Секретный фронт Генерального штаба. Книга о военной разведке. 1940-1942 - Лота Владимир Иванович - Страница 84

Сообщая о замыслах немцев, японский генерал докладывал в Токио, что Северная и Центральная группы армий должны сковать «…советскую армию и, в случае переброски больших сил Красной Армии с центра на юг, начать наступление на Москву. Южная группа армий должна разгромить армии Тимошенко, быстро захватить Кавказ и Сталинград».

Далее следовала оценка реализации плана немецкой летней кампании 1942 года: «…План выполняется быстрее, чем ожидалось, хотя русские, в общем, поняли намерения немцев, но резервы их (примерно 60 дивизий) были слишком разбросаны по фронту. В ходе боев под Харьковом русские потеряли половину резерва южной части. На кавказском направлении германская армия состоит из следующих сил: 3-я румынская армия — 2 румынские и 1 германская стрелковые дивизии; 17-я германская армия—9 германских стрелковых дивизий и 2 германские бронедивизии, 1-я бро-неармия — 3 германские стрелковые дивизии и 10 бронедивизий. Всего —27 дивизий. В Крыму — свежая 11-я армия — 7 германских и 3 румынских стрелковых дивизий».

Можно предположить, что такой подробный доклад о составе немецких войск, сосредоточенных на кавказском направлении, осторожный политик и опытный военный специалист генерал Осима послал в Токио только с одной целью — убедить японское руководство в том, что час наступления японцев на советском Дальнем Востоке приближается, если уже не настал. Но такие выводы и решения японский разведчик генерал Осима принимать не имел права. Он должен был точно информировать свое правительство о том, как складывалась обстановка на советско-германском фронте. И эту задачу Осима решал успешно, имея возможность собственными глазами увидеть и оценить ситуацию:

«Германский генштаб считает, что силы Красной Армии на Кавказе вместе с отступившими в июне, не превышают 40 дивизий. В направлении на Сталинград действует 6-я армия — приблизительно 10 дивизий. Русские под Сталинградом имели всего до 4 дивизий, а теперь — около 8 дивизий. Несколько дивизий переброшено с Дальнего Востока».

Сообщая о переброске советских дивизий с Дальнего Востока и давая, таким образом, японскому руководству понять, что силы Красной Армии на Дальнем Востоке ослаблены, Осима далее докладывал: «…Намерения немцев: 1. Захватить Кавказ, на что потребуется не более месяца…. 2. Захватить Сталинград. 3. В зависимости от хода этих операций начать наступление на Москву. 4. До начала зимы в основном уничтожить главные силы Красной Армии и захватить большую часть европейской части СССР. 5. По завершении этих операций небольшие силы оставить следить за остатками Красной Армии, остальные силы перебросить на зимовку в Европу или на другие фронты».

В реализации плана германского военного командования Осима увидел и затруднения. Однако они были так незначительны, что не могли оказать существенного влияния на ход боевых действий германской армии. Осима к затруднениям немцев относил: «…1. Отсутствие господства на Черном море. 2. Большие расстояния, плохие дороги для подвоза бензина и боеприпасов…»

Завершил свое донесение Осима по-восточному лаконично: «…питание и боеприпасы у немцев всегда были в достаточном количестве».

Изучая донесение своего посла, японское руководство должно было принять одно решение — час нападения на СССР настал. Победа немцев под Сталинградом должна была стать рубежом, за которым японские войска должны начать боевые действия на советском Дальнем Востоке.

Начальник ГРУ, завершая специальное сообщение высшему руководству СССР, тоже дал оценку, складывавшуюся на южном участке советско-германского фронта: «По данным Главного Разведывательного управления Генштаба Красной Армии перед Северо-Кавказским фронтом, включая немецкую 11-ю армию в Крыму, всего действует 39 дивизий, из них немецких — 26, румынских — 11 и словацких — 2, в том числе: 3 танковые дивизии, 3 моторизованные дивизии (2 из них с танковыми полками), 4 кавалерийских и 3 горнострелковые дивизии.

