Жена самурая - Роулэнд Лора Джо - Страница 34

— Вы нашли то, что искали? — спросила Дзёкио.

— Да, — твердо ответила Рэйко.

18

— Что ж, сёсакан-сама, я невероятно рад видеть вас живым, — сказал сёсидай Мацудаира. — Досточтимый канцлер, для меня большая честь приветствовать вас в Мияко.

После стычки в горном убежище Сано поведал канцлеру о том, как они легализуются. Пока Янагисава одевался, Сано развязал троих охранников. Впятером они отправились верхом в бывшую столицу. Теперь они находились в приемных покоях особняка сёсидая. Мацудаира, расположившийся на помосте, был несколько смущен воскрешением мертвеца и явлением второго человека в государстве.

— Произошло досадное недоразумение, — сказал Сано, сидевший слева от сёсидая. — В действительности погиб один из моих людей. Не беспокойтесь. Я улажу все проблемы, которые возникли в связи с ошибочным сообщением о моей смерти.

— Очень хорошо, — ответил сёсидай, хотя его и не убедило объяснение.

Янагисава сидел по правую руку от Мацудаиры; лицо по-прежнему было болезненно-серым.

— Я инспектировал провинцию Оми. Поскольку поручение сёгуна выполнено, я решил оказать содействие сёсакан-саме в расследовании убийств в императорской резиденции.

— Очень великодушно с вашей стороны, — улыбнулся сёсидай, приняв выдумку Янагисавы за чистую правду.

Сано, уловив обиженные нотки в голосе Янагисавы и поняв, какое унижение испытывает канцлер, поддавшись шантажу, не замедлил добавить:

— Да, помощь его превосходительства станет важным подспорьем в моей работе.

Янагисава исподтишка метнул в него ядовитый взгляд.

— Мой штат в полном вашем распоряжении, — заверил сёсидай.

— Поскольку я путешествую с малой свитой, — отозвался канцлер, — это очень кстати.

Сано насторожился: «Уж не намерен ли Янагисава привлечь нового наймита, чтобы вредить мне?»

— Жаль, что отсутствует ёрики Хосина, старший полицейский офицер, — с грустью вымолвил сёсидай. — Он у нас самый способный детектив. К сожалению, Хосина-сан пропал.

— Очень жаль, — уронил Янагисава.

На сей раз Сано расслышал глухую угрозу в голосе канцлера. Как быть с Хосиной, он пока не решил. Проблема заключалась в том, что он не мог оберегать ёрики от канцлера вечно.

— Несомненно, вам потребуются приличные апартаменты, — сказал сёсидай Янагисаве. — Я бы разместил вас в замке Нидзё, но там сейчас идет ремонт. Вы могли бы поселиться в Особняке Нидзё, по соседству с сёсакан-самой.

— Насколько я в курсе, ремонт приостановлен, — буркнул Янагисава, и Сано осознал, до чего ему не хочется жить под одной крышей с канцлером. — Я обоснуюсь в замке Нидзё.

— Воля ваша, — согласился сёсидай, не смея возражать самому могущественному человеку в Японии.

— Тогда позвольте откланяться, — сказал Сано, — Мне нужно доложить досточтимому канцлеру с холе расследования.

Выйдя из особняка, они оседлали лошадей. Узкий переулок был заполнен прогуливающейся знатью, несмотря на то что жара выжигала воздух. Сано ощущал себя грязным, дурно пахнущим и мечтал о ванне.

— Мне кажется, что вам доставил удовольствие этот фарс, — произнес Янагисава с едкой интонацией.

— Не столько удовольствие, сколько удовлетворение, — уточнил Сано, который надеялся, что публичная демонстрация мира и дружбы заставит Янагисаву действовать честно.

— "Тогда позвольте откланяться", — передразнил его Янагисава.

— Нет, постойте, — возразил Сано. — Мне нужно досье мецукэ на императорский двор. Ведь вы его выкрали, не так ли? Еще я хочу увидеть материалы, изъятые вашими приспешниками из дома Левого министра Коноэ.

— Ну что ж, я пришлю их в Особняк Нидзё. — Янагисава махнул телохранителям. — Я очень плохо чувствую себя, мне необходим отдых. До завтра.

Канцлер и телохранители поскакали прочь. Сано направился в гостиницу.

У ворот Особняка Нидзё Рэйко встретил Фукида.

— Где вы были? — крикнул детектив.

