Командор - Большаков Валерий Петрович - Страница 11

Подменяясь, всё-таки выволокли кулеврины на макушку холма. Установили, укрепили.

— Понч, заряжай.

Шурик, валявшийся на травке, раскинув руки и ноги, пробормотал:

— Не кантовать… Меня. Угу…

— Подъём, царёк полей! Артиллерия ждёт твоего нежного внимания.

— Ох-хо-хо…

— И не кряхти, как старый дед.

— Ничего не старый. Мне, может, нравится кряхтеть!

— Заряжай давай… Так, товарищи, кто пойдёт парламентёром?

— Я пойду, конечно же! — решительно заявил Акимов.

— Флаг тебе в руки, — пробормотал Яр, — и барабан на шею.

— Нет, — мотнул головой Олег. — Жак? Как ты насчёт прогуляться?

— Да ради бога! Только дайте мне чего-нибудь белого, на палку привязать.

Сухов скинул свой камзол и снял рубашку.

— Держи.

— Жалко…

— Случись бой, а он непременно случится, чует моё сердце, от неё всё равно клочья останутся. Пусть лучше послужит благому делу.

— Ну я пошёл тогда.

— Скажешь, что форт окружён и под прицелом орудий. Выдадут девушку добром, отделаются выкупом. Не выдадут — раскатаем по брёвнышку. Сигналом, чтобы открывать огонь из пушек, будет твой флаг — опустишь его, и мы пальнём. Понял?

— Понял!

— Действуй.

— А мы Галю не заденем? — встревожился Виктор.

— Во двор ядра не полетят, — авторитетно заявил Пончик, — мы по стеночке…

— Пугануть их надо, Вить, чтоб проняло до самых печёнок. А штурмовать придётся в «ручном режиме». Лестницы принесли?

— Тут они, — прогудел Шанго. — Только не знаю, выдержит ли такая меня…

— А мы тебе две лестницы приставим, — серьёзно сказал Шурик. — На одну будешь левой ногой становиться, а на другую — правой.

Африканец хотел рассердиться, но на Пончика он злиться не умел.

— Скажешь тоже… — буркнул чёрный принц.

— Анри, — распорядился Сухов, — берёшь с собою троих с мушкетами, будете прикрывать Жака со спины. Мы ударим отсюда.

— Понял, господин командор.

— Понч, готовсь.

— Всегда готовсь!

Олег испытывал в эти минуты болезненное нетерпение, ему хотелось побыстрее расквитаться с Горном, или с Хоорном, или как его там, и вернуться, и пусть Витька встретиться с любимой, и всё будет хорошо, и они, наконец, покинут эту дурацкую Новую Англию, зачаток будущих Штатов.

Их поход он воспринимал как прогулку, как досадную неизбежность и злился на себя, что вовремя не повесил недоделанного «святого».

Вскоре Сухову пришлось изменить своё мнение — прогулка выдалась долгой…

Глава 4, в которой Олег устремляется к далёким Голубым горам

Олегу с высоты было хорошо видно, как де Террид не спеша приближается к форту. К резиденции Альберта фон Горна вела от самого берега утоптанная дорожка, можно было и причал разглядеть, у которого еле-еле покачивалась пара плоскодонок.

Жаль, что ворота с высоты виднелись наискосок, ядром не выбьешь.

Неожиданно над оградой возник крепкий малый с мушкетом.

«Чернец»!

Он что-то крикнул Жаку и сразу же выстрелил ему под ноги.

Де Террид заорал, видимо не желая особого блага стрелку, и замахал белым флагом.

Стрелок скрылся, но вскоре возник снова, да не один.

Этот второй, в широкополой чёрной шляпе, завопил что-то противным, визгливым голосом и сделал недвусмысленный жест: убирайся прочь!

Ну было бы сказано…

Мушкетёр пожал плечами, развернулся и потопал, резко опуская белый флаг.

— Огонь, — спокойно скомандовал Сухов.

Кулеврина тут же бабахнула, грохотом пугая птиц, — целая туча пичуг поднялась в небо из окрестных зарослей.

Ядро вломилось точно — в угол ограды, сваливая во двор фальконет вместе с вертлюгой.

— Это самое… Всади им туда же!

— Есть, товарищ командор!

— Мушкетёры… Огонь!

Над оградой замелькали головы «чернецов» в шляпах, выглядывая и пропадая, как поплавки.

