Десанты Великой Отечественной войны - Заблотский Александр - Страница 64

Поэтому в тот же день 16 сентября командующий Воронежским фронтом приказал командованию переданной в его распоряжение из резерва Ставки 3-й гвардейской танковой армии ускорить сбор и сосредоточение частей и, двигаясь в общем направлении на Прилуки, Яготин, как можно быстрее выйти к Днепру в районе Переяслав-Хмельницкого и начать форсирование реки. Оперативной директивой № 0038/оп от 18 сентября предусматривался выход войск 38-й и 47-й армий на линию Днепра, а от командования 40-й общевойсковой и 3-й гвардейской танковой армии требовалось быть в готовности к захвату плацдармов на правом берегу реки.

Однако из-за задержки с подвозом тылов и матчасти выдвижение танковой армии из района сосредоточения западнее Ромны удалось начать только в ночь на 20 сентября. Лишь 21 сентября передовые части армии вступили в боевое соприкосновение с противником на рубеже реки Супой.

Темп продвижения армии составлял 60–70 км в сутки, а передовые отряды двигались еще быстрее. В результате уже вечером 21 сентября разведывательные части 9-го механизированного и 6-го гвардейского танкового корпусов вышли на левый берег Днепра южнее Переяслав-Хмельницкого. Утром 22 сентября мотострелковый батальон 69-й механизированной бригады 9-го механизированного корпуса, переправившись через реку на подручных средствах, без боя занял село Зарубенцы. Чуть позже, к 15 часам того же дня через реку переправился и 51-й батальон гвардейской танковой бригады 6-го гвардейского танкового корпуса, захватив село Григоровка.

Первоначально высадка воздушного десанта была намечена на 21 сентября, то есть парашютисты должны были захватывать позиции на правом берегу и содействовать переправе через Днепр передовых частей фронта. Однако из-за перегруженности железных дорог сосредоточить воздушно-десантные бригады в районе Богодуховского аэроузла к намеченному сроку не удалось, фактически же оно завершилось только к 24 октября.

Непосредственное руководство операцией должно было осуществляться командующим ВДВ РККА и его заместителем по авиации генерал-майором М. П. Спириным, авиационным обеспечением руководил начальник штаба ВВС РККА. Для высадки десанта из состава авиации дальнего действия (АДД) было выделено 150 бомбардировщиков Ил-4 и Б-25 «Митчелл» из состава 101-го полка АДД под командованием В. Гризодубовой, а также 180 транспортных Ли-2 (лицензионное исполнение все того же DC-3).

В свою очередь, авиация ВДВ выделила 10 машин Ил-4 для выброски снаряжения и легких орудий, буксировщики планеров, а также 35 десантных планеров А-7 и Г-11.

Утром 23 сентября командующий войсками Воронежского фронта генерал армии Н. Ф. Ватутин прибыл на командный пункт 40-й армии. Ознакомившись с обстановкой в полосе армии, он принял решение использовать в районе букринского плацдарма воздушно-десантные войска. Цель операции была поставлена довольно оригинально — не захватить плацдарм (он уже был занят), а прикрыть разворачивающиеся на правом берегу Днепра войска от подходящих немецких резервов, дав частям 40-й и 3-й танковой армий возможность занять как можно больше территории до начала контратак противника. Таким образом, действия десанта изначально должны были носить пассивный характер, обеспечивая прикрытие развертывания уже переправившихся войск. Захват новых плацдармов планом высадки не предусматривался.

Формально воздушно-десантные бригады были переданы в оперативное подчинение фронта, но фактически Ватутину, пришлось связываться с ними через командующего воздушно-десантными войсками РККА А. Г. Капитохина. Сделать это удалось только к середине дня, поэтому от первоначальной идеи выбросить десант прямо следующей ночью пришлось отказаться — тем более, что из машин, предназначенных для участия в операции, на Богодуховский аэроузел к этому времени прибыло только 8 самолетов. В результате высадка была перенесена на ночь с 24 на 25 сентября. Увы, днем раньше в район Букринского плацдарма начали выходить немецкие войска — как переброшенные из резерва, так и переправившиеся с восточного берега. К исходу 24 сентября здесь уже находились части 19-й танковой, 10-й моторизованной, 112-й, 167-й и 255-й пехотных дивизий противника, из тыла подтягивались 7-я танковая и 73-я пехотная дивизии.

