Золотой век - Райт Джон К. - Страница 46

– Какую возможность?

В руке Гелия появилась серебряная сфера, пересеченная по экватору океаном.

– Вот, в центре плато Лакшми Ганнис с Юпитера, Вафнир с Меркурия, софотек Навуходоносор и колледж Наставников встретились с Фаэтоном и со мной в присутствии прокурора с планеты Венера. – Когда он указал на сферу, из облаков возникла какая-то картинка и стала спускаться вниз. Быстро пролетев над только что родившимися континентами молодого мира, она остановилась над зеленым плато, на котором располагался обширный комплекс дворцов, предприятий, школ, возвышалось здание софотеков размером с собор. – Это произошло семь месяцев назад. Тебе ведь знакомо это место?

– Венера. Я была там, только переродившись, с новым именем. Это основной город Красной манориальной школы, он называется Вечерняя Звезда. Красные королевы сжалились над бывшей чародейкой и взяли меня в город.

– Боюсь, что это ложное воспоминание. Там возродилась Дафна Изначальная. Ее взяли в эту школу. А тебя создали в другом месте, но, как и она, ты возродилась именно здесь. Удивительное совпадение. Фаэтон согласился на условия Наставников. Самоубийство жены было невыносимо для него. Здесь была похоронена его великая мечта, а его жизнь, как и твоя, кончилась.

Но ты мечтала о счастье с ним, хотя он и отверг тебя, ведь ты была только призраком. Видимо, Дафна, когда она создавала тебя, не понимала моего наследника настолько, насколько это нужно было. Честно говоря, я вообще не думаю, что Дафна когда-нибудь понимала Фаэтона по-настоящему. Та личность, что досталась тебе от нее, не вызывала у Фаэтона ни любви, ни восхищения. Он хотел оригинал, со всеми капризами и недостатками. Ты же пришла в ужас, решив, что похожа на карикатуру, что качества твоего характера слишком преувеличены, что могло лишь раздражать Фаэтона, и что Дафна сделала эту карикатуру ему в отместку, перед тем как уйти. Но как бы там ни было, вы с Фаэтоном согласились на внесение ложных воспоминаний, будто вы женаты и любите друг друга.

– Но ведь он любит меня! Любит! Любит по-настоящему!

– Тогда почему же он не проводит с тобой время? Нет, дорогая. Его любовь лишь имплантированная иллюзия.

– Но я люблю его. Он человек, не знающий страха! И моя любовь настоящая. Даже если и сама я не настоящая. Мне все равно, кто я на самом деле. Между нами есть нечто, что связывает нас, я вижу это в его глазах! Мы уедем вместе с ним куда-нибудь, к Деметре или в систему Юпитера. Это будет очень длинное свадебное путешествие. И мы сможем узнать друг друга лучше, сможем научиться любить друг друга!

– Ну да. – Гелий снова опечалился. – Еще одна часть трагедии. Твое благосостояние, престиж и положение, да и его тоже, всего лишь галлюцинация. У вас нет средств, чтобы куда-то поехать. У вас нет денег, чтобы просто проехать по городу к конюшням. Ее конюшням, конечно. Настоящая Дафна положила все свои деньги на трастовый счет, чтобы поддерживать свое частное виртуальное пространство. Если финансовый отдел софотека сумеет хорошо вкладывать эти средства, ее маленькое виртуальное пространство еще долго будет получать энергию и все необходимое, очень-очень долго. Все деньги, на которые вы с Фаэтоном живете сейчас, мои деньги. Это еще одна причина, почему он подписал соглашение в Лакшми, – он банкрот.

– Банкрот?

– Совершенно нищий. Вся роскошь, которой вы пользуетесь, куплена не на ваши деньги.

– Значит, вы выбрали сегодняшний день, чтобы разрушить всю мою жизнь? Наверняка вам что-то от меня нужно, – заключила она.

– Я не стал бы использовать тебя, если бы только мог. Наставники, которые следят за выполнением условий соглашения, с тех пор как начался маскарад, уже не раз теряли Фаэтона из виду. Аурелианский софотек, который проводит празднования, отказывается помогать нам и не сообщает местопребывание Фаэтона, он считает, что единая структура праздника важнее, чем воля общества! Ладно. Неважно. Мы опасаемся, что Фаэтон столкнется с кем-нибудь, кто не подчиняется приказам Наставников, например на этих любителей уродства, или просто на идиотов и эксцентричных личностей. А если это произойдет, он может заинтересоваться, что произошло с его памятью. Твоя миссия – не позволить ему удовлетворить свое любопытство.

