Что такое психология - Годфруа Жо - Страница 148

Прямая посадка слегка откинутой назад головы, поднятый подбородок и опущенные уголки губ, выражающие презрение или погруженность в свои мысли, обыкновенно воспринимаются как притязание на доминирование.

Жесты и телодвижения свидетельствуют о степени внутренней напряженности. Несколько скованная или негнущаяся походка и порывистые или излишние жесты чаще всего связываются с подчиненностью, тогда как расслабленность тела со свободно висящими руками и свободные движения бёдер, придающие походке упругость, расцениваются как признаки доминирования [134].

Как правило, именно доминирующая личность берет в свои руки инициативу в ситуациях, в которых участвуют и другие люди. Часто она чувствует, что вынуждена взять на себя ответственность в полной уверенности, что если не вмешаться, то ничего не получится. Сильная личность задает тон и в собраниях, приспосабливаясь к общему сиюминутному настроению, что позволяет ей играть ту роль, которая ей подобает. Такая личность редко руководствуется заранее спланированным сценарием: она любит импровизировать. Она может позволить себе поздравлять других, ободрять их или хвалить в полной уверенности, что ее комплименты будут оценены. Наконец, она умеет проявлять внимание к слабым.

Хотя, бесспорно, подобные качества (если они не наиграны) действительно присущи многим людям, пользующимся властью, само по себе их наличия еще не достаточно для того, чтобы их обладатель мог автоматически получить власть. Необходимо также, чтобы у него был вкус и склонность к власти, и особенно чтобы достижению власти помогали обстоятельства. Можно даже предполагать, что в человеческом обществе приход человека к власти в большей степени зависит от внешних факторов, чем от качеств личности. В самом деле, можно привести немало примеров вожаков разных групп, которым ни отрывистая жестикуляция, ни низкий рост, ни даже ничем не примечательное поведение не мешали возноситься и удерживаться на вершине иерархии. Многие исследователи пытались выяснить, какие качества свойственны людям, обладающим одновременно и властолюбием, и способностью управлять другими людьми (Christie, 1970; Stagdill, 1974; Kaplowitz, 1976).

Власть и законность

Чаще всего жажда власти сопровождается сильным желанием брать на себя ответственность и выполнять какие-либо задачи. Человеку, стремящемуся к власти, в значительной мере присущи такие качества, как равнодушие в межличностных отношениях, вкус к торгу и большое удовлетворение от возможности манипулировать другими людьми (Christie, Gies, 1970). Претендующий на командование другими людьми умеет сопротивляться социальному давлению; кроме того, он проявляет известную смелость и оригинальность в решении проблем, а также рвение и настойчивость в преследовании целей (Stagdill, 1974).

Эта способность влиять на других людей проявляется однако, лишь в том случае, если члены группы или общества готовы допустить, что кто-то из них получит власть и будет удерживать ее в своих руках. Такая способность вырабатывается в результате длительного процесса социализации, который, подвергая ребенка, подростка, а затем и молодого взрослого человека влиянию семьи, школы, религии и трудового коллектива, узаконивает право некоторых людей управлять другими во имя общего блага.

Однако в масштабе общества и нации власть, основана ли она на законе или на силе, будет оправдана лишь с точки зрения сохранения системы, защищающей интересы определенной части населения, которая считает себя элитой, призванной стоять на страже всеобщего благосостояния. Поэтому маловероятно, чтобы в таких условиях коридоры власти легко смогли занять представители других слоев населения [135]. Чаще всего их занимает политический класс, сформированный данной системой и более или менее сознательно стремящийся удержаться у власти как можно дольше.

Чтобы понять, на чем основано лидерство, полезно рассмотреть, каким образом оно устанавливается и функционирует в ограниченных группах, все члены которых преследуют общие цели, но одни оказывают влияние на других, а другие готовы находиться под этим влиянием.

Социопсихологи выделили ряд факторов, от которых зависит то, что у одного человека больше шансов быть выбранным в лидеры группы и оказаться при этом эффективным лидером, чем у другого. Группа ждет от своего вожака, что он сумеет скоординировать ее активность, обеспечит безопасность ее членов и даст им веру в будущее. Поэтому можно думать, что лидером группы в большинстве случаев окажется человек, обладающий качествами, нужными для данной должности, умеющий управлять другими и прежде всего способный удовлетворять потребности группы. Отметим также, что всегда, по-видимому, легче направлять группу в русло четко определенной активности, когда лидерство покоится на законной основе, а цели ясно обозначены.

Различают два типа лидеров. Первый — это тип функционального, компетентного лидера, сосредоточенного на поставленной задаче; именно такой лидер неустанно борется за достижение группой поставленных целей. Второй — тип аффективного, всеми любимого лидера, сконцентрированного на взаимоотношениях между членами группы. Как показали исследования, «функциональный» лидер всегда легче добивается лидирующего положения в очень благоприятных или очень неблагоприятных ситуациях, в то время как «аффективный» лидер легче достигает этого в промежуточных случаях. Кроме того, было установлено, что, если в группе примерно равное соотношение полов, функциональным лидером чаще всего становится мужчина, а аффективным — женщина [136].

Документ 11.5. Приказы и жизнь других людей

В экспериментах Милгрэма, изучавшего повиновение авторитету (см. документ 2.14), более 65 % «порядочных граждан», служивших испытуемыми, оказались способными наносить мнимые электрические удары такой силы, что, будь они подлинными, они могли бы привести к смерти тех людей, которых эти испытуемые должны были «воспитывать».

В адрес Милгрэма был высказан ряд критических замечаний. Прежде всего ему возражали, что обыватель, привыкший подчиняться власти авторитета, естественно, будет также легко повиноваться и приказам ученого, который должен знать, что делает. Однако, когда затем в опыте в качестве испытуемых были использованы студенты Йельского университета, предположительно настроенные более критично и потому менее склонные поддаваться «манипуляциям», процент «покорных» испытуемых оказался тем же самым. Такую же степень покорности обнаружили и женщины, от которых можно было ожидать меньшей агрессивности.

Чтобы выяснить, в какой степени испытуемые принимали во внимание и другие — помимо престижа экспериментатора — факторы, опыт повторили в деловом учреждении одного из городов штата Коннектикут. На этот раз исследование проводил экспериментатор, который ничем не мог бы внушить к себе особого уважения. Было выявлено 48 % «покорных» испытуемых, что хотя и меньше цифры, полученной ранее, но очень близко к ней.

Опыт был повторен на Среднем Востоке учеными из Форданского университета, изучавшими испытуемых-детей от 6 до 16 лет и студентов. Оказалось, что независимо от культурных особенностей испытуемых доля «покорных» людей составляет здесь, как и в Йеле, 65 %. Таким образом, следует признать: видимо, из каждых троих почти двое, непосредственно столкнувшись с авторитетом, готовы слепо ему повиноваться.

Что, однако, происходит в том случае, если приказ передается испытуемому не прямо, а с помощью, например, переговорного устройства или же опыт происходит в отсутствие экспериментатора? Оказывается, в таких условиях доля «покорных» испытуемых падает и составляет чуть больше 20 %. Таким образом, можно думать, что условия подчинения изменяются, когда человек получает возможность проявить собственную волю.