Одноглазые валеты - Клэрмонт Крис - Страница 66

– Блэйз, твой дедушка жутко волнуется. Где ты, черт возьми, шлялся? Неплохо бы тебя отшлепать. – Тролль вдруг повернулся, наклонил голову и, разогнавшись, изо всех сил врезался в дальнюю стену. Столкновение сопровождалось таким звуком, будто пушечное ядро попало в стену крепости, и та рухнула. Куриная ножка истерично закудахтала и побежала к большим двойным дверям, которые вели к отделению «Неотложной помощи».

Блэйз пошел дальше – брови изогнуты сердито и задумчиво, руки засунуты глубоко в карманы. Коди не было в ее кабинете.

Не было ее и в операционной. Там был Финн, в маске, он закричал, что комната стерильна и что он оттопчет ему все ноги. Блэйз не стал лезть в голову Финну. Ему даже нравился этот кентавр размером с пони.

Коди была в морге. На столе лежало тело, оказавшееся гигантской осой. Блэйз наблюдал, как она аккуратно надрезает грудину джокера и изучает его легкие. Затем Коди наклонилась к маленькому магнитофону. Ее голос звучал так тихо, что он не мог разобрать слова, лишь слышал ее мягкий, хриплый тембр, похожий на смех ручейка. Звук ее голоса заставил его вздрогнуть, но он не мог понять – от гнева или от желания.

Внезапно Коди подняла глаза и посмотрела прямо на него через крохотное окошко в двери морга. Блэйз подпрыгнул, в ярости от того, что она сумела застать его врасплох. Он толкнул тяжелую дверь, и она открылась. Его гневное появление не сдвинуло ее с места. И это тоже его разозлило.

– Привет, Блэйз. Хорошо провел время за эту неделю?

– Я пришел по двум причинам. Забрать свои камни и тебя.

Ее улыбка казалась кривой и слегка злобной.

– Сынок, твоя проблема заключается в том, что ты придаешь этим камням слишком большое значение.

– Я могу заставить тебя любить меня! – завопил Блэйз.

– Нет, ты можешь заставить меня возненавидеть тебя. Любовь нужно заслужить.

Коди не двигалась с места. Глыба льда и темноты. Блэйз пробежал глазами по этой стройной, высокой фигуре. Заметил, что одну руку она держит под полой халата. Меж пальцев блеснул скальпель. Он улыбнулся.

– Коди, ты так глупа, – тихо проговорил он. Скальпель вывалился из ее подрагивающих пальцев. – Мне наплевать на то, что чувствуешь ты.

Халат тоскливо упал на линолеум.

– Потому что я могу…

Рядом с халатом упала блузка.

– …заставить тебя…

Она переступила через край юбки.

– …любить меня.

При попадании удар мог бы привести к разрыву почки.

Но тренировки по карате помогли Блэйзу среагировать за долю секунды. Парень увернулся от кулака Тахиона и схватил деда за щиколотку. Его подбородок встретился с полом с такой силой, что у него зазвенело в ушах. Тахион почувствовал привкус крови – при падении он прикусил язык. Он перекатился на бок. Моргнул в ужасе, когда ботинок Блэйза приземлился там, где всего секунду назад находилась его голова. Тахион подобрал колени и поднялся на ноги. Блэйз набросился на него, но старик оттолкнул его искусственной рукой. Пальцы на ней не сжимались в нормальный кулак, но пластиковыми отростками он все равно сумел нанести серьезный удар в солнечное сплетение подростка.

Блэйз издал звук, похожий на неисправный воздушный тормоз, и когда он перестал управлять мыслями Коди, она бросилась к своим хирургическим инструментам.

– Довольно этого дерьмового выпендрежа! – закричала она. – Просто подчини его мысли!

На мгновение Тахион отвлекся, посмотрев на совершенно обнаженную Коди, которая схватилась за нож для разрезания грудины – прямо как современная Ипполита[86].

Первое правило схватки – это никогда, никогда, никогда не отвлекаться. Блэйз ударил его по лицу. С ужасным хлюпающим звуком хрящ в носу Тахиона сломался, и кровь фонтаном полилась ему на грудь, растекаясь по элегантному пальто персикового цвета, словно детский нагрудник.