…Против Сталинградского и Юго-Восточного фронтов действует 40 дивизий, из них 27 немецких, 6 итальянских и 7 румынских, в том числе 4 танковые и 3 моторизованные (1 из них с танковым полком) дивизии. Таким образом, на сталинградском и кавказском направлениях действует всего 79 дивизий, из них танковых — 7, кроме того, 3 моторизованных с танковыми полками».

Специальное сообщение военной разведки о результатах поездки японского посла на южный участок советско-германского фронта, а также целенаправленное сосредоточение германских ударных сил на кавказском направлении заставило Ставку обратить пристальное внимание на обстановку, складывавшуюся на юге. Эта ситуация была еще коварнее, чем накануне битвы под Москвой. Тогда Осима еще не пытался убедить японское руководство в целесообразности выступления против СССР. Это безуспешно делал по поручению Риббентропа германский посол в Токио генерал Отт. Отт не знал, что японцы не принимают в расчет аргументы, которые им предлагают представители других, даже союзнических государств. Они учитывают рекомендации, высказываемые только своими. Генерал Отт был чужим союзником. Генерал Осима — представителем японского правительства в Берлине. К его рекомендациям в японской столице относились с большим вниманием.

Какие рекомендации предложило Ставке ВГК Главное разведывательное управление? Обратимся еще раз к специальному сообщению ГРУ от 19 августа 1942 года: «Из донесения генерала Осима видно, что немцы ставят задачей в этом году захватить Сталинград и Кавказ. Особую роль в этой операции немцы отводят 11-й танковой армии в составе 7 пехотных немецких дивизий и 3 румынских. Немцы, вероятно, в ближайшем будущем попытаются предпринять десантные операции непосредственно в Закавказье как морем, так и воздухом. За последнее время немцы перебрасывают плавсредства в район Крыма. Кроме того, немцы имеют в южном секторе нашего фронта до 200 транспортных самолетов».

Через некоторое время эти прогнозы, основанные на агентурных данных, почти что полностью обретут вполне реальные очертания.

В спецсообщении была четко сформулирована и цель наступления немцев: «…сковать наши силы на Западном фронте и удержать наши войска от помощи югу. Кроме того, вынудить нас к израсходованию наших резервов».

Как влияло специальное сообщение Главного разведывательного управления от 19 августа 1942 года на решения Ставки ВГК? Свидетельств членов Ставки по этой проблеме не осталось. Только факты. Обратимся к некоторым из них.

По меньшей мере 20 августа И. В. Сталин имел возможность изучить это донесение советской военной разведки. Его содержание должно было произвести на Верховного Главнокомандующего соответствующее впечатление. Генерал Осима увидел на Восточном фронте достаточно много. Еще больше он узнал о планах германского военного командования. У Сталина была важнейшая информация противника о его планах, замыслах и сосредоточении войск для нанесения главного удара.

Можно сказать, и это будет правильным, что 20 августа у Сталина в руках оказался уникальный документ, который раскрыл новые обстоятельства в ситуации на советско-германском фронте. До генерального наступления немцев на Кавказ оставались считанные недели. Сталин, с его богатым кавказским воображением, мог легко представить, что произойдет, если немцы захватят Кавказ и «перережут» связь Москвы с югом страны по Волге. Необходимо было принимать срочные меры. И Сталин начал действовать.

27 августа 1942 года Верховный Главнокомандующий подписал постановление, в соответствии с которым С. М. Буденный был освобожден от занимаемой должности первого заместителя наркома обороны. На эту должность назначен Г. К. Жуков, командовавший Западным фронтом. Жуков стал первым заместителем Верховного Главнокомандующего. Заместителем Сталина.

Поздно вечером 27 августа Г. К. Жуков был приглашен в Кремль. В ходе беседы И. В. Сталин сообщил ему о том, что на юге сложилась опасная обстановка, возникла угроза того, что немцы могут захватить Сталинград и выйти к Волге, резко осложнилась обстановка и на Северном Кавказе.