Кровь Олимпа (ЛП) - Риордан Рик - Страница 55

— Мелли, с тобой все будет хорошо, — сказала дочь Ареса; голос ее был обеспокоенным.

— Нет, ничего подобного! — вопила Мелли. — Гея просыпается!

Сцена сменилась. Нико стоял рядом с Аидом у Беркли Хиллс в тот день, когда отец впервые привел его в Лагерь Юпитера.

— Иди к ним, — сказал бог. — Представься сыном Плутона. Важно, чтобы ты установил эту связь.

— Почему? — спросил Нико.

Вопрос остался без ответа. Аид растворился. Нико очутился в Тартаре. Перед ним стояла Ахлис, богиня страданий. Ее щеки были покрыты кровавыми следами от царапин, нанесенных ногтями. Из глаз богини струились слёзы, капающие на щит Геркулеса на ее коленях.

— Дитя Аида, что я еще могу для тебя сделать? Ты идеален! Столько горести и боли!

Нико почувствовал нехватку воздуха и резко ахнул.

Его глаза распахнулись.

Он лежал на спине, глядя на солнечный свет, пробивающийся сквозь ветви деревьев.

— Слава богам, — над ним склонилась Рейна, положив свою прохладную ладонь ему на лоб. От кровоточащего пореза на ее лице не было и следа.

Сидящий рядом тренер Хедж нахмурился. К несчастью, Нико открывался потрясающий вид прямо в глубины его ноздрей.

— Отлично, — сказал тренер. — Еще совсем чуть-чуть.

Сатир взял большую прямоугольную повязку, покрытую липкой коричневой дрянью, и прилепил ее Нико на нос.

— Что это? Фу.

Гадость пахла почвой, кедровыми чипсами, виноградным соком и какими-то удобрениями. Увы, у Нико даже не было сил ее отцепить.

Его органы чувств оклемались. Он осознал, что лежит на спальном мешке рядом с палаткой. На нем были только его шорты-боксеры и тысяча мерзких, вымоченных в чем-то коричневых марлей, покрывавших все его тело. Его руки, ноги и грудь зудели от засохшей грязи.

— Вы… Вы пытаетесь посадить меня, словно растение? — пробормотал Нико.

— Это спортивная медицина с толикой природной магии, — ответил тренер. — Можно сказать, мое хобби.

Нико попытался сосредоточить взгляд на Рейне.

— И ты это одобрила?

Дочь Беллоны выглядела так, словно была готова упасть в обморок от истощения, но все же выдавила слабую улыбку.  

— Тренер Хедж вытащил тебя из лап смерти. Дробленый рог единорога, амброзия, нектар... Мы не могли этим воспользоваться. Твое тело так быстро исчезало.

— Исчезало?

— Не волнуйся об этом, малыш, — Хедж поднес соломинку ко рту Нико. — Выпей немного изотоника.

— Я-я не хочу...

— Ты выпьешь изотоника, — настоял тренер.

Что Нико и сделал. Он удивился, насколько сильно его мучила жажда.

— Что со мной произошло? — спросил сын Аида. — И с Брайсом... и с теми скелетами?

Рейна и тренер Хедж обменялись взволнованными взглядами.

— У нас есть как хорошие новости, так и плохие, — сказала она. — Но для начала поешь. Тебе нужно набраться сил прежде, чем ты услышишь плохие вести.

ГЛАВА 32. НИКО

— Три дня?

Нико ушам своим не верил. Ему повторили ответ несколько раз, а он все никак не мог уяснить, что расслышал правильно.

— Мы не могли переместить тебя, — сообщила ему Рейна. — В смысле... буквально… тебя невозможно было передвинуть. Ты практически испарился. Если бы не тренер Хедж...

— Ерунда, — заверил его сатир. — Мне однажды пришлось накладывать шину на ногу защитнику прямо во время отборочного матча. И заметь, в распоряжении у меня было всего лишь три ветки да клейкая лента.

Несмотря на видимую беспечность, у сатира были мешки под глазами. Щеки у него впали. Да и выглядел он почти так же плохо, как себя чувствовал Нико.

Сын Аида поверить не мог, что пробыл без сознания так долго. Он вспомнил свои странные сны: бормотания гарпии Эллы; мимолетное видение с облачной нимфой Мелли, не на шутку взволновавшее тренера... Ему почему-то казалось, что все они длились не больше нескольких секунд, однако по словам Рейны, сейчас был полдень тридцать первого июля. Он пролежал в теневой коме три дня.

