Тупое орудие (др. перевод) - Хейер Джорджетт - Страница 32

— Да, сэр, — расстроился констебль. — Мне очень-очень жаль.

— Вы ни в чем не виноваты, — заверил его Ханнасайд и отпустил.

— Здорово, да? — съязвил сержант. — Теперь еще выяснится, что таксист тоже не разглядел лицо джентльмена в цилиндре, и будет вообще замечательно.

Интуиция не подвела. Чуть позднее, когда Хемингуэй с Ханнасайдом вернулись в Скотланд-Ярд, поступило сообщение, что некий Генри Смит, таксист, отвез джентльмена во фраке с Глассмир-роуд к отелю «Пиккадилли». Вошел ли его пассажир в отель, таксист сказать затруднялся. Внимательно он его не рассматривал, просто запомнил как джентльмена среднего роста и сложения. Лицо пассажира в памяти тоже не задержалось. «Приятный, но ничего особенного» — вот и все описание.

— По крайней мере это не Бадд, — проговорил Хемингуэй. — Его приятным ни один здравомыслящий человек не назовет. Кстати, на отпечатки пальцев можно не надеяться — преступник орудовал в перчатках.

— И ни следа орудия убийства, — недовольно отметил Ханнасайд. — Карпентера прикончили сильным ударом тяжелого тупого предмета. Орудие убийства то же самое, что в деле Флетчера.

— В бумагах Карпентера что-нибудь интересное нашли?

— Ничего путного. Только вот это.

Сержант развернул хлипкий листок.

— Энжела! Ну и ну! — воскликнул он, взглянув на подпись.

Коротенькую записку написали нетвердым круглым почерком. Начиналась она без всякой преамбулы:

«Чарли! Когда ты получишь это письмо, меня на нашей старой квартире уже не будет. Хотя тебе не интересно, хочу объясниться. Несмотря на все, на твои темные дела и негодных дружков, прошлое я не забуду. Только теперь я понимаю: у нас было не по-настоящему. Я встретила настоящую любовь и по-новому взглянула на мир. Я не скажу тебе его имя. Ты человек подлый, что угодно можешь выкинуть. Я бросаю тебя, но не из-за позора, которым ты себя покрыл, а потому что настоящая любовь сильнее смерти. Будь у нас с тобой по-другому, я ждала бы тебя вечно, ведь настоящую любовь и водой не затопишь, и рекой не зальешь».

— Да-а, влипла девушка! — протянул сержант, вернув послание Ханнасайду. — По уши в покойного Эрнеста втрескалась! Думаю, письмо это она написала, когда Чарли тянул срок. Вот нам подтверждающее доказательство, но не более того. Сдается мне, девица покончила с собой из-за любви к покойному Эрнесту, а Чарли был мерзавцем, который и мать родную шантажировать не постесняется. Что дальше? Думаете, Карпентер видел, как убивают Эрнеста?

— Если видел, возникают два вопроса, — сказал Ханнасайд. — Убийца не только видел Карпентера, но и узнал его? Или это Карпентер узнал убийцу и попробовал его шантажировать?

— Шеф, так мы считаем убийцей Норта или совершенно неизвестного человека?

— Откуда мне знать. По уму, на Норта указывает все… нет, почти все. В пользу этой версии говорит его внезапное возвращение в Англию, его непонятное поведение в ту роковую ночь, а еще странные поступки миссис Норт и внешность джентльмена с Барнсли-стрит: он похож на Норта. Против в первую очередь характер Норта. Соглашусь с его свояченицей: Норт далеко не глуп. А что нелепее и глупее, чем совершить два убийства подряд одним и тем же способом?..

— Не факт, — перебил Хемингуэй. — Если Норт такой умник, то нелепые убийства мог совершить намеренно — ему так интереснее. Да и вообще, глупого да нелепого тут немного — отпечатков пальцев нет, орудие убийства спрятано так, что любой фокусник позавидует.

— Об этом я тоже думал, — признал Ханнасайд. — Однако где и когда человек вроде Норта мог познакомиться с Карпентером?

— Где — в Грейстоунс, когда — в тот трагический вечер, — без запинки ответил Хемингуэй. — Шеф, забудьте на минутку вторую версию спектакля миссис Норт. Представьте, что Карпентер прятался в саду, пока Хелен была с покойным Эрнестом…

— Какого черта Чарли прятаться, если он хотел шантажировать Флетчера?

