Пенталогия «Хвак» - Санчес О. "О'Санчес" - Страница 147

— Добыча есть? Отрадно. Тогда и выкладывай, но только не вдруг, а с «подходом», начни с того, как ты нашел графский прием, что там едят-пьют, во что играют… А то сижу тут, на ночь глядя, один-одинешенек: на ужин к матушке меня не пригласили, придворные разбежались кто куда, сна ни в одном глазу, дамы, во главе с моей дражайшей супругой, как сговорились… в своих недомоганиях… Есть хочешь?

— Гм… Вообще говоря, ваше Высочество, я ужинал…

— Понятно. Ленди! Подай нам ужин на двоих! Вели, чтобы попостнее рыбу пожарили, и отвар — сугубо овощной, устал я от жирного. Керси…

— Я весь внимание, ваше Высочество.

— Начинай пока с болтовни, а за ужином и до главного доберемся.

Керси, конечно, врал, когда объяснял принцу, что проигрыш в кости и последующее исчезновение из графского дворца — это всего лишь приемы, должные помочь Керси напасть на след злоумышленников, попытавшихся отравить наследника престола, принца Токугари… Нет, он действительно оказался захвачен игрой, действительно проиграл, все что мог, хотя и не собирался этого делать, действительно покинул празднество, будучи вне себя от огорчения и досады! Но перед тем, как увлечься стуком игральных костей по игровому столу, Керси сумел разнюхать основное: семья главного подозреваемого, второго по старшинству сына Его Величества, совершенно не при чем, а вот некий Ломнери Флан — гвардеец Его Величества и родственник некоей весьма высокородной дамы, занимающей заметное и прочное положение при дворе Его Величества и в свите Ее Величества… Одни обстоятельства дела проясняли другие обстоятельства, и в то же время служили запретом для некоторых других предположений. Десятник гвардейского полка сударь Ломнери Флан — либо непосредственно замешан в покушении на жизнь его Высочества, либо кое-что важное знает на сей счет.

— Ты отвечаешь за свои домыслы, Керси?

— Головой, ваше Высочество! — Керси заглянул в глаза принцу, своему новому повелителю и мысленно озяб: казнит и глазом не моргнет, и не вспомнит через день «своего друга Керси».

— Ну, это понятно, что головой, а чем еще — на кол я ведь дворян не сажаю, задницы не рублю? — Принц заржал, очень довольный шуткой, только что пришедшей ему в голову. — Нет, ну а если серьезно, друг мой Керси, то я очень рад прежде всего двум вещам. Знаешь — каким именно?

— Был бы счастлив услышать это из уст вашего Высочества!

— Первое: что мой никчемный братец и его близкие — не при чем в сей смертельной интриге. Я даже чуть ли не раскаиваюсь, что так на них подумал. Впрочем, любить их сильнее я все равно не стану, слишком мы разные. А вторая вещь, что мне понравилась, это твоя истина трех китов.

— Трех кругов, ваше Высочество.

— А я как сказал? А… Точно, трех кругов. Действенная штучка, не дает воли страстям, но помогает разуму. Стало быть, наша ниточка — Ломнери Флан. И вот здесь тебя, дружище Керси, подстерегает неожиданность, ибо, пока ты мне рассказывал, а до этого выведывал, я успел кое-что сообразить и решить своим жалким умишком. Я ведь тоже его подозревал, этого негодяя. Не одного его, понятное дело, но он вошел в мой самый краткий список подозреваемых, в самую красную строку. Полагаю, тебе нужно продолжить усиленное наблюдение за неким Ломнери…

— Именно так я и собирался сделать, ваше Высочество!

— Очень рад, что мы с тобою одного мнения на этот счет. Так рад, что будем считать — не заметил, как ты меня перебиваешь!..

— Виноват, ваше Высочество.

— Ладно, меж друзьями и соратниками простительно, тем более в деловом разговоре. Да, усилить наблюдение. Неожиданность для нас, и в первую голову для тебя, в том, что пресловутый Ломнери Флан, в составе «крылатого» полка, на днях отправится сопровождать в служебный поход наше главное имперское страшилище, сударя Когори Тумару. Батюшке вздумалось отослать своего ручного цуцыря на западные границы, с проверками… Наф знает — что там надобно проверять? Тихо же все на западных?..

