Командор - Большаков Валерий Петрович - Страница 23

— Взяли! Ещё ра-аз… Взяли!

— Тяни, Роже!

— Только не порви!

— Не смеши, Джон, и без того ноги трясутся!

— Взяли!

— Крепи!

— Эй, камень из-под борта уберите! Кэриб!

— Щас, щас!

— Взяли-и!

Дозорные заняли места на скалах, а двое матросов вышли на шлюпке в море, высматривать вражеские корабли.

Лишь теперь Олег почувствовал всю опасность кренгования — пока «Феникс» лежит на боку, все они: и капитан, и его команда — совершенно беззащитны. Приходи и бери их голыми руками.

Сухов даже подосадовал на себя: зачем было отпускать Моллара?

Подежурил бы, присмотрел за товарищами…

Впрочем, они тут не собираются задерживаться.

И Олег вместе со всеми вышел «на субботник».

— Шевелись, Понч! — подбадривал друга Быков. — Растряси жирок!

— Ой, да сам уже скоро хрюкать начнёшь! Угу…

— Не дождётесь! Я фигуру блюду!

— Цыц!

— Ёш-моё…

Вскоре никого осаживать не пришлось, все ушли в работу.

Одно лишь тяжёлое дыхание слышалось да кряхтенье, изредка перебиваемое солёными словечками — тяжко приходилось.

Легко отдираться всякие моллюски, водоросли, морские жёлуди не желали, приходилось силу прикладывать.

А отдерёшь эти наросты, другая морока начинается — подгнившую доску замени да покрась, чтобы ракушки не так цеплялись.

Ухе сколько там краски хватит, столько и развози её по днищу.

Работали без продыху, чтобы успеть и второй борт очистить до наступления прилива.

Когда прошлись от форштевня до ахтерштевня, все разом в канаты впряглись, да и перетянули галеон на другой бок.

И опять со скребками, топорами, долотами, даже заступами — сбивать зловредные ракушки, счищать, сдирать, соскребать…

К вечеру, когда галеон уже стоял на ровном киле, прилив поднял его.

Корсары вымотались совершенно. Вяло пожевав мясо, поданное на ужин, все попадали.

На палубу, на пляж — лишь бы спать, спать, спать…

И уже никто не видел, как в наступивших сумерках отчалила рыбацкая лодка. Гребец, мулат или чернокожий, сливался с темнотой, осторожно, без плеска погружая вёсла.

Когда он покинул бухту, направляясь к Эспаньоле, то стал и вовсе неразличим.

Глава 8, в которой Олег приобретает билет в один конец

С утра было воскресенье и погода стояла на диво — тепло, но не жарко. Тяжёлую пелену духоты сдувал свежий ветер, принося желанную прохладу.

— Вот за что я люблю тропики, — разглагольствовал Быков, — так это за такие вот минутки! Ёш-моё, хорошо…

— Угу, — хмыкнул Пончик. — Походишь в туфлях на два размера меньших, а потом как снимешь… Счастье!

— Чтоб ты понимал в радостях жизни!

Сухов усмехался только, не принимая участия в дискуссии, — то была утренняя разминка Ярика с Шуркой. Просто для поднятия тонуса.

— Олег! А мы куда теперь?

— Для начала на Гонав явимся. Потом заглянем к нашим французикам на Сен-Кристоф. А после… Не знаю. Придётся, наверное, разведать, где тут можно сыскать крупные изумруды. Это самое… Наведаемся в Картахену, в Маракайбо…

— Прямо на «Фениксе»? Угу…

— Угукало ты наше, — ласково проговорил Быков, — а соображать ты не пробовало? На «Фениксе»! Мы ж не сдаваться двинем, а разузнать, где тут камушки и у кого их стырить можно!

— Тоже мне, нашлось соображало! — фыркнул Пончик. — Угу…

Сухов отвернулся, чтобы Шурка не увидел его ухмылки. А то обидится ещё, угукало…

…Ветер дул попутный, и «Феникс» распустил паруса, держа на юго-запад.

Огибая западные берега Эспаньолы, они заглянут в бухту Гонав, наберут там свежей водицы, фруктов и лягут на курс вдогон за «Симургом».

«Феникс» и раньше ходил побыстрее красного галеона, а ныне-то, с гладким днищем, и подавно обгонит. Через сутки-двое вполне можно будет увидать на горизонте паруса «Симурга»…

— Испанцы! — раздался крик марсового. — Испанцы по левому крамболу!