— А если он прятался по той же самой причине, что миссис Норт? Шел по дорожке и вдруг услышал за спиной скрип калитки…

— Невозможно! При таком раскладе Чарли столкнулся бы с Баллом, а он не столкнулся.

— Ла-адно! — с безысходностью протянул Хемингуэй. — Допустим, Чарли прятался там с самого начала. Проник в сад, когда покойный Эрнест был с Баддом, и дожидался в укрытии благоприятного момента. Потом в сад впорхнула Хелен — наш друг продолжал таиться. Едва она в гневе выскочила из кабинета, появился ее благоверный. Хелен спряталась, как и сказала нам, узнала мужа и дала деру… Нет, не дала! Почтальон видел ее у парадной двери после десяти! Погодите… Все, понял! Норт убил Эрнеста между 21:45 и 22:00, затем вышел через калитку на глазах у жены и нашего друга Чарли. Не подозревая о присутствии Карпентера, миссис Норт скользнула в кабинет выяснить, в чем дело, наткнулась на убитого Эрнеста и в панике сбежала через парадную дверь. Тем временем, точнее в 22:02, Карпентер направился к садовой калитке, столкнулся с Ихаводом и улизнул в том же направлении, что и Норт. Чарли увидел Джона и проследовал за ним…

— Куда проследовал?

— В город. Наверняка до самой квартиры, чтобы выяснить, с кем имеет дело. Потом Чарли взялся за свой любимый шантаж, и Норту, разумеется, пришлось его убрать. Ну, как вам такой расклад?

— Не очень, — ответил Ханнасайд.

— Если честно, мне и самому не очень, — признался Хемингуэй. — Только как ни крути, история Хелен в сюжет не вписывается. Приходится верить, что она какое-то время пряталась за кустом, потому что мы нашли следы. А из-за слов почтальона приходится верить, что она возвращалась в дом.

— Вот именно, — сказал Ханнасайд. — По вашей последней версии, Хелен вернулась в кабинет, когда Флетчер был уже мертв. Фотографии тела вы видели. Неужели вы думаете, что впечатлительная женщина, увидев в окно столь ужасную картину, добровольно войдет в кабинет?

— Когда женщине что-то очень нужно, логика пасует.

— Неубедительно, Хемингуэй! А почему Хелен не закричала, не подняла весь дом на ноги?

— Хелен могла и не закричать, если знала, что убийца — ее муж.

— Думаю, в таком случае она вообще не вошла бы в кабинет. Если только они с Джоном не действовали сообща, а эта версия противоречит всем известным нам фактам. Сомневаюсь, что Хелен видела само убийство.

— Погодите, шеф, я понял! — воскликнул сержант. — Хелен не могла видеть убийство из-за куста, верно?

— Нет, не могла.

— Ага! Норт уходит в 22:02 — его Ихавод и встретил. Миссис Норт, не подозревая о случившемся, подкрадывается к стеклянной двери. Пока все логично?

— Пока — да, — кивнул Ханнасайд. — А где наш Карпентер? По-прежнему в засаде?

— Ага. А вы говорите, миссис Норт не вошла бы в кабинет… Да у нее вариантов не было!

— Почему это?

— Из-за Ихавода! — с торжеством воскликнул сержант. — Когда Хелен хотела ретироваться, он уже был у калитки. Спрятаться в саду красавица не решилась: как-никак в кабинете убитый. Оставался единственный вариант побега — через дом.

В глазах Ханнасайда читалось искреннее изумление.

— Боже милостивый! Старина, вероятно, вы правы! Но что стало с Карпентером?

— Если Чарли прятался в кустах у дорожки, то мог шмыгнуть к калитке, едва Ихавод прошагал мимо него к кабинету. Думаю, так и случилось.

— Да, возможно, если вспомнить, что в 22:02 из сада вышел другой мужчина, поспешил к Арден-роуд и на углу попал на глаза Ихаводу. Но каким образом Карпентер сумел, во-первых, угадать, в каком направлении ушел тот мужчина, а во-вторых, нагнать его?

— Тут мне ответить нечего, — покачал головой Хемингуэй. — Либо Чарли повезло, либо я ошибся.

— А как Чарли выяснил, кто такой Норт? О Джоне и Хелен в газетах еще не писали… — Ханнасайд постучал карандашом по столу. — Нет, Хемингуэй, мы с вами что-то пропустили.

— Знать бы, что именно! — воскликнул сержант.

— Нужно это срочно выяснить. Не исключено, что мне поможет мистер Норт, только почему-то не верится.