Ооу… Керси удивился услышанному. Действительно, странно. Лин, вернее, его сиятельство князь Докари Та-Микол, не успев медовый месяц исчерпать, помчался на запад, в родные края, только выражением глаз намекнув другу, что дело важнейшее и сверхтайное… Теперь вот Когори Тумару. А при дворе болтают, что вообще… какие-то непонятные шевеления происходят… И его Высочество явно обо всем об этом не осведомлен…

— Я осведомлен, слишком плохо ты думаешь о своем принце, Керси! — принц поморщился, словно бы подслушанные мысли приближенного показались ему чересчур горькими или кислыми. — Да только не слишком я верю во всю эту дурь с предсказаниями о конце света. Как бы то ни было — ты тоже поедешь. Завтра или послезавтра государь повенчает тебя в рыцари, а уже насчет достославного рыцаря Керси Талои, о его включении в отряд, я договорился и с Когори, и с батюшкой. Якобы, проверочный поход для тебя, обязательный перед зачислением в свиту. Все гладко, не придраться. Вот там и понаблюдаешь за нашим Ломнери. При случае — можешь его выпотрошить. Но — не за так, а чтобы с пользою, чтобы дальше продвинуться в нашем с тобой розыске.

— Будет сделано, ваше Высочество. Я не подведу!

— Верю заранее. Но собираюсь и воочию убедиться. Сколько ты проиграл? На круг, примерно, в червонцах назови, а не в лошадях с оберегами?

— Гм. Тридцать пять червонцев, ваше Высочество.

— Сколько, сколько??? Однако, сударь Керси Талои. Играть ты горяч, как я посмотрю! На, здесь сорок. Но больше чтобы не играл, не то ты и меня, и трон разоришь своими запросами. Тридцать пять червонцев за один присест! Да батюшка бы меня сейчас до смерти забил, кабы узнал, куда я трачу деньги, выделенные мне на содержание гвардии! Не играй впредь.

— Зарок себе дал, ваше Высочество! Зарок и честное слово дворянина!

— Свеж больно твой зарок, чтобы в него уверовать. Ты, вот что… Сейчас я все-таки решил прогуляться в одно место… Ма-лчать. Это недалеко, так что я не собираюсь нарушать наши с тобой договоренности, там все будет чисто и безмятежно. Понимаешь, Керси, неприлично дворянину так долго не отвечать на приглашения дамы. Кроме того, о своей безопасности я забочусь: возьми конвой… в дюжину мечей, не на войну идем. Возглавишь его и проводишь меня. Утром вернемся тем же порядком. Не волнуйся, пить и есть я там ничего не буду. Если что — выпушу светлячка. Что?.. Точно, забыл. Ленди! Ленди, принеси еще светляка для сударя Керси. Пошевеливайся. И до утра никого, Ленди, ни под каким видом ко мне не пускать: ушел к себе в опочивальню, сплю, пьян и очень зол. Понял, Ленди?..

С рассвета и до полудня Керси спал, а когда проснулся — первым делом поглядел на ночной прикроватный стульчик, на два увесистых кошелька и горстку монет россыпью: шестьдесят червонцев с хвостиком — рехнуться можно! Это уже после платы за постой за два месяца вперед! Молодому дворянину, пока еще не обремененному семьей и долгами чести — три-четыре месяца на эти деньги можно жить, ни в чем себе не отказывая! И коня покупать не придется — ему подарят! Правда, столичная жизнь весьма дорога, да и к тому же, благодаря древности дворянского рода Талои, послужному списку и, самое главное, дружбе с князьями Та-Микол и Его Высочеством — перед ним открылись двери всех знатных домов Океании… Что также не способствует бережливости в образе жизни. Но все равно — денег полно, их на все удовольствия мира хватит! Да еще вот-вот в рыцари венчаться… Мама дорогая! Керси словно сдуло с кровати: надо же готовиться, покупать, примерять, чиститься, меч уваживать! Эх, меч…

Керси вспомнил, как на рассвете, встретив и проводив до дому Его Высочество, он осмелился обратиться с просьбой к Его Высочеству, как раз насчет меча… Рассчитал он верно: Его Высочество пребывал в благодушнейшем расположении духа и склонен был оказывать милости приближенным своим, но…

— С ума ты сошел, Керси? За спиной сейчас никто не носит! Это только мне при батюшке приходится так носить, и то не всякий раз. Да надо мною смеяться будут: вот, мол, какие дремучие порядки в доме у принца Токугари! И над тобою заодно. Деревня — скажут. Нет уж, держи простой одноручный и на боку, как принято… Ну сам подумай: ты же не маркиз Короны? И не герой Аламаган? И не бог войны Ларро? А? Им можно — тебе нет. И не паладин древности, правильно? И не в походе боевом, и даже не в служебном? Придворный должен быть современным и элегантным. Вот повенчает тебя в рыцари батюшка, вот проявишь себя в походе и на войне, вот стану… Гм… Личным указом подарю тебе эту дурацкую привилегию, если уж тебе так неймется, а пока — живи как все, не выкаблучивайся. Кроме того, на церемонии как раз будет тебе двуручный, ты же у нас вот-вот в рыцари выйдешь.