– Но как?

– Он доверяет тебе. Он считает, что ты – его возлюбленная. Тебе нужно только запутать его.

– Что?! Вы считаете, что если я не настоящая, то меня можно посылать на всякие грязные дела, так?

– Сам Фаэтон перед подписанием соглашения просил тебя удерживать его от соблазна открыть коробку с воспоминаниями. Мы все были свидетелями. У него на лице бродила какая-то странная улыбочка, но при этом он попросил тебя, и ты согласилась. Клянусь тебе. Радамант, можешь подтвердить мои слова?

По коридору разнесся призрачный бестелесный голос:

– Гелий не имеет намерения вводить вас в заблуждение.

Дафна задумчиво смотрела на Гелия.

– Но почему? Почему вы это делаете? Это совсем на вас не похоже. Я всегда считала, что вы честный человек.

– Хотя то, что я делаю, причиняет Фаэтону боль, я никогда не предам его. И ты… ты не единственная, кто любит Фаэтона.

Гелий уставился на готовую взорваться бурей поверхность Солнца. Он заговорил очень тихо:

– При рождении Фаэтона возникли некоторые сложности, но тем не менее его разум построен по образцу моего. Он родился тогда, когда меня преследовало чувство, что мне мешает добиться успеха моя излишняя осторожность. Я постарался дать ему то, чего, как мне тогда казалось, не хватало мне. То есть на самом деле он – это я, такой, каким бы я был, будь я чуть более безрассудным.

Мы с ним очень похожи, несмотря на эту небольшую разницу, его помощь в межпланетных проектах нельзя переоценить. Он никогда не признавал поражения, неудачи лишь заставляли его искать новые пути, чтобы снова вернуться к поставленной цели. Успехи, достигнутые таким образом, привели к созданию Солнечной структуры.

Но его добродетели имели и оборотную сторону. Гордость легко превращается в тщеславие, а уверенность в своих силах – в неумение должным образом оценить сложность поставленной задачи. Мои амбиции распространялись лишь на то, чтобы сделать что-то, что никогда не делали до меня и о чем не мечтали раньше, мне хотелось усмирять невиданные силы солнечного ядра, чтобы заработать славу для себя и совершить нечто полезное для человечества. Это обо мне. Но не о Фаэтоне! Цели и мечты его были такими же грандиозными, но он не считался с теми опасностями, которые могли возникнуть в случае успешного завершения дела. Мои цели были конструктивны, они служили интересам добра, я хотел получить признательность и благодарность от общества. Его же амбиции разрушали общество, и это навлекло на него презрение всей вселенной. В результате он предстал не перед пэрами, чтобы получить награду, а перед Наставниками, чтобы получить взыскание.

– Вы говорите об отцовской любви, а я спросила вас о чести.

Гелий снова повернулся к ней.

– Этот обман не будет длиться вечно. Это невозможно. Даже если он продлится пятьдесят или сто лет – всего лишь миг для наших бессмертных душ, – надеюсь, для Фаэтона этого будет достаточно, чтобы пересмотреть свой образ жизни. Мне бы не хотелось, чтобы он был одинок. Да, признаюсь, я хочу, чтобы он работал со мной в Солнечной структуре. Возможно, катастрофа не произошла бы, будь рядом со мной кто-то с его знаниями и энергией. Однако его дикие идеи всегда приводили к тому, что он отвергал все мои предложения работать вместе… Так вот! Может быть, амнезия заставит его забыть о своих навязчивых идеях. Пусть он посмотрит свежим взглядом на те проекты, которые достойны приложения его талантов. Проекты конструктивные и полезные… Представляешь, как гордился бы я, если бы он сумел заслужить себе место в Совете пэров? Ну ладно! У него будет шанс теперь, во время непродолжительной амнезии, переосмыслить без предубеждения, какую дорогу выбрать.

Гелий взял Дафну за плечи и помог ей подняться.

– Я уверен, ты чувствуешь то же самое. Ты ведь веришь, что Фаэтон забудет свою настоящую жену, и у тебя будет время, чтобы доказать ему свою любовь и завоевать его сердце. А когда он вспомнит все это лет через сто, возможно, он будет недоволен, гнев завладеет им… Но потом он подумает о том, как много хорошего произошло с ним за это время: он встретил женщину, которая больше ему подходит по характеру, нашел работу, приносящую славу, а не порицание. И тогда он поблагодарит нас. Ты со мной не согласна?