежала из какой-нибудь больницы.

Однако они не могли забыть, что она явилась из зеркала.

— Собственный свет луны, — прошептала Флоринда. — Я слышала о нем от своей матери, но тогда я не понимала, что это значит.

— В тебе тоже есть его сила, благодаря ей ты помогла мне открыть дорогу сквозь зеркало.

— Как можно вернуть луне ее свет? — спросила Флоринда.

— С помощью силы, которую луна вложила в семь лунных камней. Их еще называют царскими…

— Царские камни… Царские камни… — заговорили все разом с волнением, любопытством, удивлением и жадностью.

В зеркале замелькали новые тени. Элиам отошла в сторону и пропустила в комнату еще двоих. Они с удивлением оглядывали присутствующих. Женщина схватилась за грудь, и Флоринда подвинула ей стул.

— Добро пожаловать, — сказала им Элиам. — Это Алия и Олим, верховная жрица и верховный жрец из храмов лунных полукружий.

Олим поклонился, когда услышал свое имя. Николай тоже поклонился ему. Что сделали другие, он не видел.

Еще несколько человек вошли из зеркала в комнату. Вскоре их тут было уже двадцать, десять мужчин и десять женщин. На всех были одинаковые синие одежды с серебряными поясами и серебряными лентами на головах. На лбу у каждого висела серебряная луна, в ухе — серьга в виде полумесяца.

Алия что-то крикнула в зеркало.

— Нас слишком много, мы все здесь не поместимся, — объяснила Элиам Флоринде.

— Сколько же вас пришло? — спросила Флоринда.

— Двести человек, если считать всех.

— Двести… Да, боюсь, что всем у меня места не хватит.

И хотя Элиам распорядилась, чтобы больше никто не входил в комнату, несколько теней все-таки показались на дороге и еще четверо человек вошли в комнату.

— Идун! — прошептала Флоринда.

— Мама? — удивленно спросил Максим, и рядом с матерью представил себе отца. Неужели это его мать, по которой он так тосковал все эти годы? Эта старая женщина?

— Дитер! — одновременно воскликнули Патрик и Вера. Эллен шепотом произнесла его имя. Она была рада, что он наконец вернулся, но ее смущало, что он прошел сквозь зеркало. Теперь все поймут, что они хотели одни завладеть этими камнями.

— А как же Париж? — с досадой спросила Вера.

— Все ясно, — сказал Патрик. — Ты поехал туда, где хранятся легенды, чтобы отыскать следы этих камней. Вы с Эллен хотели сделать дело без нас!

В пылу ссоры они не обращали внимания на то, что происходило возле зеркала.

Флоринда подошла к дочери, и та бросилась ей на шею.

— Мама! — шептала она. — О, мама, я так боялась, что никогда не вернусь домой! Но в конце концов мне все удалось. Понимаешь, я могла вернуться, только пройдя сквозь зеркало. Этот дар я получила с рождения! Я — Проходящая сквозь зеркало!

Взгляд Идун скользнул по тем, кто стоял за спиной у Флоринды и остановился на Максиме. Идун отпустила мать и медленно подошла к нему.

— Максим! — сказала она. — Я бы узнала тебя, где бы ни встретила. Не знаю, простишь ли ты меня когда-нибудь, но я очень рада видеть тебя.

Она замолчала и только согревала его взглядом, некоторое время он нежился в этом тепле, потом опустил глаза.

Идун обернулась и сказала что-то по-монгольски. Элиам кивнула, и Идун снова обратилась ко всем:

— Это Дай-Ши, — сказала она. — Лучший знаток легенд о лунных камнях. Дитер уже слышал эти легенды, но я думаю, что для него они не больше, чем сказки.

Дай-Ши подошел к книжным полкам и погладил корешки книг. Он осторожно снимал то одну книгу, то другую, почтительно раскрывал их и с любовью смотрел на непонятные буквы.

Услышав свое имя, он повернул голову и поклонился всем точно так же, как Элиам.

Племянница испуганно жалась к нему.

— Они все пришли сюда, чтобы найти здесь мое ожерелье с царскими камнями. Помнишь? — сказала Идун. — Боюсь, что их ждет разочарование. Но этого я им еще не сказала.

— Ты имеешь в виду то ожерелье, которое я подарила тебе на свадьбу? — спросила Флоринда.

— Да. Оно было среди тех немногих вещей, что я взяла из дома, когда уезжала в Россию. Но, к сожалению, по дороге его у меня украли. И где оно теперь, я не знаю.

— Его украли, это верно, — с трудом проговорил Максим. — Но не в дороге. Сегодня отец рассказал мне, как было дело.

Воцарилась мертвая тишина.

— Твой отец?.. Сегодня?.. — Идун как будто не верила собственным ушам.

— Да. Он видел, как я вытащил его из твоей шкатулки и убежал с ним. Он говорит, что этим я хотел удержать тебя в Норвегии.

— Но где же твой отец скрывался все эти годы? — спросила Флоринда. — Я думала, он за границей…

— И что же ты сделал с этим ожерельем? — спросила Идун.

— Не знаю. Я даже забыл, что взял его, — прошептал Максим.

Идун объяснила Элиам и другим служителям луны, о чем идет речь.

Элиам посмотрела Николаю в глаза.

— Знаки говорят, что украшение найдешь ты! Ты должен знать, где оно!

У двери загудели недоверчивые голоса.

— Я? — удивился Николай. — Но ведь я никогда не видел его. Меня еще и на свете не было, когда отец его спрятал!

Идун перевела Элиам его слова, и она задумалась.

— Подумай как следует, где бы оно могло быть, — сказала она Николаю.

— Флоринда обшарила всю квартиру. Мы с ней даже ходили на чердак и искали в вещах Идун, и я… — Он вдруг замолчал, потом улыбнулся. — Я знаю, где оно! По крайней мере, догадываюсь! Флоринда, дай мне ключ от чердака!

— Пойти с тобой?

— Нет, я один!

Она проводила его в коридор и сняла ключ с крючка, прибитого за дверью.