Воскресшая жертва (сборник) - Каспари Вера - Страница 60

— Хотите, я опущу их в ящик? — спросил он.

— Нет-нет. Я сама. Большое спасибо.

— Хорошо. Вы сможете отплатить мне тем, что поужинаете вместе со мной — например, сегодня вечером, — сказал Клифф.

У Шерри изменилось выражение лица.

— Я думаю, не стоит, — ответила она. — Наверное, мне не следует делать этого. Но все равно спасибо… Клифф, извините меня.

— Как-нибудь в другой раз, — легко согласился Клифф. — Каковы ваши планы, Шерри? Я понял, вам предстоит развод. Так? Вы не хотите говорить об этом?

— Да, если не возражаете, я предпочитала бы не говорить об этом. Я просто жду, когда Джонни поправится. Думаю, я тоже нахожусь в преддверии ада.

Однако ее взгляд явно не приглашал его сообща разделить их несчастья. Но Клифф сыграл великолепно, Он взял счет.

— Нет, нет, — запротестовала Шерри.

— Мне очень жаль, очень жаль, — твердо произнес Клифф. — Я предпочел бы угостить вас сегодня вечером роскошным ужином. Но раз уж вы мне не позволили, то на этом я настаиваю. Пожалуйста! Мне кажется, вы должны принести мне удачу. Ведь до встречи с вами я не знал — правда, совершенно не знал, что делать дальше. Так что какой может быть разговор о двух долларах семидесяти пяти центах?

— Для меня это большая сумма, — честно призналась Шерри. — Поэтому я просто скажу: «Большое спасибо».

Она увидела, как Клифф оставил чаевые, и немалые. Шерри отнеслась к этому одобрительно. Она-то разбиралась в чаевых.

— Вы не сообщите мне номер того дома, где сдают комнаты? — спросил Клифф.

Почувствовав смутную тревогу, Шерри тем не менее быстро и обстоятельно все объяснила.

— На нем висит большая вывеска, — добавила она. — Его должны будут довольно скоро снести.

— Надеюсь, он простоит до тех пор, пока я буду в нем нуждаться, — сказал он и поднялся, пошатнувшись, твердо придерживаясь своей роли.

— До встречи, — добавил он. — Надеюсь, я тоже смогу принести вам удачу.

Выходя из кафе, он подумал: «Перебор, но не слишком большой для человека в моем состоянии».

Шерри не думала, что Клифф допустил перебор. Если человек напуган и обеспокоен своим будущим, она не могла винить его за некоторую излишнюю драматизацию положения. Шерри попыталась понять, в чем причина ее беспокойства по поводу того, что на нее как снег на голову свалился друг Варда. Она успокаивала себя, что это по крайней мере, был старый друг, а не один из этих идиотов с побережья. Он сказал, что уже давно не видел Варда. Ему вовсе не обязательно было знать, как сейчас обстоят его дела. Или об опасениях Шерри по поводу того, как они обстоят. А что, если она ошибается? О, вдруг произойдет чудо, и Вард сам скажет ей об этом?

Клифф размышлял о том, что, пожалуй, он слишком легко узнал Шерри, — это странно. Он не мог припомнить, чтобы внимательно разглядывал ее тогда, много лет назад, то есть проявлял бы к ней достаточный интерес, чтобы сейчас сразу же узнать ее. «Что же в ней такого примечательного?» — размышлял он. У нее хорошая фигура. Не полная, но и не худая. По мнению Клиффа, то, что надо. Светлые волосы струились и блестели, но Клиффу доводилось видеть и более очаровательные прически. Лицо у Шерри было слегка широковатым в области глаз, с выступающими скулами — очень похоже на славянское. Деревенское, подумал Клифф. Она была довольно симпатичной. С хорошей кожей, той замечательной структуры, которая позволяет ей всегда казаться чистой.

Как ее описать? Что ж, Шерри напоминала тип подружки, верной наперсницы, хранительницы всех переживаний и секретов главной героини. Девушки, которая так и не обзаводится собственным возлюбленным.

Нет.

Странно, но Шерри не произвела на него впечатление скучного набора средних физических качеств. Также не показалась она ему и тупицей, средоточием обывательской морали.

Почему же, нет? Вот в чем все дело — в глазах. Они были синими и удивительно темными для белой кожи и светлых волос. Именно они вносили живую искру, производили такой сильный эффект. Вся личность Шерри была сосредоточена в ее глазах.

Клифф ощутил слабое раздражение. Начать с того, что он не ожидал услышать отказ на приглашение поужинать вместе. Что он сделал не так? Ничего. Если только не торопил события. Он сыграл на ее чувстве жалости, рассудив, что Шерри подкупит его беспомощность. В этом он оказался прав.

