Мир, где все наоборот - Коган Татьяна Васильевна - Страница 9

Кирилл встал и, не говоря ни слова, покинул комнату. В прихожей, надев куртку и взявшись за ручку двери, услышал недовольный голос Макса:

– Далеко собрался?

– Далеко.

– Не думаю, – хозяин квартиры сел на тумбочку и принялся крутить брелок с ключами.

Кирилл повернул замок – дверь была заперта на ключ. Эта песня хороша, начинай сначала. Он что, медом намазан? Какого черта все подряд стремятся сделать из него затворника?

– Надо полагать, если я попрошу открыть, ты откажешься?

Макс едва сдержался, чтобы не вскочить и не схватить товарища за грудки. Было так хорошо: нормальная жизнь, нормальная компания. Нет же, надо было все испортить. И как это исправлять, непонятно. И ведь сам виноват не меньше: проигнорировал бы просьбу Глеба и не отвез бы его на другую квартиру, ничего непредвиденного не случилось бы. Куда ни кинь, везде клин. Нужно звонить Джеку, пусть разбирается с жертвой эксперимента. А взаимные претензии они обсудят позже, когда решат, что делать с Глебом.

– Советую тебе сесть и не дергаться.

– Советую отдать мне ключи. – Кирилл сжал кулаки и шагнул вперед. Он ничего не имел против этого человека, в конечном итоге незнакомец ему действительно помог. Но общение явно не складывалось. Разбираться в причинах этого не было ни сил, ни настроения. Единственное, о чем он мечтал, – выбраться отсюда, убежать куда подальше и хорошенько поразмышлять в одиночестве.

– Да ладно тебе, старик, – губы Макса растянулись в ухмылке. – Ты не в лучшей форме. Не нарывайся, и обойдемся без насилия.

Мгновение Кирилл напряженно смотрел на противника, обдумывая его слова, а затем вдруг расслабился, будто потерял интерес к происходящему:

– Отлично. Когда будут новости, сообщи. – Он прошел обратно в комнату, не предприняв попытки атаковать противника, и сел на кровать.

Максим проводил его недоуменным взглядом. Чего-чего, а такой покорности от друга он точно не ожидал. Неужели от прежнего Глеба не осталось ничего, кроме внешности? Вопреки здравому смыслу, Макс верил: даже лишившись памяти, товарищ непременно сохранит то, что составляло его личность, что позволяло им находить общий язык, делало их родными людьми. Выходит, он заблуждался. Глеб, которого он знал долгие годы, исчез. И вернется ли когда-нибудь – неизвестно. Сейчас в его квартире находился чужой человек.

Макс достал из кармана мобильный телефон и набрал номер Джекила. После долгих гудков тот все-таки взял трубку:

– Рад тебя слышать.

– Ага, я тоже. Подъезжай ко мне на хату, которая в центре, – без предисловий сказал Макс.

– Извини, нет времени. У меня тут проблема, – уклончиво сообщил товарищ.

– Твоя проблема у меня дома, сидит на кровати в соседней комнате.

На другом конце провода повисла тишина.

– Эй, старик? Ты там нормуль? Приезжай по-любому. Я не знаю, что… – Макс не успел договорить, рухнув на пол.

Кирилл отбросил тяжелые настольные часы, которые удачно попались ему под руку, перевернул поверженного противника, поспешно обшарил карманы в поисках ключей и удивился, обнаружив свой собственный паспорт. Вероятно, Макс прихватил его со столика у бассейна в подвале, где держали заложника.

Прежде чем покинуть квартиру, Кирилл убедился, что мужчина жив и скоро придет в чувство. К тому моменту, как Макс, матерясь и держась за голову, поднялся на ноги, беглец находился уже в двух кварталах от его дома.

День стоял солнечный, морозный, но у понурого путника на душе скребли кошки. Противоречивые эмоции обуревали его, хотелось заснуть и очнуться в иной реальности или хотя бы перенестись на несколько дней назад, когда он смирился с амнезией и научился радоваться настоящему. Странные события, произошедшие накануне, не укладывались в голове. Чего хотя бы стоил фантастически нелепый поступок Ольги.

