Любви тернистый путь - Райт Синтия - Страница 19

— Присцилла, конечно, милая девушка. Если вы простили мои слова, то я все-таки сказала бы, что никак не могу понять, зачем было совершать дальнюю и утомительную поездку в Виргинию, чтобы предложить выйти за вас замуж Присцилле Уэйд, если здесь была эта девушка и она явно хотела…

— Для этого у меня есть собственные резоны, — резко перебил Лайон.

Довольно долго он пристально смотрел на Миген, но вдруг, рассердившись на ее проницательность, внезапно для самого себя закричал:

— Поскольку вы настойчиво вмешиваетесь в мои дела, я полагаю возможным изложить вам причины этого брака. Хотя бы для того, чтобы заставить вас замолчать!.. Так слушайте Я хочу на следующих выборах попасть в конгресс, и мое скандальное прошлое вынуждает меня жениться, что должно показать некоторым, как я остепенился.

Услышав подобное объяснение Лайона и отметив охвативший его без каких-либо очевидных причин гнев, Миген от удивления замерла в кресле. Ее наивный взгляд и привлекательность лишь подтолкнули Хэмпшира на дальнейшие откровения:

— Вы шокированы? Полагаю, теперь вы принимаете меня за бесчувственного негодяя! Но позвольте напомнить, что ваша госпожа, сразу дав согласие на наш брак, оказалась столь же бесчувственной. Поэтому-то мы и подходим друг другу. Не так ли?

— Но.., почему…

— В моих планах на будущее нет времени для томящейся от любви невесты. Если бы мне были нужны только любовь и красота, то позвольте вас заверить, что в своей жизни я встречал не одну лишь Клариссу. Правда заключается и в том, что мне не нужна женщина, которая все время цеплялась бы за меня…

— И?.. — поощрила его Миген, совершенно игнорируя мрачный взгляд Лайона.

— Я хочу жену из безупречной семьи — такой, которая восполнила бы пробел в моей биографии. В наши дни Виргиния является гнездом респектабельности.

— Ну что же, должна признать, вы хорошо разработали свои планы!

— Моя милая, вы абсолютно правы.

— И поэтому в них не должно быть места ни человеческим эмоциям, ни ошибкам?

— Вот их-то, Миген, я и должен избегать любой ценой.

— При этом не важно, что вы кому-то можете сделать больно? Даже Клариссе?

— Кларисса далеко не ангел чистоты, каким могла показаться вам, — решительно парировал Лайон и разразился коротким, но горьким смехом. — Эта женщина знает, что для нее всегда будет место в моей постели. Кларисса вернется ко мне, как только ее желание возьмет верх над оскорбленной гордостью.

Миген была шокирована такой откровенностью, но надеялась, что Лайон не заметил ее состояния.

— Полагаю, вы действительно ужасны. И что можно теперь сказать о ваших чувствах? Вы хотите избавиться и от них? В кого же вы превратитесь, в бездушного политикана и карьериста?

— Такие слова из уст служанки звучат довольно странно, — резко заметил он. — Я предлагаю поберечь ваше тонкое проникновение в человеческую натуру для бесед с кухаркой или дворецким.

Миген вскочила и принялась ходить взад и вперед, гневно сверкая фиалковыми глазами.

— Я поняла, что вы решили поставить меня на место. И я горю желанием наговорить столько всего! Но это создаст для меня огромные трудности в отношениях с моим работодателем! — Она саркастически акцентировала последнее слово. — Вот почему, мистер Хэмпшир, я полагаю, вы меня извините, если я теперь продолжу свой путь самостоятельно.

Лайон поднялся и схватил ее за руки. Миген посмотрела на него с откровенным презрением. Он, однако, не скрывал своего удовольствия, в то время как Миген пришла в ярость, почувствовав, что вся пылает от его прикосновения, от его близости.

— Позвольте мне уйти! Я хочу домой!

— Черт побери, да вы просто дикая кошка!

Его самодовольная усмешка терзала и одновременно ослепляла Миген, она вдруг почувствовала, что ее руки дрожат в его сильных загорелых руках.

— Я предпочитаю быть дикой кошкой, чем низкой личностью, какой, сэр, являетесь вы!

