СверхНОВАЯ правда Виктора Суворова - Хмельницкий Дмитрий Сергеевич - Страница 66

Пункт 8-й: «Краткое описание операционных направления южной части Генерал-губернаторства»: «Исходя из характера местности, начертания железнодорожной сети и оперативных замыслов, данный театр можно подразделить на три следующих операционных направления: 1. Люблин-Варшавское; 2. Люблин-Петроковское и 3. Краковское».[362]

После описания географических условий будущего возможного первого операционного направления делался «ВЫВОД: Характер местности и начертание дорожной сети благоприятствуют для действия крупных войсковых масс в северо-западном направлении (восточнее р. Висла). Оперативная плотность — 8–10 км на дивизию».[363]

Второе операционное направление также было признано пригодным для нанесения глубокого удара: «Южная граница направления — по условной линии Лежайск—Мелец— Мехов. Глубина направления 320–340 км, протяжение фронта по госгранице от Влодава до р. Сан 260 км, ширина по р. Висла и р. Сан 200 км».[364]«ВЫВОД: Местность и наличие дорожной сети допускает действия крупных войсковых масс. Оперативная плотность 8–10 км на дивизию. Основной оборонительный рубеж немцев р. Висла потребует для своего преодоления самостоятельной операции».[365] Фронтовой.

Очевидно, что ответственность за решение о том, где же наступать, аналитики разведупра все же решили возложить на коллег из оперативных отделов штабов, поскольку и Краковское направление, несмотря на наличие оборонительных сооружений противника, по размышлению советских разведчиков, все же подходило для победного марша: «Северная граница — условная линия Лежайск—Мелец—Мехов. Южная — граница со Словакией. Глубина направления — 230–260 км. Протяжение фронта по госгранице до 200 км, условная ширина 90–100 км».[366]«ВЫВОД: Характер местности и дорожная сеть благоприятствуют развитию действий крупными войсковыми массами в западном направлении. Оперативная плотность 8–12 км на дивизию. Основной оборонительный рубеж немцы создают, по-видимому, по р. Вислок и р. Вислока».[367]

Вооруженные силы Венгрии и ее география были описаны в приложении к указанной записке, в конце которой коротко подводился итог: «Несмотря на то что Венгрия уделяет достаточно внимания вопросам инженерного оборудования границы с СССР, все же оно до сего времени остается слабо развитым. Но, учитывая горный характер местности, представляющий большие трудности для действия войск, возведенные венграми инженерные укрепления могут оказать серьезное препятствие для войск».[368] Утверждение оказалось пророческим — Красная армия в 1944 году пыталась пробиться через Карпаты в течение полугода, и гонведы отошли только из-за наступления противника на других оперативных направлениях.

Параллельно с Красной армией шпионаж на сопредельной территории вел и НКВД.

Как известно, лубянское ведомство в большей степени, чем военные, следило за политической ситуацией в других странах. Однако те задачи, которые ставились перед чекистской зарубежной агентурой, были направлены не на изучение возможных направлений ударов вермахта и не. на определение сроков агрессии Германии.

Штаб погранвойск НКВД УССР регулярно составлял донесения о том, что происходит по ту сторону кордона. К числу типовых документов относится составленный 21 апреля 1941 г. «Меморандум № 2 о военных мероприятиях в пограничной полосе Германии и Венгрии» за период с 10 по 20 апреля:

В аналогичном меморандуме № 3 от 26 апреля перечень задач был такой же, разве что добавилось требование находить месторасположение ДОТов и складов[370].

Погранвойска тщательно «ощупывали» будущий театр военных действий.

Поскольку скрытая тотальная мобилизация в той или иной степени затронула все население страны, то соответствующие «антисоветские разговоры» начали фиксировать и бдительные люди с холодными головами и длинными руками.

