Замок Древних - Буревой Андрей - Страница 77

— Ладно, — смирился я. — Хоть часть дня.

— Руки болят? — спросила Ирма.

— Болят немного, — ответил я.

Отдав мне стакан с зельем, Ирма сходила за Савором.

— Что, Дарт, сильно боль тревожит?

— Нет, пока ещё терпимо.

— Ну, терпеть её не надо, — сказал маг. — Сразу как боль подступит, говорите мне. Нельзя организму свои запасы на борьбу с болью тратить.

— А Стоун где? — спросил я после того, как маг снял мою боль заклинанием.

— По делам ушёл, — лаконично ответил маг.

— А-а, — разочарованно протянул я.

— Если ты надеялся, что он тебе молоток с зубилом притащит, то зря, — добавил маг. — Хватит тебе рисковать попусту и совать свой любопытный нос повсюду.

— Так что мне теперь и умереть, так и не узнав, что заклинание первого круга охраняло?

— Так это из-за этой коробки ты пострадал? — заинтересовался маг.

— Да. Из-за неё, проклятой.

— Тогда давай я проверю её на магическую начинку, а потом, если всё в порядке, прикрою нас защитным заклинанием, и тогда откроем её, — предложил Савор.

— Давайте, — обрадовался я и отдал магу коробку.

Маг забрал у меня коробку, а Ирма накормив меня, сунула мне в руки книгу. Я открыл её, собираясь дочитать, но, видимо, Ирме не понравилось моё отношение к «жалостливой» истории, и книга оказалась другой. На этот раз это была книга о красавце-рыцаре, победителе турниров и грозе придворных дам. Просматривая книгу, и посмеиваясь в самых смешных местах, я немного отвлёкся от гложущего меня страха за свою жизнь. Определённо, книги мне тоже подбирают, а не Ирма просто так их даёт, решил я, закрыв книгу, и с изумлением заметив, как много прошло времени. И тревожусь я теперь о смерти как-то отстранённо, словно не мне она грозит.

— Как ты себя чувствуешь? — осведомилась подошедшая ко мне целительница.

— Вроде неплохо, — ответил я. — Ничего не болит.

— Хорошо. Лежи и выполняй все распоряжения Ирмы, — приказала Гретта.

— И что, мне всё декаду придётся в постели провести?

— Нет, дней шесть-семь, — ответила Гретта. — Потом можешь сидеть и по комнате немного походить.

— Как же я к походу подготовлюсь? — озадачился я. — Мне же надо собраться.

— Стоуну скажи, — посоветовала Гретта. — Он тебе все, что нужно соберёт.

— Придётся, — вздохнул я. — Раз из дома мне не выйти.

— А как зелья, голова от них не кружится? Тошноты, или ещё каких-то неприятных ощущений нет? — поинтересовалась целительница.

— Гадость эти ваши зелья, — скривился я. — Ими пленных пытать, а не больных лечить.

— Ну, раз всё в порядке, то, пожалуй, пойду, — решила Гретта.

— Только от одного из зелий я повеселел и теперь мне кажется, словно не со мной беда приключилась, а с кем-то другим, — припомнил я странный эффект. — Так и должно быть?

— Да всё в порядке, — ответила целительница. — В состав зелий компоненты входят, что душевное равновесие в порядок приводят. Нельзя тебе сейчас беспокоиться, отдыхать и набираться сил нужно, а не о смерти тревожиться.

— А это пройдёт? — обеспокоил меня ответ Гретты. — Мне дядя рассказывал, что знал таких людей, которые такое зелье пили, а потом чуть ли не с ножом на десяток воинов бесстрашно бросались.

— Пройдёт, — успокоила меня целительница. — Как действие зелья закончится, так и пройдёт. А пока ты пьёшь его, эффект будет постепенно нарастать, тут уж я не могу ничего поделать.

— Нарастать? А к концу декады, не отправлюсь ли я богов со Столпа Творцов сокрушать? Вместо снятия заклинания?

— Нет, — улыбнулась Гретта. — До этого не дойдёт. Но к концу декады у тебя действительно инстинкт самосохранения притупится. Тогда тебе придётся постоянно контролировать себя, чтобы не совершить заведомо самоубийственный поступок.

— Час от часу не легче. Одни беспокойства на мою голову, — посетовал я.

— Борись, — посоветовала Гретта. — Жизнь бесценная награда, за которую стоит бороться.

В обед меня покормили и дали усыпляющее зелье. Так день в дрёме и пролетел. Ужин, заклинание исцеления, созданное Савором, снова зелье и сон. Будто и не жил день, так быстро он промелькнул.