— Занималась делом, — ответила Рэйко, выбираясь из паланкина.

Она отвела Фукиду в сторонку и поведала, где и с кем была.

— Смотрите! — показала она клочок записки, найденный в угольной жаровне. — Я уверена, что Левый министр шпионил за Ибэ, значит, даймё может быть связан с убийствами.

Фукида нахмурился:

— Вы были в императорской резиденции?

— Да. Госпожа Дзёкио сказала, что господин Ибэ имеет дом в районе красильщиков. Вы должны немедленно ехать туда!

— Не думаю, что это хорошая идея, — отозвался Фукида. — По-моему, следует подождать.

— Подождать чего? — возмутилась Рэйко. — Неужели вы намерены сидеть сложа руки, пока убийца вашего хозяина разгуливает на свободе?

Фукида принялся разглядывать залитую солнцем многолюдную улицу:

— Сёсакан-сама приказал мне охранять вас. Я должен выполнять его приказы.

— А где детектив Марумэ? Пусть едет он.

Фукида беспомощно развел руками.

— Тогда я поеду сама! — разозлилась Рэйко.

— Мне очень жаль, но я не могу этого допустить. — Фукида повернулся к слугам: — Вы больше никуда не понесете ее без моего разрешения.

— Да, Фукида-сан, — хором ответили те и поклонились.

— Вы не смеете так поступать! — в ярости вскричала Рэйко.

— Пожалуйста, зайдите в дом, досточтимая госпожа Рэйко, — попросил Фукида.

Рэйко стрельнула в него уничтожающим взглядом, вскинула голову, вошла в гостиницу, миновала коридоры и хлопнула дверью своего номера так, что застонали косяки. Переборов желание упасть на пол и заплакать, она заменила шелковое кимоно хлопчатобумажным, а обувь на высокой платформе — соломенными сандалиями. Затем она привязала кинжал к руке и выглянула за окно и в коридор. Не обнаружив Фукиды, она выскользнула из Особняка Нидзё и шмыгнула за ворота.

Вскоре она взмокла от пота; страшно захотелось пить. Но купить чего-нибудь прохладительного она не могла: дамам не полагалось иметь при себе денег, они пользовались кредитом у знакомых уличных торговцев.

Конные самураи и крестьяне, нагруженные товарами, обгоняли Рэйко. Пыль оседала на обувь и полы кимоно. Рэйко избегала смотреть на прохожих, молясь, чтобы и на нее не обращали внимания. И боги хранили ее: мужчины, бросавшие на пикантную «мещаночку» плотоядные взгляды, остерегались к ней приставать — должно быть, считали сумасшедшей. Едва держась на ногах от усталости, она добралась до района красильщиков у моста Сандзё.

В мастерских помешивали краску в дымящихся бочках и расписывали шелк. Рэйко пошла по тропе вдоль реки Камо, высматривая дом даймё Ибэ. Закон запрещал региональным правителям устраивать резиденции в Мияко, поэтому они ограничивались скромными, незаметными для властей жилищами. Рэйко не спросила у Дзёкио, как та узнала о местонахождении незаконной собственности Ибэ. «Какая разница? — думала она. — Лишь бы сведения на обгоревшей бумаге оказались верными, лишь бы не получилось так, что я проделала весь этот путь напрасно».

Справа с балконов и крыш свисала сохнущая материя, слева ремесленники полоскали длинные великолепно расписанные куски ткани, превращая воду в натюрморты, пейзажи и супрематистские картины. Тропа свернула в сторону узких двухэтажных строений за высокими заборами. Мимо них сновали посыльные, служанки и носильщики паланкинов. Особняк Ибэ был предпоследним.

Рэйко обошла квартал. Во всех домах она заметила признаки жизни — служанки, высунувшись из окон, стряхивали метелки, во дворах играли дети. Только дом Ибэ с опушенными бамбуковыми жалюзи выглядел необитаемым. Сдерживая волнение, она постучала в двустворчатые ворота, навешенные на прямоугольные столбы и увенчанные остроконечной крышей.

Ответа не последовало. Рэйко постучала еще раз, громче. Послышались скрип дверей и шаги. Засов на воротах со скрежетом отодвинулся; створы приоткрылись. Перед Рэйко возник коренастый, по-плебейски остриженный мужчина в коротком коричневом хлопчатобумажном кимоно. Рябое лицо нахмурилось, подозрительный взгляд окинул незваную гостью с головы до ног.