Олег выругался. Вот всегда так! Только на хорошее настроишься, а житие с бытием обязательно какую-нибудь гадость подсунут!

Вот и паруса показались. Но под ними не друзья. Враги.

Вооружившись подзорной трубой, Сухов оглядел близкий берег Эспаньолы. На его фоне красиво выделялись два испанских галеона.

Раздув паруса, они лавировали, подстраиваясь под ветер.

На этом можно сыграть, мелькнуло у Сухова. Будем идти прежним курсом, сможем оторваться. Эти бросятся в погоню, само собой, а к вечеру станет ясно, кто быстрей…

— Испанцы по левому борту! Испанцы по правому борту!

А вот это уже хреново.

Ещё парочка галеонов величаво выплыла из Кайон-ской бухты. Пятый галеон был ещё далеко, он приближался с запада.

— Это засада, капитан! — прокричал Диего. — Они нас ждали!

— И дождались, — тяжело обронил Олег.

Взявшись просчитывать варианты, он не смог сделать ни одного утешительного вывода.

Испанцы гонят его на запад, ясно даже и ежу. Любой капитан выберет то направление, которое сулит меньше всего неприятностей.

На север, против норд-оста, не попрёшь. Пойдёшь на юг — там двое. И на востоке столько же. А будешь держать на запад — столкнёшься лишь с одним галеоном. И что?

Этот одиночка, суд я по паре задних мачт, побольше «Феникса», и намного. Он свяжет корсаров боем, а тут и остальные четверо подоспеют. И впятером на одного…

Но ничего… Капитан Эш — не любой. Он такой единственный.

На запад, говорите? А хрен вы угадали!

— Диего! — рявкнул Сухов. — Курс на юг! Это самое… Держим к Эспаньоле!

Мулат сначала растерялся, целую секунду стоял с открытым ртом, а после забегал, отдавая команды матросам.

Корсары слаженно тягали снасти, упираясь в палубу босыми пятками или подошвами новеньких ботфортов. Они не задавались вопросами, они верили капитану. А тут и Диего просветлел лицом.

— Я понял! — сказал он. — Четверо будут мешать друг другу, да?

— Будут, — вздохнул Олег, — но не настолько, чтобы мы взяли верх. Нас потопят, Диего. Обязательно. Можно, конечно, с честью погибнуть, всё это очень благородно — и очень глупо. Мы сойдём на берег, Мулат.

— На берег?..

— Именно. Тогда против нас будут лишь два корабля противника. Те, что на востоке, можно не брать в расчёт, они слишком далеко, а западный и подавно.

— А на берегу что?

— Ничего. Уйдём в леса и начнём свою войну! Дадим испанцам такого жару, что они взвоют!

— А корабль взорвём! — с воодушевлением сказал Диего.

— Нет.

— Нет? Почему?

— Жалко. Понч! Готовь своих пушкарей!

— Всегда готовы, капитан!

— Эгей, морячки-корсарчики! Это самое… Слушать меня! Готовим шлюпки, будем переправляться на берег под прикрытием «Феникса»! С собой берём оружие, еду, одежду, лекарства — всё, что можем унести на себе!

Корсары не испытывали добрых чувств к испанцам, они были злы как черти, им была ненавистна сама мысль покинуть корабль, но умом каждый из них понимал — выжить, случись битва, не удастся.

А если и повезёт кому, то этот «везунчик» закончит свои дни на шахтах Эспаньолы. И мучиться ему долго не придётся, рудокопам отпущен малый срок…

Пиратский галеон под всеми парусами шёл навстречу берегу.

В этих местах хватало небольших бухточек и лагу-нок, в которые можно было войти большому кораблю, но вот выйти обратно оказывалось делом весьма затруднительным — не развернуться.

Но корсарам и не надо было обратно, им достался билет в один конец…

Пара испанских галеонов, шедших с юга, замешкалась, их капитаны не ожидали от корсаров подобного безрассудства. В подзорную трубу Олег разглядел названия кораблей: «Сантана Майор» и «Сан-Пабло».

На «Сантана Майор» опомнились первыми и стали разворачивать галеон. «Сан-Пабло», повёрнутый к «Фениксу» левым бортом, неожиданно окутался облаком порохового дыма. Прокатился гром залпа.

— Недолёт, — спокойно сказал Пончик.

Ядра, словно слушаясь канонира Пончева, попадали в волны в добром кабельтове от корабля, подняв фонтаны брызг и пены.