Подразделениям десанта были поставлены следующие задачи:

3-й вдбр полковника П. А. Гончарова — высадиться в районе станции Лазурцы между селами Тулинцы, Бересняги и Черныши, укрепиться на рубеже Липовый Рог — Македоны — Синявка — Казаровка и удерживать его до подхода частей 40-й армии, наступающих с Букринского плацдарма, отбивая атаки резервов противника, выдвигающихся к плацдарму с запада и юго-запада;

5-й вдбр подполковника П. М. Сидорчука — высадиться северо-западнее Канева в районе Ковали, Костянец, Гришенцы, захватить рубеж Горкавщина — Степанцы — Ситники и не допускать подхода противника к плацдарму в излучине Днепра с юга и юго-запада.

Всего в намеченных к высадке бригадах насчитывалось 6598 человек. 1-я вдбр полковника П. И. Красовского, не закончившая сосредоточения, оставалась в резерве корпуса и должна была выбрасываться на третью ночь.

Подготовка к высадке проходила в состоянии крайней спешки, усугубленной многоступенчатым руководством и отсутствием данных об обстановке. Перед десантированием офицерами из штаба ВДВ были составлены специальные таблицы, по которым строились расчеты на загрузку людей и техники, распределения их по машинам, графики вылетов и возвращений.

В целях секретности передовые части на Букринском плацдарме должны были получить извещение о высадке десанта только после ее осуществления. Даже личный состав воздушно-десантных бригад узнал о сроках предстоящей операции за полтора часа до посадки на самолеты. В результате бойцы и командиры о своих задачах были информированы в самых общих чертах: район выброски, район сбора и примерный рубеж, который надлежало оборонять. Естественно, никаких специальных тренировок перед высадкой не проводилось.

Вдобавок начались неурядицы с транспортом. Вместо намеченных планом 65 транспортных машин под посадку 5-й воздушно-десантной бригады вечером 24 сентября было подано только 48 самолетов, а четыре бензозаправщика появились лишь за полчаса до вылета. В итоге вылет первого эшелона пришлось отложить на полтора часа. Второй эшелон в воздух вообще не поднялся, так как выяснилось, что на аэродром не подвезли горючее. Поэтому следующие группы десантников вывозились на отдельных самолетах по мере заправки их топливом. В итоге из состава 5-й вдбр было десантировано только два неполных батальона — чуть более 1000 человек, после чего горючее на аэродроме исчезло окончательно.

Высадка 3-й вдбр, осуществленная в ту же ночь, была организована несколько лучше. Правда, самолетов под посадку ей тоже было подано меньше, чем предполагалось планом, а в самый последний момент выяснилось, что изношенность моторов у машин не позволяет им брать штатное количество груза. Многие Ли-2 могли поднять только 15–18 парашютистов или мягких парашютно-десантных мешков — вместо расчетного минимума в 20 единиц (16–18 человек, 2–4 контейнера). В результате в таблицы десантирования пришлось вносить срочные изменения.

Взлет первых самолетов с частями 3-й вдбр начался в 18:30, с частями 5-й вдбр — в 20:30. Поскольку выброску намечалось осуществлять в три рейса, изначально планировалось, что самолеты каждого рейса вылетят одновременно и вернутся в одно и то же время. Однако из-за нехватки автозаправщиков (несмотря на двухнедельную подготовку операции, она обнаружилась в самый последний момент) самолеты пришлось выпускать поочередно, в результате и возвращались они как попало; вдобавок многие пилоты не выдерживали заданного маршрута и режима полета.

Всего за вечер 24 и в ночь на 25 сентября транспортные машины совершили 296 самолето-вылетов вместо 500 запланированных. При этом 13 машин с десантниками вернулись на свои аэродромы, не найдя района высадки, два самолета высадили десантников в глубоком тылу противника, один сбросил парашютистов прямо в Днепр, а еще один — высадил группу во главе с заместителем командира 5-й вдбр подполковником М. Б. Ратнером… в собственном тылу на левом берегу Днепра. Впоследствии мы увидим, что это нелепое событие оказалось большой удачей.