— Римляне собираются атаковать Лагерь Полукровок послезавтра, — Нико отпил еще немного изотоника, приятного и прохладного, но безвкусного. Казалось, его вкусовые рецепторы навсегда потерялись в тени. — Пора в путь. Мне нужно подготовиться.

— Нет, — Рейна сжала его предплечье; бинты под ее рукой смялись. — Еще один скачок в тень — и ты труп.

Нико сжал зубы.

— Труп так труп. Мы должны доставить статую в Лагерь Полукровок.

— Эй, парень, — позвал тренер. — Я ценю твою самоотверженность, но… если ты забросишь нас в вечную тьму вместе с Афиной Парфенос, тебе никто за это спасибо не скажет. В этом Брайс Лоуренс был прав.

При упоминании о Брайсе металлические гончие Рейны насторожились и зарычали.

Рейна, тем временем, вперилась взглядом в пирамиду из камней. Глаза ее были полны мучений, словно из могилы вот-вот должна была появиться новая орава призраков.

Нико вдохнул. В нос ударил аромат мази Хеджа.

— Рейна, я-я не подумал. То, что я сделал с Брайсом...

— Ты уничтожил его, — отрезала Рейна. — Превратил его в призрака. И да, это напомнило мне о случившемся с моим отцом.

— Я не хотел тебя напугать, — с горечью сказал Нико. — Я не хотел... отравить еще одну дружбу. Мне очень жаль.

Рейна изучала его лицо.

— Нико, должна признаться… сначала я и не знала, что думать или чувствовать. То, что ты сделал… на это трудно было смотреть, трудно понять.

Тренер Хедж жевал веточку.

— Тут я согласен с девчонкой, парень. Вмазать придурку битой по голове — это одно, но превратить его в призрака? Это уже делишки потемнее.

Нико ожидал, что разозлится — накричит на них за то, что они его осуждают. Это у него было в порядке вещей.

Однако злость не приходила. Он все еще ненавидел Брайса Лоуренса, Гею и гигантов; хотел отыскать этого авгура Октавиана и задушить его своим цепным поясом. Но никаких подобных чувств ни Рейна, ни тренер Хедж у него не вызывали.

— Зачем вы спасли меня? — спросил Нико. — Если знали, что теперь я бесполезен. Нужно было найти другой способ перемещать статую. Вместо этого вы три дня потратили на то, чтобы поднять меня на ноги. Смысл?

Тренер Хедж фыркнул.

— Ты часть команды, идиот. И мы не собираемся тебя бросать.

— Дело не только в этом, — Рейна накрыла ладонь Нико своей. — Пока ты спал, я много размышляла. То, что я поведала тебе о своем отце... я больше никому бы не рассказала. Полагаю, я знала, что ты надежный человек. К тому же, ты снял с меня часть моей ноши. Я доверяю тебе, Нико.

Сын Аида явно был озадачен.

— Как ты можешь мне доверять? Вы оба познали мой гнев, увидели мои наихудшие чувства...

— Эй, парень, — куда мягче произнес тренер Хедж. — Все мы иногда злимся. Даже такие милейшие существа, как я.

Рейна ухмыльнулась и сжала его ладонь.

— Тренер прав. Не ты один время от времени даешь тьме выплеснуться наружу. Я рассказала тебе о своем отце, и ты поддержал меня… поделился своим болезненным опытом. Что мы за друзья такие, если не можем отплатить тебе тем же?

Сын Аида словно язык проглотил. Рейна и тренер Хедж видели его глубочайшие секреты, знали, кем он был… чем он был. Но их, похоже, это не заботило. Напротив, сам Нико заботил их куда больше.

Его не осуждали, за него переживали. Бессмыслица какая-то.

— Но Брайс… я... — Нико не смог продолжить.

— Ты сделал то, что должен был. Теперь я это понимаю, — сказала Рейна. — Просто пообещай мне больше не превращать людей в призраков, если этого можно избежать.

— Точно, — согласился тренер. — Хотя бы позволь сперва мне заняться ими. Кроме того, это еще не все плохие новости.

Рейна кивнула.

— Каких-либо признаков присутствия здесь других римлян нет, так что, похоже, Брайс никому не сообщил о своем местоположении. Также нет никаких следов Ориона. Надеюсь, охотницы с ним расправились.

— Что насчет Хиллы? — спросил Нико. — Талии?

Рейна поджала губы.