Шекспир, рассказанный детям - Лэм Чарльз - Страница 53

Затем Лир подозвал к себе вторую дочь и спросил, что она скажет. Регана, такая же притворщица, как и ее сестра,— не отстала от сестры в уверениях. Она повторила все сказанное Гонерильей и, кроме того, прибавила, что все ее радости и удовольствия бледнеют перед счастьем, какое доставляет ей любовь к дорогому отцу и королю.

Король Лир поверил и Регане и благословлял небо за ниспослание ему столь преданных детей. Убежденный в любви Реганы, он подарил ей и ее мужу также одну треть королевства.

После этого Лир обратился к младшей дочери своей, Корделии. Он надеялся, что и она порадует его слух такими же сладкими речами, как старшие дочери. Король думал даже, что ее уверения в любви окажутся еще горячее, так как она всегда была любимицей отца, и он баловал ее более, чем остальных дочерей. Но Корделию возмутила льстивая неискренность сестер. Она понимала, что на языке у них одно, а на сердце другое. Видела, как они заискивают перед отцом, чтобы выманить у него власть, а потом могут изгнать старика из его собственных владений и сами, вместе со своими мужьями, начнут управлять государством, всячески обижая престарелого короля. Не желая подражать сестрам, Корделия ответила очень кратко, что она

к

аеу

любит отца так, как ее обязывает долг дочери. Не больше и не меньше.

Король, пораженный этой мнимой неблагодарностью своей любимицы, посоветовал ей взвесить сказанное и изменить ответ, так как иначе ее слова могут повредить ее счастью.

Тогда Корделия заявила, что если отец вскормил и вспоил ее, то и она отвечала ему преданностью, слушалась его, любила и уважала. Но язык ее отказывается произносить высокопарные речи, подобные речам ее сестер. И она не может обещать, будто не станет любить никого на свете, кроме одного отца. «Зачем,— спросила она,— у сестер есть мужья, раз они уверяли, что любят лишь своего родителя?» Если она, Корделия, выйдет замуж, то тот, кому будет отдана ее рука, наверное, потребует от супруги половину ее любви, половину внимания и долга. А потому она, не в пример сестрам, никогда не согласится выйти замуж, чтобы сохранить всю свою любовь исключительно для отца.

Корделия действительно любила отца, любила, пожалуй, почти столь же безгранично на деле, как сестры любили его только на словах. В другое время Корделия заговорила бы о своей любви к Лиру в более теплых и мягких выражениях и без тех холодных фраз. Но после льстивых речей сестер, рассчитанных на вознаграждение, она решила, что благороднее всего любить молча. При подобном поведении ее уж никак нельзя было заподозрить в корыстолюбии, то есть в том, что она любит, надеясь получить за это награду. А если в ее уверениях не было силы и красноречия, какими отличались речи ее сестер, то взамен этого в них было больше искренности и правды.

Однако безыскусственные слова Корделии возмутили короля Лира. Он и в лучшие свои годы отличался горячим и тяжелым нравом. Под старость же совсем разучился понимать людей и перестал отличать лесть от правды. Поэтому король не отдал предпочтения простым, сердечным словам младшей дочери перед цветистыми и неискренними речами ее сестер. В припадке гнева Лир раскричался на Корделию, лишил ее наследства и подарил третью часть королевства, предназначавшуюся ей, другим двум дочерям и их мужьям, герцогам Албанскому и Корнуэльскому.

Король Лир призвал к себе двух дочерей, Гоне-рилыо и Регану, и в присутствии всех придворных преподнес каждой из них по маленькой короне. Таким образом он передал в их руки всю власть над государством, оставив за собой лишь титул короля. Отказавшись от своих королевских прав, Лир поставил условием, что он вместе со своей свитой, состоящей из ста телохранителей, будет проживать поочередно во дворцах владетельных дочерей.

