Контакт - Саган Карл - Страница 117

— Не понял. Разве нужная вам последовательность не может выпасть случайно?

— Конечно. Но вы можете определить вероятность такого события. Если уже в самом начале расчетов обнаружилось очень сложное сообщение, оно не может оказаться случайным. Поэтому по утрам компьютер считает мою задачу. Он не считывает данных и не печатает ничего. Просто просчитывает ряды, описывающие «пи», и следит за десятичными знаками. Словом, занимается собственным делом. И не станет ничего говорить, пока не обнаружит искомое. Если я не спрошу. Ну как будто бы рассматривает свой пуп.

— Элли, ради бога, вы же знаете, что я не математик. Поясните, пожалуйста.

— Пожалуйста. — В карманах ее спортивного костюма не оказалось чистого клочка бумаги, и она даже подумала, не извлечь ли пакет из его нагрудного кармана, но решила, что здесь на открытом месте это делать рискованно. Джосс понял и достал крошечный спиральный блокнот.

— Спасибо. «Пи» начинается с таких цифр: 3,1415926… Видите, случайный набор цифр. Правда, единица здесь выпала два раза в первой же четверке цифр, но это ни о чем не говорит: через некоторое время все усреднится. После того, как получено достаточно знаков, каждая цифра от О до 9 будет появляться примерно в десяти процентах случаев. Иногда одна и та же цифра будет повторяться несколько раз подряд, например 4444, но все это подчиняется статистической вероятности. Теперь предположим, что вы перебираете знаки, и вдруг начинаются одни четверки. Целый ряд четверок. Они могут нести в себе любую информацию или же оказаться прихотью случайности. Знаки «пи» можно рассчитывать в течение всего времени существования Вселенной, но так и не обнаружить подряд сотни повторяющихся четверок.

— Так вы искали Послание вашим радиотелескопом…

— Да, в обоих случаях мы ждали, что среди шума появится сигнал, который нельзя будет объяснить причудами статистики.

— Но… будут не одни четверки… так ведь? Эти знаки что-то скажут нам?

— Конечно. Представьте себе, что какое-то время спустя мы принимаем длинную последовательность нулей и единиц. В ней, как и в Послании, может оказаться изображение. Понимаете — и изображение, и все что угодно .

— То есть вы хотите сказать, что можно обнаружить в числе «ни» картинку… ну, скажем, заповеди, записанные еврейскими буквами?

— Именно. Огромными черными буквами, вырезанными на камне.

Джосс вопросительно посмотрел на нее.

— Простите меня, Элинор, но мне кажется, что вы слишком… уклончивы. Я никогда не думал, что вы вступите в буддийский орден монахинь-молчальниц. Почему бы вам не рассказать все?

— Палмер, я бы все рассказала, будь у меня твердые доказательства. Но у меня их нет, и люди, подобные Китцу, утверждают, что я лгу или галлюцинирую. Поэтому мне пришлось передать вам эту рукопись. Вы ее запечатаете, проставите дату, заверите у нотариуса и положите в сейф. Если со мной что-нибудь случится, ее можно будет обнародовать. Я разрешаю вам делать с ней все что угодно.

— А если с вами ничего не случится?

— Если ничего не случиться? Тогда, если мы обнаружим доказательства, сама рукопись поможет подтвердить наши слова. Я пишу там о наличии в центре Галактики двойной черной дыры, о том, что Лебедь А имеет искусственное происхождение, о спрятанном в «пи» сообщении… — Она легонько прикоснулась к его груди. — Эти факты будут свидетельствовать в нашу пользу. Тогда я выступлю открыто… а пока — не потеряйте.

— Я все-таки не понимаю, — признался он. — Нам известно, что во Вселенной действуют математические законы… тяготения и прочие. Но здесь-то другое? Здесь порядок заложен внутри числа «пи»? Что же отсюда следует?

— Конечно, здесь дело другое. Разве вы еще не поняли? Ведь главное даже не то, что в основу Вселенной заложены точные математические закономерности, определяющие химические и физические процессы. Речь идет о Послании . Творец Вселенной посылает весть разумным существам, которые возникнут в ней через 15 миллиардов лет спустя. Помните, я ругала вас с Ренкином за то, что вы не понимали меня. Я говорила тогда: «Если Господь хочет дать нам знать о том, что Он существует, почему бы Ему не оставить для нас недвусмысленное свидетельство». Помните?

— Прекрасно помню. Значит, вы теперь решили, что Бог — математик.

— Ну что-то в этом роде. Если нас там не обманули. Если все это не вздор. И если Послание спрятано именно в «пи», а не в каком-нибудь другом из бесконечного множества трансцендентных чисел. Здесь очень много всяких «если».

— Словом, вы ищите откровение в арифметике. Могу порекомендовать вам более простой способ.

— Палмер, другого способа нет. Скептиков иначе не убедишь. Представьте себе, что мы кое-что обнаружим. Не обязательно невероятно сложное. Хотя бы просто статистически большую упорядоченность в десятичных знаках числа «пи». Этого достаточно. Тогда и математики всего мира смогут последовать нашему примеру. И никаких разделений на секты. Все читают одно и то же писание. Никто не может оспорить главного чуда под предлогом его фальсификации каким-нибудь фокусником или жуликом от истории или просто влиянием истерии, иллюзии, безотцовщины в период созревания. Всякий сможет уверовать.

— Элли, не следует быть уверенной, что вы обнаружите это . Вы можете укрыться здесь и считать себе до морковкина заговенья. Или выйти из уединения и поведать миру свою историю. Рано или поздно вам придется решиться на это.

— Надеюсь, Палмер, мне не придется выбирать. Будут физические свидетельства, последуют и публичные заявления. Иначе… Вы же понимаете, насколько уязвима наша позиция? Я думаю не о себе, но…

Он почти незаметно качнул головой. В уголках его рта играла улыбка. Забавная ситуация…

— Ну что вы так торопитесь предрекать мою судьбу? — спросила Элли.

Быть может, он счел вопрос риторическим и не ответил. Тогда она продолжила:

— Вы думаете сейчас, что мы с вами странным образом… поменялись местами. Да, я стою перед вами, носительница глубочайшего религиозного опыта, и не могу доказать ничего. Палмер, я даже не могу представить всей глубины случившегося с нами, а вы, закостенелый скептик, пытаетесь быть добрым к легковерной женщине, причем куда более удачно, чем когда-то я сама.