Любви тернистый путь - Райт Синтия - Страница 18

— Кто был тот мужчина, который нам встретился?

— Уильям Вистер? Ничего особенного из себя не представляет. Но тем не менее довольно известная личность, главным образом благодаря своей семье. Вистеры в Филадельфии люди весьма уважаемые. Они здесь живут по меньшей мере семьдесят пять лет. Его брат, Дэниэл, владеет прекрасным участком к северу отсюда, в населенном немцами городке, который называется Грамблторп. Вы, наверное, слышали о цветущей багровой глицинии. Так вот, именно в честь этой семьи она была названа «вистерия».

Лайон вдруг остановился у построенного в форме буквы "Г" кирпичного особняка. Миген ждала, что он скажет.

— Это мой дом. Вам нравится?

Здание производило впечатление. Но Миген постаралась этого не показать. Не было никаких сомнений, что это был самый красивый дом в квартале: в три этажа, с тремя слуховыми окнами и множеством дымовых труб. Первые два ряда окон были прикрыты чистыми белыми ставнями. Свежей выглядела даже краска на парадной двери. Пока Лайон очищал свою обувь о специальный скребок, Миген изучала мраморную плиту, на которой было начертано: «1787».

— Так вот почему свежая краска! — с улыбкой поддразнила она Лайона, открывающего перед ней дверь.

— Я купил этот дом через год после того, как он был построен. Но проводил здесь очень мало времени.

Узкий вестибюль, в котором они стояли, вел прямо в сад, что был разбит позади дома. Миген могла рассмотреть ажурную арку в сад. «У этого дома, — размышляла она, — есть нечто такое, что затмевает особняк Бингхэмов при всем его богатстве».

Солнечные лучи пробивались в вестибюль через витраж над парадной дверью, отбрасывая треугольные узоры на сверкающий пол. В этот момент послышались мягкие и быстрые шаги, и на лестничную площадку вышел крошечный, странно выглядевший человечек.

— Мисса Лайон, моя так шаль!

Появление дворецкого очень удивило Миген. Мужчина с восточной внешностью был на фут ниже своего хозяина, его желтоватого оттенка кожу лишь подчеркивал завитой белый парик. На дворецком были черный костюм из тонкого сукна, шелковый жилет в черно-белую полоску, белые по колено чулки и черные ботинки с золотистыми пряжками. Когда он доброжелательно посмотрел на Миген, его квадратное лицо осветила яркая белозубая улыбка.

— Мисси Присцилла, я ушасно рад синакомиться с вами!

— Уонг! — вмешался Лайон. — Это не Присцилла. Эта юная леди — новая горничная, нанятая мною. Сейчас она работает у мисс Уэйд. Ее зовут Миген Саут. Миген, это — Уонг Вашингтон, мой камердинер, который занимается моими личными делами и не имеет никакого отношения к управлению домом.

— Уонг Вашингтон? — не могла сдержаться Миген.

— Моя хочу быт американсем! — улыбнувшись, провозгласил Уонг. — Вот пошему я взял еще другой имя.

— О, оно, конечно, американское! — рассмеялась Миген.

— Уонг приплыл сюда из Китая в прошлом году, — пояснил Лайон. — Он нанялся ко мне, когда мы стояли в порту, а Браун болел. Таким образом у меня появился второй камердинер, от которого с тех пор я никак не могу отделаться, несмотря на все героические усилия с моей стороны!

— Он мое лубит! — громко прошептал Уонг на ухо Миген. — Он потерять без меня!

Лайон не сделал ни малейшей попытки опровергнуть его слова, и лишь улыбнулся Миген, глядя через голову китайца.

— Послушайте, Уонг. Я хотел бы обсудить с вами меню для ленча. Миген, почему бы вам не подождать меня в библиотеке? Налейте себе бокал вина, и через минутку я к вам присоединюсь.

Лайон показал ей на дверь у лестницы, а сам отправился на кухню, положив руку на узкие плечи Уонга.

Миген оказалась перед длинной стеной книг, красные и зеленого цвета корешки обложек которых блестели золотистыми буквами. «О, — подумала она, — я могла бы заблудиться в этой комнате. Или могла бы спрятаться здесь на целые дни».