Об этом свидетельствует, в частности, написанная 3 января 1941 г. докладная записка зачальника Особого отдела НКВД КОВО Якунчикова наркому ВД УССР И. Серову «О настроениях военнопленных в связи с законвоированием», то есть усилением режима содержание. На территории Украины военнопленных, то есть априори нелояльных системе людей, использовали для строительства дорог: «Военнопленный Сурмай распространяет провокационные слухи о подготовке СССР к войне с Германией, что в СССР якобы объявлена всеобщая мобилизация, роются окопы и т. д. «Советы думают идти на Варшаву», — заявляет Сурмай.

Провокационные слухи о близкой войне Германии с СССР распространяет вольнонаемный десятник Куран.

Под впечатлением разговоров Курана военнопленный Томчин сказал ему: «…Хотя бы встретиться с тобой в бою: ты в рядах Красной армии, а я польско-немецкой, что ты со мною бы сделал?»

Присутствовавший при этом разговоре военнопленный Малист заявил:

«…Куран повернул бы свой пулемет в обратную сторону и стрелял бы по красным войскам…»

Куран поддержал Малиста, добавив:

«…He я один поступил бы так, но и все остальные жители западных областей, призванные сейчас в Красную армию».[371]

Завершим статью цитатой из документа, который поместили в самый конец сборника его составители. Комментариев этот материал не требует, и так ярко показывая как дух витавшей войны, так и психологию служащих «органов». Это специальное сообщение заместителя начальника 4-го отдела НКГБ УССР лейтенанта ГБ Сурыгина наркому ГБ УССР Мешику: «20 июня 1941 г. при обработке исходящей международной корреспонденции 4-м отделом НКГБ УССР выявлен документ, следовавший из Станиславской области, Печинижинский район с. Пересев от Хмары Василия в Германию, г. Кристианополь, Горбышевского района Люблинского воеводства, Семенюку Михаилу». Далее передается содержание письма, жалобы на жизнь в СССР и проклятия в адрес Советской власти. Заканчивается послание тревожными вопросами: «Ходят слухи, что они (то есть Советы. — А. Г.) хотят идти на Варшаву, а возможно, и дальше. Концентрируются под границей, всем говори, но не давай читать, я ведь не знаю ваших обстоятельств. Пиши в отношении весны. Так или нет, напиши: (б) будет война с ними в этом году, р. — разобьют, как слышно, А. Может ли быть война в Африке и тут или когда там закончится. Адрес прежний. Письма сожги все. Никому не говори, что мне пишешь».

Документ «К» вместе с копией настоящего спецсообщения направлен начальнику 3-го управления НКГБ УССР для оперативного использования».[372]

Подобные цитируемому письму послания украинские чекисты в первой половине 1941 г. перехватывали пачками. Но это сообщение НКГБ примечательно одной маленькой деталью. Оно датировано 23 июня 1941 г.

Дмитрий Хмельницкий

ВЫСТАВКА «СОВЕТСКИЙ РАЙ»

Восьмого мая 1942 г. в центре Берлина, в парке Люстгартен, прямо рядом с городским собором, открылась выставка, организованная имперским отделом пропаганды НСДАП. Она называлась «Der Sowjetparadies» — «Советский рай». Цель выставки была чисто пропагандистская — показать немцам варварство, нищету и агрессивность Советского Союза, его опасность для Европы, оправдать войну с ним и объяснить необходимость немецкой победы. Выставка была огромной — на девяти тысячах квадратных метров во многих павильонах демонстрировались собранные во время специальных экспедиций на оккупированные вермахтом территории экспонаты. Среди прочего воспроизводилась часть Минска с куском улицы, лавкой, мастерской сапожника, землянками, в которых жили рабочие. Экспонировались советские сельскохозяйственные машины, рабочие и крестьянские дома, разобранные на месте и собранные заново в павильонах со всем своим оборудованием и интерьерами. Демонстрировались массы фотографий, сделанных на советских территориях. В павильонах были воспроизведены в натуральную величину подвалы ГПУ с расстрельной камерой и многое другое.