Наперсница (СИ) - Лунная Екатерина - Страница 17

— Внешность можно объяснить разными отцами, — пожала плечами. — А охранника к нам приставил отец, чтобы доставил целыми и невредимыми к двоюродной тетке.

— Ну, и что это за тетка? Где живет? И раз у нас такой заботливый отец, то почему охранник всего один? — посыпались каверзные вопросы. — Ну да, и который еще то был отец? «Твой» или «мой»? Хотя сомневаюсь, чтобы они оба были с настолько сильными генами, чтобы ни малейшего сходства по матери не осталось.

— Внешность, конечно, можно объяснить, — вклинился со своими соображениями Аарон. — Но лучше выбрать такую легенду, чтобы не пришлось каждому встречному — поперечному выкладывать нашу подноготную. Кроме того, остается вопрос, как так получилось, что одна из сестер — воспитанная пансионерка, а вторая — несдержанная, порой вульгарная… девица?

По лицу мужчины было ясно видно: последнее слово он едва успел заменить на более приличное. В то же время, стальной взгляд Ирры означал, что она все заметила и вот — вот выскажется.

— Что ты предлагаешь?

— Вы, Шантель, будете моей сестрой. У нас с вами больше схожих черт, и при надобности я смогу показать себя каким‑нибудь провинциальным бароном.

— И какая же роль отводится в этом спектакле мне? — с преувеличенным интересом вопросила Ирра. Я, уже догадываясь об ответе, едва сдержала обидный смешок.

— Самая простая — жена, — нагло ухмыльнулся воин. Полагаю, это была провокация с его стороны, но настолько нахальная, что Ирра поначалу онемела. Я уже знаю, как она относится к браку и месту женщины в нем, поэтому могу себе представить степень ее возмущения. Боюсь, будут проблемы.

— Да ты издеваешься!

— Нисколько. Это самое простое, что только может быть. Родственная связь уровня «седьмой водицы на киселе» не подойдет. Невеста тоже отметается — сопровождения нет, логики в присутствии моей «сестры» — тоже, и в целом нюансов больше. Поэтому остается самое очевидное и логичное — уже законная жена.

— Вы уверены, что Ирра сможет сыграть роль жены? — поинтересовалась я, пока сама Ирра подбирала подходящие случаю ругательные метафоры. — Не то, чтобы я сомневалась в ваших обоюдных актерских способностях, но…

— Полагаю, если Ирра будет вести себя как всегда — это уже хорошо, — улыбнулся мне Аарон. — Люди сочтут, что у нас небольшая размолвка, и дорогая супруга на меня злится.

— А как же то, что мы путешествуем пешком? — нашла очередной прокол и тут же предложила: — Может, разбойники?

— Как вариант, можно использовать эту версию.

— И что, — едко вставила Ирра, — много по свету ходит таких вот фальшивых баронов? Неужели никто не додумается проверить?

— Во — первых, проверка займет время, а мы не собираемся нигде останавливаться подолгу. А во — вторых, если первоначально легенда не вызовет кучу уточняющих вопросов, то и подозрений не возникнет. И еще одно. Если кто забыл, — короткий взгляд в сторону иномирянки, — мы путешествуем так скрытно лишь потому, что не хотим разоблачить в Ирре иномирянку и жрицу Древнего. Так что кое — кому придется придержать свои способности, не выеживаться, со всеми вопросами отсылать к мужу и, в целом, поменьше болтать. Если я с момента знакомства заподозрил в тебе странную чужачку, сможет и кто‑то другой.

Большой торговый путь, пролегающий на границе с плато Мёльборн, оказался достаточно популярным — то и дело мимо в обе стороны проходили люди — как пешие, так и всадники, проезжали повозки, телеги, даже обозные поезда. Аарон как‑то сумел договориться с одним торговцем, чтобы нас подвезли до Галена. Это небольшой городок на пересечении Большого торгового пути с Хальским трактом, ведущим через плато в провинцию Лемиэ. По легенде, мы шли именно в Лемиэ, в гости к давнему другу Аарона, а заодно — чтобы посетить несколько творческих выставок и вечеров.

