Контакт - Ривендж Алекс - Страница 11

Ши Юй говорил это безо всякой злости — похоже, это чувство вообще было ему неведомо, скорее всего, потому что для него не оставалось времени. И любитель поработать Крейг, и беспокойный Паркинс, и даже всюду успевающий Варковски могли бы показаться рядом с ним лентяями. Наверное, за все семьдесят лет своей жизни Ши не подарил себе даже пары часов: и во сне он ухитрялся что-то подсчитывать, так что иногда вскакивал с кровати и начинал лихорадочно писать. Доходило до анекдотов: как-то раз утром, обнаружив ночные записи, он похвалил автора и поинтересовался, чья это работа.

— Зато он не посторонний на моей помолвке, — возразила Даффи, убирая со стола бутылку. В ее глазах задрожали слезинки: ни одна эмоция не могла у Даффи пройти незамеченной — все они лежали у самой поверхности, всегда готовые к старту.

— Даффи, это что за фокусы? — Дэн подхватил пальцем прозрачную капельку с ее щеки и слегка щелкнул по носу.

Даффи подняла глаза и через секунду уже хихикала как ни в чем не бывало.

— А что мне делать? — на лице Альберта Бриджвуда застыло удивленное выражение.

— Не знаю, молодой человек. Рейсовый корабль будет через пять часов.

— Рейсового корабля не будет, — поправил его подо-шедший Варковски.

— Что? — брови Даффи прыгнули вверх, делая личико совершенно клоунским.

Том машинально опустил руку в карман за сигаретой и вскрикнул: одна из бесчисленных проволочек впилась ему в палец. По-видимому, пора было избавляться от накопившегося там хлама.

— Вы, я вижу, не торопитесь, — пробурчал под нос Ши.

— Молодой человек, — окликнул Бриджвуда Эдвард, — я должен вас разочаровать. Вы не сможете в течение некоторого времени покинуть станцию. Если отсутствие грозит вам неприятностями на работе, мы берем их улаживание на себя. В крайнем случае наша Компания предоставит вам работу. Вы кто по специальности? Может, вы воспользуетесь пребыванием здесь, чтобы немножко подработать?

— Сомневаюсь. Я — пилот. Кроме того, я сейчас в отпуске, прилетел на свадьбу сестры. Я очень надеялся, что ее отпустят на некоторое время…

— К сожалению, состояние дел на сегодняшний день таково, что мы не можем дать ей отпуск…

— «Мы», — шепотом передразнил его Бергер, наклоняясь к Тому, с каких это пор Варковски стал распоряжаться нашими отпусками?

— Да ну его, — отмахнулся Том и снова сунул руку в карман. И хотя укол о край железки был болезненным, он стоически сделал вид, что ничего не произошло. «Что уж жаловаться по мелочам, если вся жизнь — одна сплошная гадость», — подумал он.

Катер причалил. Мортимер отстегнул ремни страховки и встал; от неподвижного сидения у него начала ныть спина, и даже несколько потягиваний не смогли привести ее в нормальное состояние.

— Вот здесь мы и будем работать, — пояснил Вильямс.

— На станции? И что же тут можно охранять?

— Значит, есть что, — отрезал Вильямс. Если в спортзале он мог себе позволить раскованность и фамильярность, то здесь в нем проснулся начальник. Он был не одинок среди тех, кого форма меняла и изнутри.

— А что, часто бывают нападения? — не унимался Мортимер.

— Послушай, мне начинает казаться, что я зря тебя взял. Охранная служба есть охранная служба, и такие вопросы просто неуместны.

Мортимер замолк, но молчать ему не хотелось, и он принялся цокать языком.

«Ничего, я думаю, он справится, — подумал Вильямс, глядя на согнувшуюся долговязую фигуру, — вот только чуток пообвыкнет…»

Вильямсу нравилась его работа, точнее — не сама работа, а связанный с ней риск. В свое время он служил в десантных войсках, но из-за травмы был вынужден демобилизоваться: врачи не хотели смотреть на нее просто как на факт из биографии, хотя все показатели здоровья Вильямса соответствовали требуемым нормам. «Вы не можете быть так здоровы», — не желали они смотреть на результаты. В конце концов воевать с ними Вильямсу надоело, и он согласился на первое же показавшееся заманчивым предложение: пошел в охрану.

— А это твои коллеги, — ввел он Мортимера в комнату. — Это Блейк, — типичный качок с наколками на волосатых руках привстал и кивнул, — это Норт, — стройный бородач с очень молодыми глазами отложил в сторону книжку (на обложке плавал в луже крови обнаженный женский труп) и поприветствовал его сидя. Крупный негр привстал, не дожидаясь, пока его представят, и протянул Мортимеру руку.

— Я — Хоувер. Так и зови. Хоувер, и все.

Мортимер ответил на мощное рукопожатие. Оставался непредставленным только худенький паренек, самый младший в компании.

— Ник, — пробормотал он, не извлекая изо рта жвачки.

— А это — наш новый коллега Мортимер Дуглас. — Вильямс почувствовал, что очень хочет поговорить на эту тему, и приказал себе на этом остановиться. Он всегда боялся прослыть болтуном: когда его прорывало, остановиться Вильямс обычно уже не мог. Ладно, считай, что познакомились… Ник, покажи ему комнату. Остальные ребята дежурят в лаборатории, я вас потом познакомлю.

— Ну что, пошли, — разбирать слова Ника было тяжело.

— Пошли, — кивнул Мортимер.

— Он здесь?

— Да, в этой самой клетке. То есть в этом контейнере.

Паркинс завороженно уставился на металлический куб. Двое охранников в форме затолкали контейнер в помещение со стеклянными стенами и быстро выскочили наружу.

— Контейнер открывается дистанционно, — прокомментировал Варковски.

— Кларенс? Ты тут? Я ищу тебя по всей станции: Цецилия сказала, что у вас что-то случилось, и как только ваше совещание закончилось, я начала тебя искать. — От Марты издалека пахло валидолом. — Кларенс, что произошло?

— Марта, постойте! — в комнату влетел Бергман. В округлых движениях врача сквозило что-то женское. — Вам надо прилечь и успокоиться.

— Кларенс, — Марта повисла на его шее, истерически закатывая глаза. От избытка чувств она начала сюсюкать, — хороший мой, я так без тебя страдаю!

Кларенс, незаметно для нее, поморщился. В такой модификации Марта была особенно противна.

— Выпускаю.

Голос Варковского звучал ровно и холодно.

Контейнер заскрипел. Одна из его стенок отъехала в сторону, выставляя напоказ покрытое чешуей и хитином светло-коричневое тело.