Лети, мой Свет! (СИ) - Василик Янина - Страница 50

— Прямо удивительно, как город ещё на месте стоит, а не развеялся по ветру, от тройной мощи вашей думы! — проворчал Кристарн. — Ты хоть с целительницей поговорила или только песни пела? Кстати, вы давно друг друга знаете? Или это дриадская настойка вас так сроднила?

— Мы учились вместе. И Ками стала вот такой целительницей, — смелым размахом рук девушка обозначила высоту профессионализма подруги.

— Она следует своему призванию, не то, что я. Представляешь, она всех-всех тут лечит. Одна. А из столицы уехала, потому что с Мели поссорилась. Знаешь, что она мне сказала? Что Мели мне завидует, и обрадовалась, когда я попала к эльфам. Что она хотела с Анрэем, чтобы он… чтобы она… чтобы я… ой, запуталась уже, кто там чего хотел. Ладно. Демоны с ней. И с ним. Уеду в вашу Долину, и буду жить с вампирами. Вот так. Вы меня примите?

— Примите, — отчаявшись понять в подробностях, о чём речь, Кристарн смог выделить только общий смысл — кто-то, чего-то наговорил ей про короля, явно наступив на больную мозоль. Всё понятно, и можно не напрягаться в поисках здравого смысла — он уже успешно утоплен в дриадской настойке. Тёмный быстро доел, старательно подливая девушке кофе, а себе коньяка за двоих, не особо прислушиваясь к бессмысленным рассуждениям собеседницы. И начиная понимать, что, сколько бы спиртного он в себя не влил, на её волну уже не попасть — она далеко в открытом море.

— Хотя, что мне у вас делать? Я же целительница, а вы не болеете… — грустно продолжала девушка.

— Мы будем очень стараться, — заверил её дроу.

— Правда? — Аталь расцвела лучезарной улыбкой и полезла обниматься к опешившему от такой реакции дроу. — Я же говорю, что ты милый.

— Да-да, и хороший, я помню, — подтвердил Кристарн, чувствуя, что сейчас завоет. Или сам отправится во дворец на свидание к королю. И, возможно, даже с конём…

— Слушай, а давай потанцуем? — озарило девушку свежей идеей, и она вспорхнула с лавки, — Тут хорошая музыка, а ты так здорово двигаешься!

— Mi'ralli, давай чуть позже, ладно? — поморщился дроу, не понимая, с чего эта какофония вдруг стала хорошей музыкой.

— Когда будет позже? — бдительно уточнила целительница, недовольно нахмурившись.

— Когда ты заснёшь, — пробормотал дроу, не без труда оторвав взгляд от её губ, и отмечая нездоровый интерес окружающих милых людей к его шатающейся спутнице. Впрочем, шаталась она в такт ужасной музыке. И, по-прежнему, не высказывала никаких намерений относительно крепкого и здорового сна.

— Красавица, потанцуем? — схватил девушку за руку какой-то здоровяк. Точнее собирался схватить, как на месте предплечья девушки оказалась мужская ладонь. Здоровяк недоуменно моргнул, с явным трудом фокусируя взгляд. Девушка неведомым образом исчезла, оказавшись за спиной непонятно когда успевшего влезть между ними темноволосого хмурого мужчины. Впрочем, он вдохновлял на подвиги гораздо больше, чем худосочная брюнетка.

— Красавица сегодня не танцует, — мрачно сообщил ему Кристарн, до которого, наконец, дошло, что такой прекрасный вечер может закончиться только замечательным скандалом. Оставалось выругать себя за идиотскую идею поужинать в этом заведении и понадеяться, что человек не настолько пьян, чтобы не разглядеть в противнике тёмного эльфа.

— Чего это? Тебя, что ли спрашивали? Она чего, немая?

Лесоруба звали Тершай. Сегодня он обмывал с приятелями получку за успешно законченную артелью работу, и намерен был гулять на полную катушку. Пока не упадёт. И настроение у него было соответствующее — веселье, бьющее фонтаном. Ему не особо была нужна девчонка. Какие там танцы — он уже с трудом на ногах держался! Но ледяное презрение в возмутительно трезвом взоре её спутника подленько нашептало извечную пьяную обиду: «кажется, нас здесь не уважают». Тершай пригляделся повнимательнее к строгому и абсолютно спокойному лицу противника, осознавая, что таки да, его не то что не уважают, а даже не боятся!

