Любви тернистый путь - Райт Синтия - Страница 36

— Может быть, у вас болит не только рука?

— И Помог ей сесть.

— Да! — повторила она. :

— Разве не понятно, что вы меня грубо обидели, и не однажды? Вы используете меня и пренебрегаете моими чувствами, а они так важны для меня.

— И для меня.

— Неужели? — спросила она все еще раздраженно. — Тогда почему вы так обращаетесь со мной? Ваша Кларисса имеет полное право обозвать меня шлюхой. Ведь всякий раз, встречаясь с вами и разрешая вам прикасаться ко мне, я чувствую, как низко пала. Разве вы не видите, что эти — ну как их назвать? — отношения между нами только усиливают мою боль и мой позор. Если мои чувства имеют для вас хоть какое-то значение, вы должны прекратить.., прекратить… — Прозрачные слезы переполнили фиалковые глаза Миген.

— Перестать заботиться о вас?.. Это не так легко. Если бы я считал, что каждый из нас может найти свое счастье вдали друг от друга, я бы учел ваше пожелание. — Лайон обнял ее, и Миген положила голову ему на грудь. Последние дни я все время думал о решении нашей проблемы. Полагаю, что нашел его.

Сердце Миген стучало так громко, что ей казалось, будто "оно сейчас разорвется. Надежда, появилась надежда…

— Я, моя возлюбленная, хочу увести вас из вашей нынешней жизни и дать вам любовь и счастье, которые вы заслуживаете… Прекрасный дом, красивые одежды, лошадей, — улыбнулся он, — и, конечно, себя.

Миген неуверенно подняла голову и встретила взгляд Лайона. Ее горло так сжалось, что она не могла дышать — не то что говорить.

— Лайон.., что вы Сказали?.. Вы хотите жениться на мне?

Он еще крепче прижал к себе Миген.

— Если бы это было возможно!.. Я бы отдал все за это. Но разве вы не понимаете?..

Ее охватил гнев. Миген в бешенстве оттолкнула его руки, вскочила с дивана и отбежала к камину. Ее волосы пришли в беспорядок, разметались, глаза сверкали, губы дрожали от гнева.

— Не подходите ко мне! Я ненавижу вас! Ничего больше не хочу слышать от вас, презренный хам! Ни одного слова! Вы хуже… Вы…

В этот момент двери библиотеки открылись, и на пороге появился Кевин Браун. Из-за его спины с опасением выглядывал Уонг.

— Мисса Лайон, моя пыталась его делать стоп, — обратился он, но Браун оборвал китайца:

— Черт побери, Миген! Я повсюду вас ищу. Что случилось?

Он пересек комнату. Его черные глаза разглядывали полуодетую Миген и ее перевязанную руку. Лайон поднялся, укутал Миген в атласное одеяло и, встав между нею и Брауном, холодно поинтересовался — С каких это пор вас касается жизнь мисс Саут?

— С тех пор как она обещала провести вечер со мной! Я вышел из комнаты, чтобы принести немного вина. Вернулся, а ее уже нет! Я довольно долго ждал мисс Саут, а потом пошел на поиски. Но нигде в доме ее не нашел! Меня это страшно перепугало! Тогда, капитан Хэмпшир, я направился в дом доктора Шиппена, чтобы попросить вас помочь мне. Ведь я знал, что вы относитесь к Миген дружески. И дворецкий там сказал мне, будто вы ушли с маленькой девчушкой, которая, судя по его описанию, могла быть только Миген!

Браун вытянул шею, чтобы заглянуть за спину Лайона и оказаться лицом к лицу с Миген.

— Кто-нибудь объяснит мне, в чем дело? Где ваша одежда, мисс Саут? Что с вашей рукой?

Лайон прервал его:

— Браун, громкая высокопарная речь начинает действовать мне на нервы. Боюсь, ваше любопытство не знает границ. Я могу лишь сказать, что Миген привлекли к выполнению прискорбно завершившегося поручения. Произошел несчастный случай…

— Кевин, — устало попросила Миген, — я хочу возвратиться домой. Может быть, вы поищете мою накидку…

Приободренный, Браун бросился искать слугу. Лайон посмотрел на Миген:

— Как ваша рука?..

— К черту руку! Мне не нужна ваша забота. — На ее бледном личике сверкали темно-фиалковые глаза. — Запомните, мистер Хэмпшир, если вы надеетесь надоедать мне в будущем, то знайте: я никогда не урегулирую дело на ваших условиях. Вы не можете купить меня для вашего удовольствия, как загородное поместье. Если у вас еще остались захороненные под вашими тщеславием и амбициями хотя бы остатки благородства, то вы оставите меня в покое.