Запоздалым жестом такисианец поднял руки для защиты. С осторожностью они с Блэйзом подступали друг к другу. Ложный удар, ложная атака. Тахион собрал свои силы мысли и ударил по гладкой поверхности щитов разума Блэйза. Затем ударил снова – по щиту поползла паутинка трещин. С такой скоростью ему не разбить защиту мальчишки до следующего вторника. А столько времени у Таха не было.

Слишком большое количество выпивки и недостаточное – физических упражнений – брали свое. Он дышал, как побитый боров. Блэйз нанес ему сокрушительный удар в корпус, который оживил воспоминания о том, как в прошлом году ему сломали ребра.

Вдруг в дело вмешалась Коди. Искусным движением она мощно ударила Блэйза в затылок своим ножом для разрезания грудины. Он пошатнулся, но затем Коди замерла, и он, прихрамывая, двинулся на Тахиона.

– Видишь ли, дедуля. – Улыбка Блэйза напоминала дикий оскал. – Я могу контролировать ее и отталкивать тебя. Мысленно и физически. Одновременно.

Способность Блэйза к принуждению была одной из самых могущественных, с которыми Таху приходилось сталкиваться, но это была грубая сила. Изящество высших ментальных тактик было ему неизвестно. Тахион с презрением отбивал хватку Блэйза от Коди. Пытался встать между ней и мальчиком. Его мысленные щиты объятием окутывали ее.

Коди была в ярости. Ее мысли искрились, как закоротивший провод.

Чертчертчерт. Самцы. Чертовысамцы. Я предмет их чертовых разногласий. Янеигрушка! Отпустименявыпусти!

Не могу. Не посмею. Тахион отправил ей свои мысли. Помоги мне, – умолял он.

Тахион слизнул кровь с верхней губы и, столкнувшись с Блэйзом, выдержал три мощнейших удара. Искусственная рука, похожая на когтистую лапу, схватила Блэйза чуть выше локтя. Силы давления хватило бы, чтобы согнуть металлическую кружку. Реакция человеческих тканей Тахиона тоже удовлетворила. Блэйз закричал, а ноздри Тахиона раздулись от дикого, радостного довольства – он снова и снова наносил удары левой рукой по лицу Блэйза.

Только посмей до нее дотронуться! Нет! Она только моя! Она моя! Моя! МОЯ!

Блэйз попытался ударить его в пах, но Тах оказался быстрее. Удар пришелся на бедро. В ответ мужчина нанес мальчишке сокрушительный удар между ног. Его крик пронесся по всему моргу. Тахион чувствовал, как мысленные силы Блэйза пытаются сбить его защиту, но сейчас мальчик ощущал слишком сильную боль, был слишком дезориентирован из-за ненависти и похоти, чтобы бросить серьезный вызов силам Таха.

Вдруг кто-то схватил его за плечи.

– Перестань! Перестань! Ты убьешь его.

Тах огрызнулся, игнорируя ее предупреждение и продолжая приятное дело – сокрушение своего врага до кровавого месива. Ее руки отпустили его. Тах услышал, как босые ноги Коди шлепают по кафелю, убегая прочь.

Мучение! Формальдегид, будто кислота, обжег порезы на его лице, глазах. И Тах, и Блэйз отступили. И, наконец, он все осознал. Жажду крови, убийства. Он едва не убил собственного внука. В ужасе Тахион отшатнулся, поскользнулся в луже крови и, размахивая руками, упал на пол.

Блэйз с кровавой маской вместо лица придерживал искалеченную руку и сердито смотрел на Тахиона.

– Ты труп!

Блэйз, хромая, поспешил к двери. Он распахнул ее и вылетел из морга. Тахион отбросил сдерживавший его страх и с трудом поднялся на ноги.

– Ты куда собрался? – закричала Коди.

– Я должен… поймать его. Извиниться. Помочь ему.

– Уже слишком поздно!

Тах неверной походкой направился к двери, но из-за боли в разбитом носу у него закружилась голова. Тах мысленным криком позвал Тролля и был удивлен, когда трехметровый джокер появился перед ним уже секунду спустя.

– Док, вы в порядке? – спросил охранник.

– Конечно, он не в порядке, – резко ответила Коди. Тролль несколько раз открыл и закрыл рот, наблюдая за полностью обнаженной главой хирургического отделения.

– Блэйз, – пробормотал Тах – слегка нечетко из-за быстро опухающей губы.

– Он выскочил отсюда как ошпаренный, – сказал Тролль, а затем уныло добавил: – Простите, что меня так долго не было – я сам себя вырубил.