Человек немного протрезвел от такой наглости, и уже оценивающе глянул на стоявшего перед ним мужчину. На немного заострённые уши и миндалевидный разрез глаз он не обратил внимание. Да и если бы обратил, то не поверил догадке. С чего бы эльфу заплутать в здешнюю глухомань?

Всё что он видел — высокого, широкоплечего мужчину, ладного, не хлюпика. Но куда ему до огромных, налитых молодецкой силушкой, необхватных мускулов лесоруба? Да ещё и с таким смазливым личиком без единого шрама — видать, нечасто видел его хозяин хорошую драку и крепкий кулак противника. А эти по-бабски длинные, черные как смоль волосы, заплетённые в чудную косу… Дернуть за неё, что ли?

За плечами, правда, тускло поблескивали рукояти клинков, но Тершай знал законы. За оружный бой в пределах города можно было надолго загреметь в тюрьму. А то и чего похуже, если станется смертоубийство. С нарушителями порядка особо не церемонились, так что дураки помахать мечами в трактирных драках встречались редко. А в рукопашном бою — вряд ли этот смазливый хоть вполовину силён как он, Тершай — гордость артели, умеющий парочкой точных могучих ударов завалить хорощее дерево. Да и дружки, если что, подсобят. Тем более, красавчик нагло не отвечал, равнодушно глядя куда-то мимо него, словно перед ним было пустое место. А девчонка, хоть и не особо фигуристая, но на личико была прехорошенькая.

— Ты чего, глухой? Вроде как ухи то не маленькие! — рассмеялся Тершай, довольный собственной наблюдательностью и сделанными выводами, — Иди пивка пока попей, а мы с девкой потанцуем, ага?

— Ага. Mi'ralli, вычеркивай меня из своего списка милых и хороших, — устало выдохнул Кристарн, наблюдая, как могучий кулак здоровяка медленно плывёт по направлению к нему. Дроу досадливо дёрнул плечом, и сделал шаг вперёд.

Что конкретно произошло, Тершай так и не понял. Первое что он увидел, открыв глаза, были сапоги красавчика. Осознав явную судьбоносную несправедливость, он яростно взвыл и бросился на противника со всей дури, раскинув руки, надеясь сбить с ног и впечатать длиннокосую гадину в стену. Гениальный план осуществился наполовину. И в пользу длиннокосой гадины, вдруг испарившейся с пути в неизвестном направлении. Тершай со всего размаха впечатался лбом в бревенчатую стену. Да так и остался лежать.

Таверна содрогнулась от гневных криков. Дружки Тершая, до этого с благосклонным интересом наблюдая за коммуникабельным другом, вдруг воспылали желанием отомстить за поверженного товарища, и с дружным рёвом набросились на невозмутимого противника, точнее на место, где он только что стоял. Кристарн отыскал взглядом уставшего вышибалу, тенью проскользнул между двух спешно покидавших негостеприимное заведение мужиков, попросил просто подержать открытой дверь. Вышибала понятливо кивнул. Он дураком не был, и в эльфов, в отличие от Тершая, охотно верил. А успокоенный тем, что дроу дерётся без оружия (то есть жертв и всенощных объяснений с представителями городской охраны не предвидится), вернулся на своё место возле входа.

Аталь, внезапно протрезвев, широко распахнула глаза, наблюдая за своим спутником. Словно танцуя под слышную одному ему музыку, дроу призрачной тенью носился по залу, радуя противника неожиданным появлением. Без особой изобретательности оглушал ударом руки, и сильным пинком задавал направление в сторону открытой двери. Там полубесчувственных драчунов принимал вышибала, раскладывая в живописные композиции по всему двору. Девушка невольно залюбовалась тёмным, его уверенными, отточенными до автоматизма движениями, сильным, гибким телом. И внезапно поймала себя на мысли, что иметь в своём распоряжении надёжную, нерушимую стену, за которую можно в любой момент спрятаться — чувство новое, приятное, и доселе не испытанное.

Тут она заметила двоих мужчин, явно смахивающих на воинов больше чем на лесорубов. Укрывшись за перевёрнутой столешницей, они напряжённо наблюдали за действиями Кристарна, что-то оценивая и негромко переговариваясь.

Подгадав момент, когда темноволосый вихрь замер на месте, посылая очередную жертву в полёт, синхронно выхватили луки и быстро выпустили пару стрел. Аталь, не успев даже вскрикнуть, зачарованно смотрела, как стрелы рванули к так не вовремя отвернувшемуся дроу. К беззащитной спине, на которой, как известно, глаз нет, будь ты хоть трижды тёмным эльфом…