Выбери любимый жанр

Вы читаете книгу

Ирано-таджикская поэзия

Рудаки Абульхасан

Выбрать книгу по жанру

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Разное

Техника

Автомобили и ПДД

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело

Последние комментарии

оксана2018-11-27

Вообще, я больше люблю новинки литератур

К книге

Professor2018-11-27

Очень понравилась книга. Рекомендую!

К книге

Vera.Li2016-02-21

Миленько и простенько, без всяких интриг

К книге

ст.ст.2018-05-15

И что это было?

К книге

Наталья222018-11-27

Сюжет захватывающий. Все-таки читать кни

К книге

Ирано-таджикская поэзия - Рудаки Абульхасан - Страница 86

Изменить размер шрифта:

Всем людям странствий помогает конь,

Я ж мыслю: как бы мне коню помочь?

Ах, до того мой конь убогий тощ,

Что с шахматным конем он схож точь-в-точь.

* * *

Чем яростней огонь в крови моей,

Тем ближние к страданьям холодней.

Лишь тот, кто заглянул в лицо Лейли,

Постигнет боль Меджнуновых скорбен.

* * *

Пусть нет зубов – хлеб разжуешь всегда,

Коль хлеба нет – вот горшая беда!

* * *

Пред слепым зажигаем свечу,

Если злого к спасенью зовем.

Кто к злодею приходит с добром,-

Солончак засевает зерном.

ХАФИЗ

ГАЗЕЛИ

* * *

Песня, брызнуть будь готова – вновь, и вновь, и вновь, и снова!

Чашу пей-в ней снов основа – вновь, и вновь, и вновь, и снова!

Друг, с кумиром ты украдкой посиди в беседе сладкой,-

Поджидай к лобзаньям зова – вновь, и вновь, и вновь, и снова!

Насладимся ль жизнью нашей, коль не склонимся над чашей?

Пей же с той, что черноброва,- вновь, и вновь, и вновь, и снова!

Не найти от вас защиты, взоры, брови и ланиты,-

Мы моим очам обнова – вновь, и вновь, и вновь, и снова!

Ветер! Ты в воздушной ризе, мчась к любимой, о Хафизе

Ей бросай за словом слово – вновь, и вновь, и вновь, и снова!

* * *

Что святош во власяницах вся гурьба?

Греховодная милей мне голытьба!

Грязь покрыла власяницы,- а взгляни,

Как ярка бродяги вольного каба!

Опьянил меня твой глаз – так пей вино:

Тяготит нас взоров трезвых ворожба.

Лик твой нежен, стан твой хрупок! Я страшусь:

Ведь гурьба святош драчлива и груба.

Я мучений лживых суфиев не зрел -

Так не мучьте тех, чья радостна гульба!

Взор твой – хмель, а губы – алое вино,

И вино кипит, и в нем – к тебе мольба.

Погляди на лицемеров: ведь от них

Плачет чанг, вину горька его судьба.

Дух Хафиза пламенеет. Берегись:

Перед ним и сила пламени слаба.

* * *

Хмельная, опьяненная, луной озарена,

В шелках полурасстегнутых и с чащею вина

(Лихой задор в глазах ее, тоска в изгибе губ),

Хохочущая, шумная, пришла ко мне она.

Пришла и села, милая, у ложа моего:

«Ты спишь, о мой возлюбленный? Взгляни-ка: я пьяна!»

Да будет век отвергнутым самой любовью тот,

Кто этот кубок пенистый не осушит до дна.

Поди же прочь, о трезвенник, вина не отбирай!

Ведь господом иная нам отрада но дана.

Все то, что в кубки легкие судьбою налито,

Мы выпили до капельки, до призрачного сна!

Нектар ли то божественный? Простой ли ручеек,

В котором безысходная тоска разведена?

Об этом ты не спрашивай, о мудрый мой Хафиз:

Вино да косы женские – вот мира глубина.

* * *

Дам тюрчанке из Шираза Самарканд, а если надо – Бухару!

А в благодарность жажду родинки и взгляда.

Дай вина! До дна! О кравчий! Ведь в раю уже не будет

Мусаллы садов роскошных и потоков Рокпабада.

Из сердец умчал терпенье – так с добычей мчатся турки -

Рой причудниц, тот, с которым больше нет ширазцу слада.

В нашем жалком восхищенье красоте твоей нет нужды.

Красоту ль твою украсят мушки, краски иль помада?

Красота Юсуфа, знаю, в Зулейхе зажгла желанья,

И была завесы скромной ею сорвана преграда.

Горькой речью я утешен,- да простит тебя создатель! -

Ведь в устах у сладкоустой речь несладкая – услада.

Слушай, жизнь моя, советы: ведь для юношей счастливых

Речи о дороге жизни – вразумленье, не досада.

О вине тверди, о пляске – тайну вечности ж не трогай:

Мудрецам не поддается эта темная шарада.

Нанизав газели жемчуг, прочитай ее,- и небом

В дар тебе, Хафиз, зажжется звезд полуночных плеяда.

* * *

Розу брось: без уст и она не приманчива!

Если нет вина – и весна не приманчива.

Без тюльпанов щек вся прохлада лужайки,

Всех душистых трав пелена не приманчива.

Вся-то прелесть уст, вся-то прелесть любимой

Без лобзанья не полна, не приманчива.

И долина в качании роз и платанов,

Коли песнь соловья не слышна,- не приманчива.

Роза, сад и вино – отрада, но радость

Одинокой душе не нужна, не приманчива.

Если облик милой не впишешь ты в роспись,

Будет роспись эта грустна, не приманчива.

Жизнь растрать, о Хафиз! Но для радостной траты

Не находка она: скудна, не приманчива.