Кирилл сразу заподозрил в соседке что-то неладное, но такой неадекватности не предполагал. Что там она рассказывала? Школьная любовь, изнасилование? Наркотик, которым Ольга его опоила, дурманил голову, душещипательный монолог запомнился ему плохо. Он не мог поручиться, но вроде бы Велецкая намекала, что одним из негодяев, надругавшихся над ней, был он сам. Если это не слуховая галлюцинация, то можно ли верить словам не вполне нормального человека? Не плод ли ее больной фантазии вся эта история? Как выяснить правду и не подставиться? Возвращаться в поселок ему нельзя. Там его наверняка поджидают. Ситуация напоминает второсортный фарс. Только весело почему-то не было.

Первое, что Кирилл сделал, это снял в банкомате деньги с карты.

Голова кружилась, его тошнило, желудок сводило от голода. Он зашел в ближайшее кафе, уселся за столик и сделал заказ. В теплом помещении его разморило. Чтобы прогнать сонливость, он попросил двойной эспрессо. Выпил залпом, обжегши нёбо. От горького напитка бодрости прибавилось. Кирилл с удовольствием съел обед, на десять минут забыв о проблемах.

– Простите, вы не подскажете, есть ли рядом гостиница? – спросил он улыбчивую официантку.

– Рядом есть, но очень уж дорогая, – девушка с сочувствием посмотрела на посетителя. Выглядел он помятым и несчастным, но на алкоголика не походил. Интеллигентный с виду человек, привлекательный, глаза выразительные, темно-карие. Наверное, горе какое-то в семье. Приехал из другого города и даже не узнал заранее, где можно остановиться на ночлег. Бедняжка.

– Погодите, вдруг кто-то из коллег знает, я спрошу, – официантка упорхнула в служебное помещение и вернулась через пять минут. Лицо ее победоносно сияло.

Кирилл улыбнулся:

– Хорошие новости?

– Да! В пяти троллейбусных остановках отсюда есть скромный и доступный мотель. Давайте, я вам нарисую, как туда добраться.

Сунув в карман салфетку со схемой проезда, Кирилл расплатился по счету и еще раз поблагодарил девушку за отзывчивость.

– Вы не отчаивайтесь, – неожиданно произнесла она. – Все будет хорошо. Даже если сейчас все складывается не самым лучшим образом.

На секунду Кирилл заколебался: а не поведать ли наивной девчонке о своих злоключениях? Будет ли она после этого настроена так же позитивно или согласится, что порой жизнь оказывается дрянной штукой. Можно тысячу раз повторять, что все будет хорошо. Вряд ли это что-то изменит. Для решения проблем красивых фраз недостаточно.

Официантка смотрела на него с обезоруживающим воодушевлением, он не посмел испортить ее настроение.

– Я не отчаиваюсь. – Кирилл кивнул и направился к выходу, а спустя час уже заходил в тесный гостиничный номер, пропахший табаком и хлоркой. При других обстоятельствах новый постоялец предпочел бы если не более изысканное, то хотя бы менее убогое жилище, но сейчас ему было не до изысков. Во-первых, деньгами лучше не разбрасываться – неизвестно, на что еще они понадобятся. Во-вторых, Кирилл буквально шатался от усталости, да и руками стоило заняться. На забинтованных запястьях выступила кровь, неплохо бы сменить повязки.

Достал из пакета бинты, антисептик и обезболивающее, купленные по дороге, снял со спинки кровати чистое полотенце и пошел в ванную. Процедура оказалась крайне неприятной и затянулась на полчаса. Кирилл вытер испарину на лбу, выкинул грязные бинты в мусорное ведро и повалился на жесткую койку.

Глава 6

Психотерапевт Иван Кравцов сидел за рабочим столом, выстукивая пальцами нервную мелодию. Со стороны могло показаться, что он раздумывает над важным решением, на самом же деле он пребывал в полной растерянности, не зная, в каком направлении мыслить. Он всегда справлялся с неожиданными ситуациями, мгновенно находя правильные варианты действий, но в этот раз не видел даже намека, куда двигаться. Его творение, его удача, доказательство собственного профессионализма бесследно испарилось. Джек оставил Глеба без присмотра всего на два дня, а когда вернулся в коттеджный поселок, обнаружил пропажу. За время его отсутствия что-то случилось, но узнать, что именно, не было ни малейшей возможности.