В библиотеку снова ворвался Браун, держа в руках разорванную накидку, в которую тут же укутал Миген. Она вышла из библиотеки, даже не оглянувшись. Когда Браун и Миген покидали через парадную дверь дом Лайона, как раз подъехал выкрашенный в черный и зеленый цвета фаэтон.

— По меньшей мере вы можете утешиться тем, что девчушку спас кучер и что она не заняла предназначенное ей место в постели Лайона, — сардонически заметил пассажир кареты.

— Маркус, мне не нужна ваша жалость, — завизжала его спутница. — Сегодня вечером меня превратили в идиотку, и все это по вашей вине.

— Не считаю возможным возлагать всю вину на меня. Но, будучи джентльменом, я принимаю ваше обвинение. — В его желтых глазах блеснула ирония и нечто еще, что заставило Клариссу похолодеть. — Не раздражайте меня, моя дорогая. И знайте, я вовсе не собираюсь так легко сдаваться.

Глава 18

В особняке Бингхэмов все слуги уже с рассвета были на ногах, готовясь к первому весеннему званому приему в этом роскошном доме. Однако Энн и Присцилла не поднимались до полудня.

Готовя для них завтрак, Брэмбл, как всегда, ворчала. Что касается Миген, та была занята собственными мыслями и поэтому едва ли слышала повариху и даже не заметила, что на врученном ей серебряном подносе сегодня в два раза больше горячего шоколада и кондитерских изделий.

После обеда у Шиппенов и сделанного ей Лайоном предложения миновала неделя. Миген удавалось избегать встреч с Лайоном и отвлекать себя работой. Сейчас, неся поднос вверх по длинной лестнице, девушка почувствовала болезненную пульсацию в начавшей заживать руке, напомнившую о вечере, который она так отчаянно старалась забыть.

Ночами Миген позволяла себе вспоминать о радости прикосновений Лайона. Она, конечно, понимала, что тем самым потакает своей слабости и обрекает себя на долго сохраняющуюся боль. Но блаженство воспоминаний было так сладостно! А грусть после них так горька…

Миген прошла мимо нескольких пьедесталов с установленными на них бюстами и статуями. Дверь в апартаменты Энн была рядом с седьмой статуей, у которой Миген перевела дыхание. До минувшей ночи ей удавалось скрывать рану на руке от всех, кроме Брауна и Смит. Перевязку она меняла с помощью Смит, но Лайон явно не доверял той и прислал доктора Раша.

Когда известный врач появился у парадного входа, любопытная Энн Бингхэм лично проводила его в крыло для слуг.

Доктор был тактичен, дипломатично сумев обойти все поставленные умной хозяйкой вопросы. Но после его ухода миссис Бингхэм отбросила осторожность.

Миген — в отличие от других слуг и служанок — ни капельки не пугали властные манеры Энн Бингхэм. Девушка храбро выдержала пристальный взгляд хозяйки особняка и не пожелала удовлетворить ее любопытство. К счастью, в этот момент Присцилла позвала Миген к себе.

Сейчас, когда Миген задержалась у двери с подносом для завтрака, она очень надеялась, что Энн в круговороте подготовки к приему позабыла свои вопросы. Миген постучала, и разговор в комнате затих.

— Войдите, — раздался голос хозяйки. — Нас попросту уморили голодом!

При первом взгляде на личные покои миссис Бингхэм Миген просто оторопела, хотя ей следовало бы догадаться, что эти апартаменты должны быть великолепнее всех других в доме.

Спальня Энн, декорированная белым атласом и тканями всех оттенков синего цвета, представляла собой огромное помещение, господствующее место в котором занимала фантастических размеров кровать, занавешенная сапфировыми портьерами. Открытая дверь из спальни вела в просторный будуар, где камеристка миссис Бингхэм разбирала сейчас шикарные платья.

Сама Энн выглядела в огромной постели очень грациозной и изящной. Она лежала, облокотившись на пухлые подушки из атласа и кружев, в кремовом атласном пеньюаре, обшитом пышными кружевами. До сих пор Миген никогда не приходилось видеть Энн Бингхэм с неприпудренными и непричесанными волосами. Длинные светло-каштановые локоны раскинулись по плечам, делая ее лицо моложе и более ранимым.