Энгельс – теоретик - Багатурия Георгий Александрович - Страница 65

Для уяснения структуры первобытного общества важную роль сыграло изучение Марксом и Энгельсом азиатской, в частности, индийской общины в 50-е годы. Мнение о принципиальном различии между семейными отношениями в первобытную эпоху и последующей моногамной, индивидуальной семьей у Маркса определилось уже в 1859 году. Энгельс высказался в этом же духе в 1870 г., еще до выхода в свет книги Моргана и, по-видимому, до знакомства с книгой Бахофена. Он писал в рукописи по истории Ирландии, что существовавшие у ирландских кельтов формы брака, допускавшие гораздо большую свободу половых отношений, чем при индивидуальной семье, «имели место у всех диких народов»[456]. Наличие полигамии у древних кельтов Энгельс констатировал в своих выписках из сборника древних ирландских законов «Шенхус Мор»[457]. Как из этих выписок, так и из других подготовительных материалов Энгельса по истории Ирландии видно, что самое серьезное внимание его привлекали многочисленные свидетельства в источниках о той крупной роли, которую играли в общественном строе ирландцев родовые и клановые отношения, общинные обычаи, общинное владение землей. Изучение ирландской истории помогло Энгельсу самостоятельно разобраться в некоторых первостепенных проблемах, связанных с пониманием места родовой организации в жизни первобытных народов и подготовиться к глубокому, а в ряде случаев и к критическому восприятию книги Моргана.

Важной вехой в развитии взглядов Энгельса на первобытное общество явились его занятия историей древних германцев в начале 80-х годов. Результаты этих исследований еще более укрепили Энгельса в тех выводах, которые были сделаны им независимо от Моргана и потом уточнены и конкретизированы на основании материалов его книги. Да и самый выход в свет моргановского «Древнего общества» не стал для Энгельса пределом в его дальнейших занятиях первобытной историей. Он продолжал изучать новую литературу, работы об австралийцах Файсона и Хауитта, труды Вестермарка, Жиро-Тёлона, Летурно, Банкрофта, Ковалевского и других ученых. На основании нового материала он внес по сравнению с данными Моргана значительные уточнения в 4-е издание «Происхождения семьи, частной собственности и государства»[458].

Энгельс поддержал концепцию выдающегося американского этнографа как ученый, стоящий на самых передовых позициях в науке. Такой ученый всегда глубже других воспринимает наиболее прогрессивные явления в любой отрасли науки. Идеи Моргана оказались к тому же весьма близки к собственным взглядам Маркса и Энгельса. Критическое усвоение положений труда Моргана позволило конкретизировать и развить дальше эти взгляды, оплодотворить и общую материалистическую теорию исторического процесса. Научные заслуги Моргана, признанные Энгельсом, поэтому отнюдь не умаляют его собственного вклада в разработку первобытной истории. Интерпретация Энгельсом взглядов Моргана в свете исторического материализма и собственных результатов изучения истории, прежде всего на кельтских и германских материалах, – отнюдь не популяризация содержания книги Моргана, а некий качественно более высокий синтез достижений передовой этнографической науки и марксистского понимания исторического процесса, его отдельных стадий.

О самостоятельной роли Энгельса в разработке первобытной истории говорит и тот факт, что еще до появления книги Моргана им была поставлена на научные рельсы сама проблема происхождения первобытного общества. В 1876 г. он написал статью «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека». К сожалению, она не увидела света при жизни автора, но после ее публикации в 1896 г. на многие годы вперед определила основные пути развития научного антропогенеза и социогенеза. Великой заслугой Энгельса является то, что он доказал преобразующее влияние трудовых процессов на формирование самого физического типа человека. Буржуазные современники Энгельса – представители позитивистской историографии, социал-дарвинизма и т.д., – как правило, сводили это формирование либо к действию меняющейся географической среды (Бокль, Реклю и др.), либо к чисто биологическим процессам (Спенсер, Фогт и т.д.). Свою теорию Энгельс выдвинул в противовес социал-дарвинистам и вульгарным материалистам. При этом он отнюдь не игнорировал влияния природного фактора – географической среды, естественного отбора и т.д. Биологические процессы играли, по его мнению, крупную роль не только в период становления человеческого общества, но и на ранних ступенях его развития. В предисловии к «Происхождению семьи, частной собственности и государства» он прямо писал о зависимости общественного строя не только от уровня производства материальных благ, но и от производства самого человека и соответствующих форм семьи. Это влияние естественных связей, уз кровного родства становится второстепенным, подчиненным фактором только при более высоком развитии производительных сил, в условиях перехода к классовому обществу[459].

Таким образом, Энгельс не отрицал роли биологических процессов в формировании человека. Однако он доказал, что предпосылкой возникновения человека и человеческого общества могло стать только определенное сочетание этих процессов с трудовыми и усиливавшееся влияние этих последних. Труд, писал Энгельс, – «первое основное условие всей человеческой жизни, и притом в такой степени, что мы в известном смысле должны сказать: труд создал самого человека»[460]. Только соединенное действие социального фактора – труда, производства орудий труда, добывания с их помощью пищи и т.д., – с естественным, биологическим, привело к появлению человеческого общества.

Социальные и биологические процессы в ходе антропогенеза, в понимании Энгельса, взаимодействовали по-разному. Так, влияние на физиологическую эволюцию предка человека успехов в добывании и приготовлении пищи закреплялось естественным отбором. С другой стороны, животные инстинкты, в том числе ревность самцов, зоологический индивидуализм, препятствовали сплочению первобытного стада как первоначального, общественного коллектива, стояли на пути социогенеза и должны были преодолеваться[461]. Таким образом, к проблемам антропогенеза и социогенеза Энгельс подошел как диалектик, учитывающий всю сложность и объективную противоречивость этих процессов.

В обобщенном виде взгляды Энгельса на первобытное общество были, как уже говорилось, изложены в его книге «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Здесь Энгельс суммировал и содержание книги Моргана, и критические замечания Маркса, сделанные им в конспекте этой книги[462], и данные других ученых, и результаты собственных исследований кельтских и германских древностей, а также истории античности. Он дал цельную сводку наиболее передовых воззрений на первобытность, достигнутых исторической наукой в XIX веке, вскрыл основные особенности социальной структуры первобытного общества, показал главные направления его эволюции. Важное научное значение имело различение двух стадий его развития: первоначальной, дородовой (согласно более поздней терминологии, эпохи первобытного стада) и родовой. Род у Энгельса – категория историческая, имеющая свои корни не только в естественных связях, эволюционировавших под влиянием развития первобытной семьи, но и в определенных социальных условиях жизни общества. Именно эти социальные сдвиги в примитивном коллективе обусловили появление родового устройства как характерной формы определенного общественного порядка[463]. Род, фратрия, племя – таковы типичные звенья этого устройства.

Непреходящее значение имеет и положение о первобытном коммунистическом общем домашнем хозяйстве. Энгельс видел в нем экономическую основу первобытного общества как на дородовой, так и на родовой стадии его развития, отдавал себе отчет в том, что форма ведения этого хозяйства на разных ступенях видоизменялась: хозяйственной ячейкой общества с появлением парной семьи становилась домашняя община, объединяющая несколько семейств, большая семейная община и т.д.[464]. Господство группового брака, эволюция брачных отношений от полигамии к парной семье и моногамии, матриархальная система родовых отношений, сменившаяся постепенно менее древней, патриархальной, отсутствие обособившейся от общества публичной власти – таковы особенности этой ранней ступени развития человечества, очерченные с большим мастерством Энгельсом.