Князь Вольдемар Старинов. Дилогия - Садов Сергей Александрович - Страница 188

— Придёт начальник и рассудит…

— Что?

— Да нет, ничего. Полагаю, другого выхода у нас всё равно нет. — Володя поднялся. — Не буду мешать. — Но у выхода обернулся. — Кстати, кому принадлежит герб: вставшая на дыбы лошадь?

— Белая или золотая? И на каком фоне?

— Понятия не имею. Я видел этот герб выгравированным на мече. Там ещё что-то было, но разглядеть невозможно.

— Хм… Где ты мог видеть такое? — Конрон нахмурился. — Если герб был на мече, то мне только одно в голову приходит, но ты вряд ли мог это видеть.

— А имя граф Готский тебе не о чем не говорит?

Конрон очень задумчиво посмотрел на Володю.

— Говорит. Готские — это очень старинный род.

— И это их герб?

— Да. Только они уже давно его не используют. Потому я и удивился, что ты его знаешь. С тех пор, когда они заняли трон Локхера после того, как породнились с правящей принцессой, ей была нужна поддержка иначе ей не удалось бы удержаться на троне и Готские предоставили ей такую поддержку. С тех пор их гербом стал герб правящей династии.

Володя задумчиво кивнул.

— Примерно этого я и опасался. К сожалению, поздно догадался.

— Какие-то проблемы?

Мальчик покосился на спящего гонца.

— Да нет. Впрочем, да, есть одна небольшая. Была у меня стычка с этим вашим королём. Как раз после поражения… Он представился как граф Готский, а на мече этот герб… В общем, мне не хотелось бы с ним встречаться ещё раз. И даже с его доверенным лицом не хочется встречаться.

Конрон открыл рот, тоже покосился на гонца, закрыл.

— Потом расскажешь.

Володю Конрон отыскал на полигоне, где он обсуждал с Лигуром какие-то новые тактические приёмы и способы их применения в бою. При этом Лигур явно относился к новинкам с недоверием, но старался вникнуть и понять, поэтому слушал внимательно, делая какие-то наброски на листе, лежащем на столе. Володя поглядывал ему через плечо и изредка что-то поправлял там. Заметив Конрона, он отложил карандаш.

— Дальше сам смотри. Попробуй всё-таки отработать этот метод обороны.

— Хорошо, милорд.

— Да… ну ты и учудил, — задумчиво проговорил Конрон, сидя на берегу моря и изредка запуская камешек. Рядом пристроился Володя и задумчиво пересыпал песок с места на место.

— Да откуда же я знал, что этот придурок, который попытался меня ограбить — король?

— Гхм.

— Ладно-ладно. Откуда я знал, что тот умнейший и вежливейший молодой человек, который попытался меня ограбить — король? Это я уже позже сообразил, но не стал говорить, только хуже стало бы.

— С другой стороны теперь понятно почему его величество вернул многих старых советников. Ха, а я то гадал с чего такие перемены. Вообще-то, как мне кажется, ты зря паникуешь. Артон, при всей его… хм… — Конрон огляделся, — избалованности, никогда не отличался злопамятностью. К тому же раз он тебя послушал, значит не очень и сердился.

— Может и так, но проверять не хочется.

— И что ты думаешь?

— Я уже придумал. Сегодня ночью родезцы уходят…

— Что??? Это ты откуда знаешь???

— Логика. Завтра утром истекает срок перемирия, так что уйти без особых проблем они могут только сегодня вечером. Ну и ещё я обзавёлся кое-какими источниками информации во вражеском войске.

— Это точно?

— Абсолютно.

— И ты молчал?

— Я узнал об этом когда к Лигуру шёл. Джером сообщил.

— Ясно. И что?

— Ну так ведь надо отрядить провожающих. Ты не сможешь — прибывает герцог этот… как его… Алазорский и тебе надо будет давать ему отчёт. Потому поедет Дорейн — больше некому. Ну и я с ним.

— Дорейна это не обрадует.

— Почему? Я же не командиром к нему навязываюсь, а волонтёром. В общем, чем дальше я буду от города в тот момент, когда тут будет герцог, тем лучше. А это самый лучший вариант — далеко и не надо ничего никому объяснять по поводу спешного отъезда из города. Ты поговоришь с ним как командующий?

— Столько проблем на пустом месте создаёшь. Поговорю, куда денусь? А ты сейчас куда?