Значит, она просто настороже. Следит за каждым своим шагом, а? Рассчитывает идти прямо, ни во что не впутываясь, Что значит прямо и не впутываясь? Ужин вместе едва ли можно назвать установлением порочащей связи. Гм, такая осторожность подозрительна сама по себе, не так ли?

Задержавшись в вестибюле больницы, Клифф занес в записную книжку имена и адреса. Хорошо было бы отпарить конверты — возможно, письма могли бы навести на какие-нибудь мысли. Одно было адресовано мужчине. Два других — женщинам. Что ж, и фамилии могут оказаться полезными. Впрочем, наверняка эти люди — ее старые, давнишние друзья.

Да, это, скорее всего, так, и, похоже, финансовые дела Шерри совсем плохи. Взять хотя бы эту реплику о двух долларах семидесяти пяти центах. Клиффу было известно, что Шерри уволилась с работы. Он был уверен в том, что других источников дохода у нее нет. Все их с Вардом совместное имущество в настоящий момент находится под арестом. Это Клифф знал точно.

Гм, и Шерри заточила себя в этот убогий пансион. В некое подобие преддверия ада, да? Гм, пусть ее давят, осуждают, ограничивают — пусть ей будет одиноко. Пусть ей нестерпимо захочется чего-то, к чему у нее лежит душа. Однажды она скажет мне об этом, говорил себе Клифф, потому что мне чертовски хорошо удалось сделать из себя самого безопасного исповедника в мире — умирающего.

Усмехнувшись, Клифф толкнул дверь, затем, вспомнив, пересек улицу со скоростью улитки и направился к ветхому строению, которое он уже успел заметить. Про себя он подумал: «Какие декорации для постановки готики в американском стиле!»

— Гость? — удивилась миссис Линк. — Девочки, кто-нибудь знает этого парня?

— Если он и гость, — сказала миссис Кимберли, — то, конечно же, к Блондинке.

— У него чемодан, — сообщила миссис Моран. — Это гость мадам.

Закачавшись на стульях, дамы зашелестели картами.

Клифф, делая вид, что изучает комнату наверху, разглядывал миссис Пибоди. Еще не услышав ее речи о разделении полов, он отбросил свою сказку о том, что является умирающим больным. Он решил, что в противном случае вообще может не получить комнаты. Хозяйку Клифф описал бы как старую деву, мисс Общественное мнение, которую приводит в ужас малейший слух о том, что кто-то лег с кем-то в постель — все равно, с кем. Что ж, для его целей миссис Пибоди слишком консервативна. Ее слишком легко смутить. Придется оставить ее вне игры.

Клифф произнес слегка напыщенным тоном, который предназначался специально для нее:

— Если вы не возражаете, мэм, я с огромным удовольствием снял бы эту комнату.

Указав на окно, наполовину загороженное вывеской, он добавил:

— Не собираюсь лезть не в свои дела, но означает ли это, что дому осталось недолго стоять?

— До сентября, — холодно ответила хозяйка.

— Какая жалость, — пробормотал Клифф, — что эти прекрасные старинные особняки, похоже, не в силах выжить в наши дни! Смею заверить вас, в мире не хватает домов с меблированными комнатами. Особенно для одиноких людей.

— Не знаю, что будут делать мои дамы, — воскликнула миссис Пибоди, воздевая верх обе руки и добавляя старинное «о-ля-ля».

(Это же реликвия, подумал Клифф, настоящий антиквариат!)

— Прошу прощения, прошу прощения. — Он изобразил возбуждение. — Я кое о чем подумал. У вас ведь здесь живет некая миссис Шерри Рейнард? Я знаю это. Понимаете, я случайно встретил ее в больнице. Именно она направила меня сюда.

Лицо хозяйки напряглось.

— Я — давнишний друг ее мужа, — поспешно произнес Клифф, — а клоню я вот к чему; Эдвард Рейнард, ее свекор, — очень состоятельный человек, ему в разных местах принадлежит много недвижимости. И, в частности, мне известно, что он владеет домом, очень похожим на этот. Я бы сказал, одинаковой архитектуры. По крайней мере, тот дом такой же большой. Мне показалось, он находится в превосходном состоянии. Так вот, мистер Рейнард пока не собирается продавать участок, на котором стоит этот дом. Он хочет попридержать его еще несколько лет. Но почему бы на это время дом не заселить? Вероятно, мистер Рейнард будет очень рад познакомиться с таким человеком, как вы, кто понимает толк в подобных заведениях и имеет опыт содержания пансиона. И, кстати, будет вести все дело основательно и благопристойно. Я смею думать, — продолжал он, наблюдая, как робкая надежда расцветала на вытянутом некрасивом лице, — что мистер Рейнард будет очень рад передать этот дом такому человеку за невысокую, возможно чисто символическую, плату, скажем, достаточную для того, чтобы покрыть часть налогов. Для него будет очень много значить то, что дом заселен. Нежилое здание быстро приходит в упадок. Это всем известно.