Проснувшись, на стуле возле кровати увидел не Ирму, а Стоуна.

— Проснулся? — заметив, что я приоткрыл глаза, осведомился Стоун. — Тогда держи зелье. — Подал он мне стакан.

Проглотив зелье, я спросил: — Как там Савор, не осмотрел ещё коробку?

— Нет ещё, — ответил Стоун, забрав пустой стакан. — Ещё, говорит денёк-другой надо.

— Ясно, — с сожалением вздохнул я. — Слушай, а чего тут у вас на счёт меня за спор? — вспомнил я о разговоре со стражниками.

— Э-э-э, — смутился Стоун. — Такое дело, понимаешь, случилось… Ты, Дарт, только на меня не обижайся, — попросил он.

— Не буду, — пообещал я. — Рассказывай, давай.

— Эх, — вздохнул Стоун. — Меня, когда я в город приехал, сэр Говард разыскал. Очень он тебя найти хотел. Ну и я, чтоб он не серчал на тебя, начал ему рассказывать, какой ты парень хороший и смелый. А дело в таверне было, ну и за кружкой вина проболтался я, что ты магией владеешь, и в Академию собираешься. И про то, как на демоны мы охотились, я ему рассказал, и как разбойников изничтожили. И про то, что денег у тебя в достатке.

— Ну, — поторопил я Стоуна. — А он что, не будет теперь за мной охотиться, чтоб за обиду дочери отомстить?

— Ну и того, — ещё больше смутился Стоун. — Сильно я расхвалил тебя. Да и маг, сам знаешь, не чета простолюдину. И дочь его просила за тебя.

— Говори уже, — попросил я. — Хорош ходить вокруг да около.

— Сэр Говард предложил леди Ребекку за тебя выдать, — выдохнул Стоун.

Глядя на то, как отвисла у меня челюсть, Стоун сказал: — Такие вот дела. Ты уж не обижайся на меня.

— А леди Ребекка об этом знает? — придя в себя, поинтересовался я.

— Знает. И сказала, что принимает решение отца.

— Не может быть, — недоверчиво сказал я. — Чтоб благородная девушка была не против брака с крестьянином?

— Так ты в её глазах герой, а не крестьянин, — сказал Стоун. — Она думает, что скоро будет у тебя и власть и богатство. Да и на лицо ты симпатичный Дарт, не чета тому барону, за которого её выдать хотели.

— Дела… Ну и дела… — потрясённо выдохнул я.

— А люди сам знаешь, какие любопытные, невесть откуда про это прознали и по городу разнесли. И в таверну, где стражники собираются, слух принесли. Все тебе завидовать начали, как же, такую красавицу в жёны, да ещё и благородную, а Грин возьми да скажи — а может, Дарт и не согласится на ней жениться. Вот и заспорились стражники, согласишься ты на леди Ребекке жениться или нет. Ты не представляешь, какие яростные споры тут разгорелись поначалу. А потом решили ставки делать.

— Что я вам, лошадь скаковая, ставки на меня делать? — поморщился я.

— Нет, конечно, — заверил меня десятник. — Любят просто люди поспорить.

— И каковы ставки-то? — поинтересовался я.

— Тридцать шесть к одному, что ты женитьбу выберешь. Сам знаешь, леди Ребекка девушка очень красивая, мало кто может представить, что кто-то может от неё отказаться. А я и советник, да ещё немного люда поставили на то, что не женишься ты на ней.

— Демоны! — выругался я. — Ещё одна проблема на мою голову. Какая мне женитьба, когда жизнь на волоске висит.

— Так кто ж знал, что беда с тобой такая приключится. Теперь — то, конечно, не до женитьбы тебе.

— Ладно, демоны с ней, с этой женитьбой, потом решу, как поступить, — сказал я. — Лучше помоги мне к походу подготовиться. Мне ведь одежда нормальная нужна, меч пригодится, лошадей пару надо. Уйму всего надо, а из дома, сказали, меня не выпустят.

— Значит, так, — деловито сказал Стоун. — Одежду я сегодня куплю. Меч из арсенала пока возьмём. Тебе какой надо?

— Да простой короткий меч. С длинным по горам неудобно таскаться.

— Значит, короткий возьму. Четырёх лошадей я найду.

— Зачем четырёх? Мне пары хватит.

— Двух мне, — пояснил Стоун. — Ты ведь опять через Митин двинешься? Вот я там тебя и обожду.