Джокер для Паука - Горъ Василий - Страница 17

— …О нежнейший бутон расцветающего под теплым летним солнцем цветка! О чудо, внезапно возникшее на моем жизненном пути и ввергнувшее меня в пучину немыслимых прежде страстей! О… — следующее слово оказалось заляпано полузатертой кляксой, но, судя по дальнейшему тексту, автор сравнивал свою даму с каким-то драгоценным камнем… — ажурного перстня, изнывающий без достойной оправы из сильных мужских рук! Позволь мне прикоснуться взглядом к самым сокровенным уголкам твоей души и ощутить негу под сенью твоих нежных чувств! Пойми, что мое тело изнемогает без нежных губ, тонких, чувственных пальчиков и торопливого перестука испуганного сердечка под привычной к рукояти меча мозолистой ладонью! Позволь обаять тебя своим мужеством, неустрашимым натиском и пламенной любовью, и пусть ночь скроет от людских дум всю ту страсть, которую Ты, конечно же, явишь мне в моих покоях нынче же ночью, когда благословенная тьма скроет наш погрязший в грехах и распутстве город с глаз пресветлого светила…

Прочитав последний абзац куртуазного послания раза три, принц ошарашено ухмыльнулся и пробормотал:

— Теперь понятно, почему оно оказалось под шкафом… Интересно, а он при этом присутствовал? Хотел бы я посмотреть на его реакцию…

В этот момент раздался еле слышный скрип хорошо смазанных петель входной двери, и через несколько мгновений до принца донесся обрывок начатого в коридоре предложения:

— …а насчет того, что люди Коррина способны уничтожить наших военачальников, беспокоиться не стоит. Мы приняли во внимание эту возможность, и теперь надежно защищены от этой и других подобных «случайностей»…

— Интересно, каких? — судя по интересу в голосе, король Минион не собирался прерывать предательские речи Мрайка! Наоборот, он обсуждал уже заинтересовавший его план!

— На мгновение представьте себе, Ваше Величество, как аниорские убийцы проникают в мирный военный лагерь, и крадутся к палатке, скажем, тысячника Кварта по прозвищу Копье… — с придыханием в голосе затараторил казначей. Не обратив внимания на бредовое словосочетание «мирный военный лагерь», рожденное в его не отличающемся особым интеллектом мозгу. — И, убив ни в чем не повинных часовых, врываются в святая святых любой армии — ее штаб! Они вооружены страшными черными мечами и двигаются, как настоящие демоны тьмы! Кто их сможет остановить? Никто! Поэтому, сделав свое черное дело, они так же бесшумно, как и проникли в лагерь, исчезнут в ночном лесу и отправятся докладывать об исполненном задании! Представьте себе — несколько дней, и все наши армии окажутся обезглавленными!! И это — за пару дней до начала справедливой и священной войны!!!

— Ну, представил… — слегка раздраженно буркнул король. — Это будет катастрофой!

— А вот и нет… — мерзко захихикал Мрайк. — Армии двинутся на Аниор, методично перемалывая под своими мечами жалкие отряды перепуганных нашей мощью корриновских гвардейцев, и вскоре, сломав робкое сопротивление кучки жалких трусов, ворвутся в осажденный со всех сторон город!!!

— Мрайк, ты бредишь? — услышав реплику отца, Лодд довольно улыбнулся, но, как оказалось, рано — следующие слова казначея подействовали на него, как удар обухом топора по голове:

— Армиями будут командовать те же тысячники, что и раньше!!! — еле сдерживаясь, чтобы не заорать от восторга, приглушенно взвыл советник. — Найти пару двойников для каждого нашего военачальника оказалось не так просто, но теперь их жизням ничего не угрожает! В их палатках живут и изображают бурную деятельность люди, не соображающие в стратегии и тактике войны практически НИЧЕГО! Мало того, о том, что они — это не они, не знают даже ординарцы!

— Не верю… — в голосе Миниона звучало сомнение в умственных способностях собеседника.