Она стала искать кушетку или кресло и в этот момент увидела девушку. Миген удивилась, как могла не заметить ее. Золотистые волосы девушки были такими же яркими, как и волосы Лайона. Пока она не заговорила, Миген не верила в ее реальность, настолько та была совершенна. Ее лицо, обрамленное солнечными локонами, небесной синевы глаза, ее восхитительная шея, твердые груди, чуть выступавшие из отделанного кружевами декольте.

— Вы.., вы и есть та самая?.. Та, на которой он собирается жениться?

— На мне?.. О нет. Меня зовут Миген. Я просто одна из служанок. Фактически я горничная мисс Уэйд.

Прозрачные капельки скатились с длинных ресниц на щеки.

— Так это, значит.., значит, правда? — Она начала плакать, но Миген отметила с завистью, что лицо ее не покраснело.

Миген прошла вглубь библиотеки и робко присела на край кресла, раздумывая о том, как повести себя в сложившейся ситуации. Решения она, однако, не приняла, так как дверь открылась, и в комнату ворвался разгневанный Лайон.

— Проклятый Уонг! Если бы только у него не было сообразительной головы, то он давно бы потерял ее! Мне положиться на него, Миген, и направить вас сюда, где уже Кларисса!.. — Лайон внезапно умолк, увидев, что Кларисса Клоссен плачет. — Черт побери! Что здесь происходит? — резко спросил он.

Миген с болью увидела, как Кларисса поднялась и бросилась в объятия Лайона, как он прижимал ее к себе, шепча что-то в ее влажную розовую щеку и нежно лаская ее льняные локоны. Миген была готова выброситься в окно, — О, Лайон, — сквозь плач проговорила Кларисса, — как вы могли так поступить по отношению ко мне? Когда я узнала об этом, то просто не поверила. Но сегодня я увидела ее вместе с Энн Бингхэм. Я просто предположила, что это была она! Я шла по Второй авеню и даже не стала ждать свой экипаж… Я всю дорогу сюда бежала. А потом.., потом… Уонг даже признал…

Лайон взглянул на Миген и попросил:

— Подождите меня в гостиной рядом с холлом.

Она быстро прошла мимо них, бросив взгляд на то, как Кларисса потянулась к губам Лайона и прильнула к ним. Миген почувствовала боль в сердце, как от удара ножа, но объяснила себе это примитивным чувством голода.

Гостиная была очаровательна и элегантна. Миген обошла комнату, прикоснулась к роскошной обивке и теплому отполированному дереву, из которого была сделана мебель.

«У Лайона, — решила она, — безупречный вкус, если только он сам продумал интерьер комнаты». Миген остановилась перед красивой каминной полкой из мрамора, размышляя над тем, что же только что произошло в библиотеке.

Затем послышался звук открывающейся в холл двери, и она заметила две золотоволосые головы. Более спокойный плач был прерван твердым голосом Лайона. Миген не могла устоять и взглянула в окно: хозяин провожал Клариссу к экипажу.

Миген быстро отошла от окна. Лайон был мрачнее тучи. Он молча пересек комнату и остановился рядом, с силой ударив кулаком по каминной полке. Девушка невольно вздрогнула. Ее фиалковые глаза стали размером с блюдце. Рот Лайона неожиданно свело судорогой, но он тут же рассмеялся, взглянув на смущенную и напуганную гостью.

— Миген, вы бесценны — прошептал он у самой ее щеки. — Когда вы рядом, я не могу оставаться в дурном настроении. Как мне хочется, чтобы вы сейчас увидели свое лицо! — И Лайон снова рассмеялся. — Вы думаете, что я вас отругаю? Неужели я действительно похож на великана-людоеда? Мне кажется, что вы можете прекрасно защитить себя, если только возникнет такая необходимость.

Улыбка задержалась в уголках его рта, пока он наполнял бокалы — один бренди, а другой вином. Вручив последний Миген, Лайон посмотрел ей в глаза и произнес тост:

— За самую жизнерадостную женщину, которую за многие годы мне довелось встретить!

— Очень жаль, что здесь нет мисс Уэйд, чтобы лично оценить предназначенный ей комплимент, — ответила Миген, надеясь, что выразилась достаточно точно.

Лайон рассмеялся с нескрываемым удовольствием.

— Даже несмотря на встречу с Клариссой, сегодняшний день в конце концов предоставит некоторые благоприятные возможности.

Миген последовала за ним к кушетке, но затем села в стоящее на некотором расстоянии большое кресло. Солидный глоток вина подкрепил ее отвагу.