Заинтересовавшись, почему же мы не идем Хальским трактом, я тут же задала вопрос «брату». Но первым успел ответить торговец — крепко сбитый бородатый мужчина лет пятидесяти с плутоватым взглядом. Его небольшой обоз тянул шикарные ткани в Ламбори — крупный город — ярмарку, что уходил западнее Ренсвитта.

Мы ехали в самой середине, в хозяйской телеге, которую тут гордо называли каретой. Но нам теперь не до капризов, хотя бы не своими ногами идем.

— Что вы, юная леди, — покачал головой торговец, назвавшись Мэрдом, — тащить женщин через плато Мёльборн отважится только самый настоящий безумец. В одиночку или небольшими группами там пройти можно, а вот команды от пяти человек не выживают.

— И какая связь? — приподняла бровь Ирра. — Нас ведь всего трое, по вашей логике, должны бы спокойно пройти.

— Там не всякий мужчина выживет, не то что леди. Болота, расщелины, частые туманы… Говорят, что это место проклято четырьмя Богами еще на заре времен, там видели таких несусветных тварей, которые и в кошмарном сне увидишь — не проснешься. Хальский тракт, конечно, достаточно безопасен, но и он не оградит от всех бед. Еще говорят, что туманы сбивают путников с тропы, и тот, кто с тропы сошел — уже не сможет ее найти. Поэтому лучше уж попробовать проскочить через Ренсвитт, там хоть люди воду баламутят, а не хмары подземные…

— А что, — заинтересовался Аарон, — в республиканском герцогстве опять все неспокойно?

Я на секунду впала в ступор, пытаясь определить, о чем говорит воин, ведь республик в империи Анлиг уже давно нет. Ирра тоже удивленно хмыкнула.

— Да, опять эти хмаровы республиканцы завоевали пару городков и объявили независимость, — охотно поделился новостями мужчина. — Как будто им это поможет, когда Император будет порядок наводить. Уже к границам солдат стянули, в Самане так и вообще от вояк не протолкнуться — в крепости Райнд не только гарнизон укрепили, но и на охрану для города не поскупились. Я слышал, что и в Ренсвитт его Императорское величество помощь послал и делегацию с миротворцами. Словом, задавят этих ополченцев, и недели не пройдет. И ведь, главное, не в первый раз такое, но некоторых жизнь ничему не учит!

— Что вы хотите, там люди привыкли ко всеобщему равенству, вот и ершатся.

— Потерявши голову, по волосам не плачут, а этим республиканцам невдомек, что ежели их собственный президент подписал полную капитуляцию, значит, видел в этом смысл. По слухам, тот мужик умный, хоть и простолюдин, а все ж сдал государство.

— За что титул наследный получил и кучу дотаций на развитие, — насмешливо продолжил Аарон.

— Так если человек с мозгами, почему б и нет? Через год, вон, обещается выставка научная в ренсвиттской столице, и говорят, что там много интересного покажут, на изобретение чего имперские денежки пошли.

— Например?

— Ну, про какие‑то «машины» говорят, что книги сами пишут, — неуверенно пожал плечами торговец. — Да мало ли! Все равно, процветает ведь герцогство, богатое, и люди там хорошо живут.

— А вы не думали, — вдруг экспрессивно вклинилась Ирра, — что этот президент — всего лишь предатель своего народа? Продался за подачки от победителя и переметнулся на сторону врага? Потому люди и поднимают восстания. Я еще удивляюсь, как они этого своего «лидера» до сих пор не прибили.

Аарон и бровью не двинул на эти слова, предпочтя пропустить их мимо ушей как заведомо глупые, а вот его собеседник с интересом перевел взгляд на возмущенную «баронессу». Я молча наблюдала за этим спектаклем, не зная, стоит ли вставлять свой комментарий или промолчать. Мне было что сказать, хоть и без знакомства с упомянутым президентом, и мое мнение полностью совпадало со словами торговца. Но, подумав, решила еще послушать, в конце концов, я всего лишь молодая девушка, в политике смыслящая мало. Но отметила, что пример Ирры, ее смелость в высказываниях, пусть и вызванная невежеством, чрезвычайно заразителен.

— Леди, вы будто истории родной Империи не знаете, — наконец, молвил Мэрд. — Неужели в настолько глухом месте росли?

— Где бы ни воспитывалась моя супруга, это наше семейное дело, — довольно‑таки невежливо отозвался Аарон.