Статьи разных лет - Багатурия Георгий Александрович - Страница 110

Одним из направлений, по которому шло развитие учения о предпосылках, было прогнозирование судьбы тех общественных явлений и факторов, которые составляют содержание этих предпосылок, после победы пролетарской революции. Общий прогноз основоположников научного коммунизма сводился к тому, что основные материальные и духовные предпосылки, возникающие до революции (такие, как производительные силы, отношения общения, сознание), должны быть развиты дальше в ходе самого коммунистического преобразования общества (иной, очевидно, представлялась судьба противоречий капитализма). Так, в «Принципах коммунизма» Энгельс со всей определенностью говорит о необходимости дальнейшего развития производительных сил в переходный период[592]. В «Немецкой идеологии» Маркс и Энгельс подчеркивают необходимость дальнейшего развития самогó революционного класса: «…революция необходима не только потому, что никаким иным способом невозможно свергнуть господствующий класс, но и потому, что свергающий класс только в революции может сбросить с себя всю старую мерзость и стать способным создать новую основу общества»[593]. Речь идет, очевидно, о дальнейшем развитии сознательности масс. Революция – это двуединый процесс изменения общественных отношений и изменения самих людей, их сознания.

По мере расширения исторической практики развивались и другие аспекты марксистской концепции. Маркс и Энгельс отмечали, что с превращением истории на стадии крупного машинного производства в подлинно всемирную историю, с развитием универсального мирового общения возникает принципиальная возможность революционных преобразований и не в самых развитых в экономическом отношении странах. Начало обоснования такой возможности содержится уже в «Немецкой идеологии». Опираясь на исследование Энгельсом положения рабочего класса в Англии, авторы «Немецкой идеологии» формулируют чрезвычайно важные исходные положения: «Разумеется, крупная промышленность не во всех местностях данной страны достигает одинакового уровня развития. Это, однако, не задерживает классового движения пролетариата: тот слой пролетариев, который порожден крупной промышленностью, становится во главе этого движения и увлекает за собой всю остальную массу… Точно так же страны, в которых развита крупная промышленность, воздействуют на plus ou moins (более или менее. – Ред.) непромышленные страны…»[594].

Впоследствии, когда развитие революционного движения в России поставило вопрос о применении марксистской теории к условиям этой тогда отсталой страны и о перспективах ее революционного развития, Маркс и Энгельс развили подобные исходные теоретические и методологические положения применительно к новому историческому опыту в определенную систему взглядов. Очень поучительно в этом отношении и письмо Энгельса Вейдемейеру 12 апреля 1853 года, в котором Энгельс предвидит возможность прихода коммунистов к власти в относительно отсталой тогда Германии при недостаточном еще развитии материальных предпосылок для коммунистических преобразований и связанные с этим трудности[595]. Показательно, что, вырабатывая новую экономическую политику, В.И. Ленин вспомнил об этом письме Энгельса и просил Адоратского разыскать его текст.

Если, как мы видели, при первоначальной формулировке предпосылок революции шла речь о пролетаризации большинства населения, то теоретическое обобщение опыта европейской революции 1848 – 1849 годов, охватившей страны с преобладанием крестьянского населения, привело к выводу о необходимости союза пролетариата и крестьянства как условии, предпосылке успешного осуществления пролетарской революции (первая наиболее важная формулировка этого положения содержится в работе Маркса «Восемнадцатое брюмера Луи Бонапарта» в 1852 году).

Весьма важным для понимания диалектики объективных и субъективных, внутренних и международных предпосылок революции является письмо Энгельса Августу Бебелю от 26 октября 1891 года. Констатируя, что буржуазное общество в основном созрело для революционных преобразований, наличие основных объективных предпосылок для этого, Энгельс вместе с тем указывает: «…Старое буржуазное общество может продолжать еще некоторое время свое существование, пока толчок извне не разрушит это гнилое здание. Такое прогнившее старое сооружение может еще продержаться несколько десятков лет после того, как по существу уже отживет свой век, если воздух останется спокойным»[596]. Так учение о предпосылках революции перерастает в учение о революционной ситуации.

Анализ приведенных и многих других высказываний основоположников научного коммунизма о предпосылках коммунистического преобразования общества показывает, что в основе данной концепции лежит диалектико-материалистическое понимание истории, то есть исторический материализм; что с развитием этой непосредственной философской основы теории научного коммунизма, по мере расширения и углубления теоретических исследований Маркса и Энгельса и в конечном счете с расширением исторической революционной практики развивалось и марксистское учение о предпосылках пролетарской революции; что выяснение материальных предпосылок коммунистического преобразования общества явилось выдающимся открытием основоположников научного коммунизма, а первая формулировка их – особой заслугой Маркса; что это открытие вместе с разработкой материалистического понимания истории позволило Марксу и Энгельсу выявить и исследовать всю систему предпосылок коммунистического преобразования общества: материальных и духовных, объективных и субъективных, внутренних и международных, экономических, социальных, политических, идеологических, проследить развитие всех противоречий капитализма, начиная от главного противоречия между производительными силами и производственными отношениями буржуазного общества, включая весь комплекс производных и подчиненных противоречий. Общие тенденции углубления и расширения данной концепции, которые можно было проследить в период деятельности Маркса и Энгельса, получили дальнейшее всестороннее развитие в трудах В.И. Ленина, в теоретической деятельности коммунистических партий.

Единство революционной теории

(К 100-летию книги Ф. Энгельса «Анти-Дюринг»)

[597] 

В начале июля 1878 года в Лейпциге вышла в свет скромно изданная небольшого формата книга под ироническим названием: «Переворот в науке, произведенный господином Евгением Дюрингом». Автором книги был Фридрих Энгельс. В переписке с друзьями он кратко именовал ее: «Анти-Дюринг». Под этим названием она и вошла в историю.

Книга Энгельса стала первой энциклопедией марксизма, ибо давала цельное изложение всех его составных частей – диалектического и исторического материализма, марксистской политэкономии и научного коммунизма – в их неразрывном единстве. Ее идеи получили самое широкое распространение. «Анти-Дюринг» – одно из наиболее известных, читаемых и изучаемых произведений основоположников научного коммунизма. В нашей стране он издавался более 80 раз на 24 языках общим тиражом свыше 3 миллионов экземпляров. Многие десятки раз издавали его и в других странах мира.

Почему же полемическое произведение, направленное против заурядного приват-доцента Берлинского университета, приобрело поистине мировую известность? Почему Энгельс на два года прервал свои исследования в области диалектики природы, чтобы выступить против столь незначительного противника? В чем секрет долголетия и мощи энгельсовской работы?

Дело в том, что незначительным был непосредственный адресат полемики, но огромна цель книги, велика общественная потребность, на которую откликался этот труд. В те годы в Германии создавалась объединенная социал-демократическая партия – массовая рабочая партия в стране, куда после поражения Парижской Коммуны переместился центр европейского революционного движения. В этих условиях вопросы программы и теоретических основ партии приобретали решающее значение для судеб не только немецкого, но и всего европейского рабочего движения. Его надо было вооружить научной революционной идеологией, отбросить все, что этому мешало.