Приступ громкого смеха Лайона ошеломил ее, но уже через секунду Миген боролась, стараясь разорвать его хватку. Единственным результатом этого было то, что одним легким движением он обвил девушку крепкими как железо руками, и Миген почувствовала, что ее сердце остановилось. Она отказалась от сопротивления, когда Лайон поднял ее лицо, заставляя взглянуть в его неотразимо синие глаза.

Миген никогда до сих пор не целовалась по-настоящему. В ее жизни было несколько мальчиков, которые неуклюже пытались обниматься. Но она без всяких усилий ставила их на место.

Кроме того, манера одеваться и вести себя по-мальчишески отнюдь не способствовала тому, чтобы девушку зачислили в красавицы графства Фэрфекс. Поэтому Миген оказалась абсолютно не подготовлена к такому неожиданному открытию в себе женского начала.

Поцелуй капитана был неторопливым и настойчивым. Прикосновения его губ заставили Миген забыть обо всем на свете.

Она привстала на цыпочки и страстно ответила на усилие Лайона раздвинуть ее губы и ощутить скрывающуюся за ними неизведанную сладость.

Глава 10

В расплывчато-желтом свете Сэлли Бэче махала им на прощание рукой. Миген обернулась, перед тем как Лайон подсадил ее в экипаж, и успела еще раз увидеть милую Сэлли и освещенное окно на втором этаже.

Лайон захлопнул дверцу, сел рядом, но, к ее облегчению, не заговорил. Внутри экипажа, который загрохотал по Ориэн-стрит, было черным-черно; темноту нарушал лишь мерцающий огонек сигары Лайона.

Долгий, богатый событиями день оставил Миген мало времени для размышлений, и теперь она хотела разобраться в своих чувствах. Мягкий, навеянный хорошим вином легкий туман окутал ее мысли. Однако она попыталась развеять его.

Какой запутанной стала ее жизнь за столь короткое время!

Девушка совсем не была готова к тому, что случилось сегодня.

Конечно, все так усложнилось из-за того, что сейчас она была не Миген Сэйерс, а служанкой Миген Саут. И прожитый день стал возможен лишь в результате того, что Лайон Хэмпшир сумел навязать ей свою волю.

Внутренний голосок тихо насмехался над ней, задавая вопрос: как бы она поступила, коль скоро Лайон приказал бы ей лечь с ним в постель? Совесть Миген громогласно отвечала, что она ни за что не уступила бы ему, что, несомненно, предпочла бы расстаться со своей безопасностью, чем лишиться девственности и самоуважения.

Миген вновь и вновь убеждала себя в этом, но даже воспоминание о столь не правдоподобном поцелуе захлестывало ее странной, пугающе горячей волной…

Миген украдкой посмотрела на сидящего рядом мужчину.

Когда его профиль освещали редкие уличные фонари, четко очерченное лицо казалось еще более жестким и загадочным, нежели всегда. Лайон курил, глаза его в задумчивости щурились, и Миген в какой уже раз захотела понять, почему он решил познакомить ее с Бенджамином Франклином.

После постыдного поцелуя — Лайон его; прервал с вызвавшей удивление и унизившей ее внезапностью — он выпил еще не один бокал бренди, по-видимому, решив сделать вид, будто ничего не произошло.

Во время ленча, когда вино развеяло смущение и сдержанность Миген, они обсуждали безопасные темы-город, Китай и морскую торговлю. Почти стемнело, когда Лайон вдруг заявил, что они должны навестить доктора Франклина, так как время визита уже обусловлено.

Вечер у Франклинов прошел на удивление хорошо. Хотя доктор был прикован к постели, Миген его очаровала с первого взгляда. Они беседовали более двух часов, и Лайон и миссис Бэче с большим удовольствием наблюдали, как поднялось настроение престарелого государственного мужа.

Миген тоже наблюдала за двумя мужчинами и заметила на лице Лайона такое же оживление, какое видела у него во время беседы с Вашингтоном и Медисоном на плантации «Гора Верной».

Интерес, зажегшийся в глазах Хампшира при обсуждении предстоящей инаугурации президента, а также содержания предложенного билля о правах, позволил Миген понять причины приближающейся свадьбы Лайона. «Возможно, — размышляла она, — Хэмпшир на самом деле не такой уж и бесчувственный человек. Пусть даже он заинтересован не столько в Присцилле, сколько в новом составе правительства»