— К Осторну. Точнее сначала переговорю с Филлипом и Джеромом, а потом уже к Осторну. Попрощаюсь с Аливией и в путь.

— Филлипа и Джерома с собой возьмёшь?

— Филлипа лучше оставить, наверное. А вот Джером и Винкор со мной поедут. Винкор мне нужен чтобы языки подучить и грамотность подтянуть, а Джером как источник информации. Я ведь только на обороне и сосредоточился, а о мире как не знал ничего, так и не знаю. Думаю, расслабиться и стряхнуть с себя всю эту ответственность — надоело всё.

— Странный ты, но как хочешь. Ладно, прикрою тебя от герцога. Надолго собираешься исчезнуть?

— Недели на две-три, как получится. Сколько Дорн будет отступать?

— Если всё пройдёт для него успешно, то за две недели он доберётся до границ Эндории, а там уже рискованно будет его преследовать.

— Дорейн не настолько рисковый, чтобы преследовать врага на занятой им территории. Но, думаю, на месте всё будет ясно.

— Ладно, проваливай… глаза б мои на тебя не глядели. Ну надо же… умудриться повздорить с королём… Только с тобой могло такое случится!

— Это ещё почему?

— Ну… судя по твоей истории с тобой вечно что-то случается.

— Ага. Спасибо за поддержку. Ладно, пойду к Лигуру, надо обсудить кое-что. Слушай, не распускай по возможности его полк до моего возвращения. Сможешь?

— Гм… А что я скажу герцогу? Бои закончены, а ополчение не распущено?

— Конрон, придумай что-нибудь!

— Тебе это зачем?

— Жалко будет, если все плоды по обучению пойдут прахом и всё придётся начинать сначала. Полк надо сохранить хотя бы как основу.

— Они вроде как не горят желанием служить Локхеру.

— Понять их можно, но если они подадутся в наёмники, я полагаю, тебе захочется иметь их на своей стороне, а не на другой.

— А вот это аргумент. Ладно, сделаю, что смогу. Но как я полагаю, ты в наёмники подаваться не собираешься?

— Скорее всего нет. Не моё это. Меня по-другому обучали. Как там поэт у нас говорил… блин… как бы поточнее перевести… вот… служить бы рад, прислуживаться тошно. Мда, не совсем в тему, но… в общем не могу я наёмником быть. Не моё это.

— Даже не буду делать вид, что понял твои мысли.

— Тогда я ушёл.

Конрон махнул рукой, и что-то бормоча себе под нос о сумасшедших иностранных князьях, отправился в сторону магистрата.

Володя мотался почти до самого вечера обсуждая то с Лигуром план занятий на время его отсутствия, то с Джеромом подготовку к отъезду, то с Абрахимом закупал книги для занятий, а потом Филлипу давал задание, чтобы он присматривал за снятым домом. Только закончив все дела, он заявился в дом к Осторну, где и сообщил о своём отъезде. Аливия сразу посмурнела, но вопреки ожиданиям ничего говорить не стала. Уже под вечер, после того, как Володя рассказал ей очередную сказку, она ответила на вопрос мальчика:

— Отец тоже так всегда уезжает. Я уже взрослая и знаю, что не всегда получается быть с тем, с кем хочется.

— Да… — Володя даже растерялся от такого серьёзного рассуждения. — Я в твоём возрасте был совсем избалованным.

— Избалованным? — Глазёнки девочки загорелись интересом. — Это как?

— Всегда требовал то, что хотел невзирая ни на что. И очень обижался, когда желаемое не получал. А ты действительно взрослая, если понимаешь, что нельзя получить всё, что хочется. Всё, спокойной ночи.

За дверью Володю перехватил Осторн.

— Милорд, мне бы хотелось обсудить с вами один момент.

— Да?

Купец пристроился рядом и неторопливо зашагал вместе с Володей.

— Мне хотелось бы узнать, что в намерены делать дальше с Аливией?

Разговор ожидаемый и, тем не менее, произошёл совершенно неожиданно.

— Что делать? Да ничего. Завтра я уезжаю, потом вернусь и снова уеду. Постепенно она привыкнет, что я бываю у ней всё меньше и меньше…

Володя видел, что по какой-то причине Осторн остался недоволен этим ответом, но никак не мог понять с чем это связано. Раньше он наоборот требовал, что бы он поскорее исчез из их жизни.