Залп из мушкетов дал неплохой итог — как минимум двум «поплавкам» резко поплохело.

Грохнула вторая кулеврина. Ядро рассадило два столба, смыкавших северную стену и восточную, выходившую к реке. Образовалась изрядная щель — нога пролезет.

— Понч, заряжай! И всё по тому же месту!

— Слушаюсь!

Ударила пара мушкетов из крепости.

Им тут же ответили Шанго и Хиали, засевшие недалеко от «огневой точки».

— Ладно, хватит, — сказал Олег, скидывая шляпу.

Напялив на голое тело перевязь с парой пистолетов-пуфферов, он взял в руку третий, излюбленный свой «флинтлок», и махнул им в сторону форта:

— На штурм! Шанго, хватай лестницу. Франсуа, а ты — вторую. Понч с Витькой прикрывают. Мушкетёры!

— Прикроем, господин командор! — отозвался Жак.

— Цел?

— Как непочатая бутылка!

— Ну всё, мы пошли. За мной!

По склону холма Сухов сбежал в низинку, откуда махом одолел невысокий вал.

Сзади прогремел выстрел из мушкета — надо полагать, кто-то высунулся из-за ограды.

Шанго с ходу приставил лестницу, и Олег взбежал по ней наверх, перепрыгивая на узкую галерею, окаймлявшую всю ограду, лишь у ворот она разрывалась.

Пустого пространства внутри форта практически не было — несколько блокгаузов, рубленных из брёвен, задними стенками примыкали к частоколу, четыре приземистых сооружения, по виду склады, стояли в ряд, рядом с ними — два жилых дома, общий и хозяйский. Толстый брус-засов запирал ворота.

Буквально в пяти шагах от Сухова приседал на четвереньки защитник форта, весьма упитанный и с мушкетоном [24] в руках.

Он резко вскинул своё оружие, но Олег опередил его, расходуя заряд «флинтлока».

Защитника отбросило на тесовую крышу склада.

Сухов глянул вниз. Настил галереи был поднят футов на десять от земли, утоптанной в пыль.

Оттуда на галерею вела пара лестниц.

Сунув опустошённый «флинтлок» за пояс, Олег спустился по ближайшей из них вниз.

Следом за ним, подломив пару перекладин, съехал Шанго.

— Дрянные у них лестницы! — сказал он в раздражении.

— И не говори… Блокгауз!

Они выстрелили одновременно, стремясь попасть в бойницу, из которой показалось дуло мушкета.

Повезло ли им, осталось неизвестным, но мушкет выстрелил мимо, попав в створку ворот.

Ствол так и торчал в амбразуре — то ли стрелку было лень перезаряжать оружие, то ли времени не было, то ли Сухов не зря истратил один из пуфферов.

— Яр, к блокгаузу!

Быков промчался по галерее и спрыгнул на крышу склада, куда давеча сверзился убитый Олегом «защитник».

Подобрав мушкетон, Яр стал на колено и выстрелил по видимой им цели.

Как выяснилось вскоре, удачно — мужик с пистолетом выпал из-за угла «общего дома» и растянулся в пыли.

Быков с Суховым оказались возле него одновременно.

— Ладно, — сказал Ярослав, — так и быть, пистолет твой!

— Чистим блокгауз, щедрый ты наш!

Подобрав трофейный пистолет, Олег бросился к дверям блокгауза.

— Шанго! Открывай ворота! Я прикрою!

Не отвечая, негр взял с места громадными скачками.

Одним мощным движением вынув тяжёлый брус из ушек, чёрный гигант перебросил его через себя и отворил ворота.

Запоздалый выстрел ударил из дверей «общего дома», откуда выглянул молодой мужчина с мушкетом.

К счастью, он промахнулся, а вот Сухов — нет.

Увесистая пулька ударила «чернеца» в грудь, снося с ног.

— Готов!

Паче чаяния, толстая дверь в блокгауз была не заперта.

Ворвавшись внутрь, Олег никого не увидал.

Поднявшись по скрипучей лестнице на второй этаж, ему пришлось констатировать смерть единственного оборонца.

— Франсуа, в общий дом!

В это время двор наполнился людьми Сухова, они разбежались в разные стороны, врываясь в дома, занимая склады.

Ещё пять минут — и форт пал.

Изо всех защитников крепости фон Горна уцелели трое — молодые, сильные, упёртые.

Набычившись, они смотрели на Олега исподлобья.

— Где девушка? — холодно спросил Сухов.