Такое неразумное распределение королевских владений и прав очень поразило и опечалило придворных. Все понимали, что Лиром овладел гнев, что разум покинул его. Однако никто не смел остановить обезумевшего короля. Один только граф Кент сделал попытку заступиться за Корделию. Но разгневанный король приказал Кенту замолчать, грозя ему в противном случае смертью. Кент всегда был предан Лиру, которого уважал как короля, любил как отца и слушался как учителя. Свою же жизнь Кент ценил лишь постольку, поскольку она могла быть полезной королю. Он готов был рисковать собой для спасения Лира, и даже теперь, когда

король несправедливо разгневался, благородный граф не забыл своего долга. Он стал убеждать Лира, что желает ему добра. Просил короля хорошенько подумать, как он это делал раньше в серьезных случаях, и изменить свое опрометчивое решение. Кент прибавил, что готов поплатиться жизнью, если окажется ошибочным его утверждение, и убеждал что Корделия любит отца не менее, чем ее сестры, не поскупившиеся на пустые, лживые слова.

Откровенная речь графа Кента еще больше разгневала короля. Подобно умалишенному, готовому в припадке убить врача и остаться без его помощи, Лир изгнал своего верного слугу, предоставив ему только пять дней на приготовление к отъезду. Король прибавил что если на шестой день ненавистный граф Кент еще будет находиться в пределах Британии, то поплатится за это жизнью.

Граф Кент обратился к королю с прощальным словом и сказал что с тех пор как король показал себя столь несправедливым, он предпочитает подвергнуться изгнанию, чем оставаться на родине. Далее Кент просил богов благословить Корделию, эту милую девушку, которая так правдиво думала и так скромно говорила. И пожелал чтобы многообещающие слова Гонерильи и Реганы подтвердились добрыми поступками. Договорив прощальное слово, Кент удалился с твердым намерением остаться и на чужбине прежним благородным графом Кентом.

По уходе графа были призваны герцог Бургундский и король Франции. Их уведомили о решении Лира и спросили: продолжают ли они добиваться руки Корделии, которая впала в немилость у отца и ничего уже не может принести своему будущему супругу в приданое?

Герцог Бургундский ответил, что при таких условиях он отказывается от Корделии. Но король Франции оценил прямодушие Корделии и понял, что она потеряла любовь своего отца только потому, что не захотела льстить ему и заискивать перед ним, как ее сестры. Король французский подошел к Корделии и взял ее за руку. Уверяя девушку, что ее добродетели дороже целого королевства, он предложил ей распрощаться с родиной и с отцом и отправиться вместе с ним во Францию. Там она станет его супругой, королевой всего государства, и будет владеть землями, несравненно лучшими, нежели те, что получили ее сестры. При этом молодой король презрительно отозвался о герцоге Бургундском, любовь которого утекла с быстротой воды.

Корделия со слезами на глазах прощалась с сестрами, умоляя их любить отца, заботиться о нем и доказать ему не на словах, а на деле свою преданность. Но сестры ответили ей, что сами знают свой долг и не нуждаются в ее указаниях. Вместо того чтобы учить других, пусть она, в свою очередь, постарается угождать своему супругу, который взял ее (как они насмешливо выразились) из милости.

Корделия оставила родину с тяжелым сердцем. Она ведь хорошо знала коварство сестер и боялась за судьбу искренно любимого отца.

Действительно, не успела Корделия уехать, как стали проявляться злые наклонности королевских дочерей, переставших притворяться любящими. Старый король поселился у старшей дочери Гоне-рильи. Но уже через месяц почувствовал глубокую разницу между обещаниями Гонерильи и ее поступками. Эта злая и алчная женщина не доволь-

J

<Ж>

ствовалась частью королевства, полученной от отца. Она стала вымогать у него те небольшие владения, которые старик оставил себе как бы для доказательства, что он все еще король. Гонерилья уже не старалась скрыть своего отношения к отцу и к его свите. Когда же старик выражал желание поговорить с ней о ее поведении, она уклонялась от объяснений то под видом болезни, то под каким-нибудь другим предлогом. Было ясно, что Гонерилья не питает никакого уважения к сединам отца и считает его присутствие обузой для себя. На