Когда дьявол пляшет - Ринго Джон - Страница 131

Гарнизон Ньюрай, Пенсильвания, Соединенные Штаты, Сол III

26 сентября 2009 г., суббота, 14:05 восточного поясного времени

Майк коснулся значка следующего электронного письма в очереди. Оно пришло от Мишель, его младшей дочери, и голограмма начала воспроизводить послание. Мишель эвакуировали с планеты вместе с четырьмя миллионами прочих членов семей персонала Флота из разных стран. Официальным предлогом служило стремление избавить персонал Флота от беспокойства по поводу безопасности своих детей. Однако, поскольку из каждой флотской «семьи» взяли только по одному ребенку, очевидной причиной являлось создание островка человечества в случае гибели Земли. Временами, когда Майк пребывал в особо циничном расположении духа, он размышлял, не служили ли они также заложниками, чтобы обеспечить благопристойное поведение Флота. На воспитании индоев находился по меньшей мере один ребенок каждого военнослужащего; в случае необходимости дарелам не составит труда устроить «несчастный случай».

Мишель посылала ему письма каждую неделю, не спрашивая его мнения насчет этого. За последний год они становились, все прохладнее и прохладнее. Не от раздражения или злости на него, просто… лишенными эмоций. Он начал беспокоиться достаточно, чтобы захотеть упомянуть об этом, но пришел к заключению, что ни черта не может с этим поделать с расстояния в восемьдесят четыре световых года.

В отличие от сестры-блондинки, Мишель была брюнеткой, и что хуже всего, похоже, она унаследовала нос своего отца. Однако за исключением носа, она начала становиться вылитой копией Шэрон О’Нил, вплоть до голоса. Иногда Майку стоило больших трудов помнить, что он имеет дело с дочерью; время от времени Шэрон разговаривала таким же холодным отстраненным тоном, когда отношения портились.

— Добрый день, отец, — начала она с небольшим кивком. — Из интересного на этой неделе было четыре пункта…

Большей частью она одевалась теперь по моде индоев, и их стандартное облачение чем-то напоминало френч Мао Цзэдуна. В сочетании с невыразительной монотонностью ее речи это было все равно что слушать неряшливо сконструированного робота; она могла бы предварительно написать черновик и добавить больше эмоций. Индои представляли собой почти агрессивно неэгоистичную расу, возводя подчинение индивида обществу чуть ли не в ранг религии. Вероятно, именно их влияние делало ее такой отдаленной, такой чужой.

Он осознал, что пропустил, о чем она говорила, и перемотал запись назад. Комментарии по поводу старых земных новостей, сообщение о финальном сражении за Ирмансул — в его ПИРе хранился рапорт-отчет о сражении, и более полный, чем у нее — обсуждение повышения статуса, смысл которого от него ускользал, какого-то индоя, о котором он не слышал. Ему иногда приходило в голову, что в качестве почетного лорда индоев, на уровне герцога или даже великого герцога, ему вообще-то следовало больше интересоваться событиями в обществе индоев. С другой стороны, большинство клеток его мозга эти дни, казалось, целиком посвятили себя изысканию лучших методов истребления послинов.

Он понял, что его снова занесло в сторону и что он пропустил что-то важное; она казалась почти ожившей на мгновение. А-а…

«Четвертым, и последним пунктом, который этот индивид имеет доложить, является прием к обучению на вторую ступень сохон. Сохон, как тебе должно быть известно, есть сфера технической метафизики индоев. Ты, разумеется, имеешь подготовку по индивидуальной подгонке скафандров, которая является специализированной формой второй ступени сохон. Однако, насколько представляется возможным установить, этот индивид является первым человеком, допущенным без ограничения ко второй ступени сохон. Есть основания полагать, что в конце концов может быть достигнута четвертая, или даже пятая, ступень сохон. Есть основания надеяться, что и это, и последующие достижения могут внести положительную лепту в увеличение значимости Клана О’Нилов.

Таковы четыре пункта, представлявшие интерес на этой неделе. В ожидании твоего ответа, Мишель О’Нил».

Майк прослушал эту часть дважды и покачал головой. Он в целом представлял, о чем она говорит, но детали от него ускользали. Одна из связанных с ГалТехом проблем заключалась в том, что индои изготавливали все индивидуально для каждого отдельного клиента. Люди, даже те, кто, подобно О’Нилу, обладал некоторой подготовкой в отношении техники процесса, в целом называли это «шаманством», но реально все происходило, конечно, по-другому. По причине того, что индои занимались микропроизводством на атомном уровне буквально тысячи лет, их метод изготовления заключался в использовании роев наннитов, которые в специальных емкостях строили предметы атом за атомом. Это наделяло их способностью создавать материалы, которые противоречили многим «незыблемым фактам» естествознания; нанниты могли заставить атомы проделывать вещи, вероятность которых была крайне низка при любом другом методе.

Однако процесс не поддавался контролю даже со стороны наиболее передовых компьютеров. Наилучшее управление наннитами достигалось посредством чего-то вроде прямого нейронного интерфейса. Отдельные индои, или обычно группа, рассаживались вокруг чана и… манипулировали наннитами. Это не было процессом прямой передачи мысли: наннитам задавалось общее направление, а затем… позволялось воспользоваться мозгом отдельной личности в качестве удаленного процессора. Подгонка скафандров в основном заключалась в том, чтобы стоять совершенно неподвижно, в состоянии своеобразной медитации, и концентрироваться на «настройке» скафандра на владельца; все остальное делали нанниты и персоналия скафандра.