— А что такого? За последние полтора месяца ВСЕ старые ординарцы под тем или иным предлогом оказались отозваны из своих подразделений. Одного казнили за кражу, другого случайно ужалила ядовитая змея, третьего покалечили в драке… — довольно похохатывая, рассказывал казначей. — Мало того, небольшая ротация старших офицеров тоже пошла войскам на пользу… Правда, слегка поупирались Меорд Кулачище и Плакса Одд, но, получив приказ с Вашей подписью, тут же сделали все, что мы просили…

— «Мы» — это кто? — слегка возмутился король. Но так, для проформы — чего-чего, а нрав своего отца принц успел изучить, так что не обольщался мнимым гневом.

— Мы — это Вы, Ваше Величество… — подобострастно хохотнул казначей. — Благо государства требовало быстрых и решительных действий, и я взял на себя смелость помочь Вам в некоторых несущественных мелочах…

Слушая дальнейшие словоизлияния Мрайка, принц то и дело ловил себя на мысли, что план, представляемый его отцу, был неплох. И даже очень: война должна была начаться с небольшого слуха, умело запущенного через посольство в Аниоре. По мнению тех, кто придумал и старался воплотить в жизнь эту, в своем роде гениальную военную операцию, реакцией короля Ольгерда должно было стать обещанное им уничтожение всех тысячников королевства Спаттар. Молниеносное и жестокое. Кроме того, в этот же период необходимо было подменить двойниками и самого Миниона, и членов его семьи. Естественно, при общем увеличении охраны королевского дворца. Мало того, в момент начала боевых действий армия Аниора должна была оказаться разбросана по территории самого королевства и его союзников — Мрайк с пеной у рта утверждал, что специально подготовленные отряды выдвинулись в некие стратегические точки и сейчас заняты наведением там хаоса. Что должно заставить Коррина распылить свои силы и оголить кусок границы, через которое планируется вторжение.

— Да и дойти до Аниора мы планируем скрытно… — вещал казначей, все больше и больше заводясь. — Вернее, не совсем так: часть подразделений, разбившись на десятки, проберутся туда горными тропами и обеспечат одновременный захват всех городских ворот и части королевского дворца…

— А дворца-то как? — удивился Минион.

— Вход в столицу сейчас свободный… — захихикал казначей. — Ну, почти свободный. Что нам мешает подготовить пару десятков купеческих караванов и завести их в город? Часть солдат поселится в посольстве, часть — в купленных специально для этой цели особняках. Думаю, при захвате казны Ольгерда эти траты окупятся с запасом…

— Пожалуй, это должно сработать… — судя по голосу, короля проняло. — А как решить проблему с самим Коррином и его Ближним Кругом? Насколько я понимаю, самое опасное, что есть в Аниоре — это не армия, а именно они.

— Ну, после его последнего промаха я могу сказать, что рассказы об их хватке сильно преувеличены. Надо же, дать похитить единственного сына! Мало того, наши люди в Аниоре утверждают, что и сейчас охрана королевского дворца осуществляется спустя рукава — доброй половины гвардейцев Коррина в королевстве просто нет! Ищут принца!

— Это не решает проблемы. При малейшей опасности для трона они вернутся, и тогда все наши планы влетят корове под хвост… — хмыкнул Минион.

Принц думал точно так же — слушая ответ Мрайка, он вспоминал размазавшийся между телохранителями отца силуэт Ольгерда Коррина, скорость, с какой валились на пол немногие пытавшиеся его остановить солдаты и мрачно представлял его реакцию на объявление войны.

Даже если он выживет один, боюсь, мы умоемся кровью… — подумал Лодд. — А зачем золото трупам?

План обсуждали долго. Часа полтора. Все это время принц просидел за широченным шкафом, стараясь даже не дышать. Так что к моменту, когда за собеседниками захлопнулась дверь, почувствовал, что здорово отсидел ногу. Впрочем, неудобство от ковыляния в свои покои не шло ни в какое сравнение с теми чувствами, которые играли в его душе — детально проработанный план Мрайка отдавал такой тухлятиной, что хотелось взвыть, рвануться к отцу и попытаться его отговорить.

Увы, торопиться явно не стоило — король, при всей своей любви к сыну, не зря заслужил прозвище Чума. Жесткий, решительный воин, не боящийся ни Творца, ни демонов, он признавал только логику, железные аргументы и силу. Поэтому переубеждать его надо было фактами. А их, доказывающих слабость и уязвимость плана казначея, у Лодда пока не было. Поэтому надо было успокоиться, попробовать подготовиться и уже потом пытаться что-то сделать…