Как боги. Семь пьес о любви - Поляков Юрий Михайлович - Страница 35

Юрий Юрьевич. Никогда он не очнется.

Лидия Николаевна. Еще как очнется! Очнется и разорвет вас на ваучеры!

Сергей Артамонович. Обязательно очнется! И призовет на царствование законного государя императора…

Лидия Николаевна. Опять вы за свое?

Сергей Артамонович. Как предводитель районного дворянства, я просто обязан вмешаться. Итак, согласно кодексу генерала Дурасова мы имеем оскорбление третьей степени. Самое тяжкое оскорбление — действием. В восемьсот семнадцатом году поручик Дубинский плеснул жженкой в лицо корнету Яковлеву. В результате…

Лидия Николаевна. Вы еще драки неандертальцев вспомните! Мы же цивилизованные люди.

Сергей Артамонович. Итак, согласно дуэльному кодексу генерала Дурасова, оскорбленный действием имеет право на выбор дистанции. Кроме того, он имеет право употребить знакомое и привычное ему оружие. Сначала — дистанция.

Юрий Юрьевич. Как можно ближе!

Костя. Еще ближе!!

Сергей Артамонович. Восемь шагов между барьерами…

Костя. Семь!

Юрий Юрьевич. Отлично! Семь шагов!

Сергей Артамонович отмеряет шаги и устанавливает Маринины сумку и чемодан в качестве барьеров.

Лидия Николаевна. Что вы делаете? Федор, скажи им!

Федор Тимофеевич. Сергей Артамонович, мне кажется, вы увлеклись. Прекратите, комедию!

Сергей Артамонович. В вопросах чести я неумолим. Теперь — оружие. Выбирайте!

Юрий Юрьевич. Пистолет! Болик, дай пистолет!

Болик. Патрон, вообще-то разрешение на меня выписано…

Юрий Юрьевич. Уволю вместе с разрешением. Давай пистолет!

Болик нехотя отдает пистолет.

Сергей Артамонович. Есть в доме еще огнестрельное оружие?

Федор Тимофеевич. Мы на львов не охотимся.

Сергей Артамонович. А что-нибудь колюще-режущее?

Марина. Кроме столовых ножей, ничего нет. И то все тупые…

Костя. Я наточу.

Тем временем Лидия Николаевна пытается тихо вынести из комнаты пику.

Болик. Оставьте пику!

Костя. Пика… Точно! Знакомая пика. Я еще в детстве ею играл. Я выбираю пику.

Елена. Папа, она же острая!

Сергей Артамонович. Вот и славненько! Теперь секунданты…

Юрий Юрьевич. Болеслав!

Болик. Босс, не надо…

Юрий Юрьевич. Уволю!

Костя. Марина, может быть, ты?

Сергей Артамонович. Лица, состоящие в родственных и брачных отношениях, исключаются.

Костя. Вот видишь, если бы мы развелись, ты могла бы стать моим секундантом!

Марина. Успеем еще развестись.

Лидия Николаевна. Бред какой-то! Прекратите сейчас же!

Сергей Артамонович. Графиня, позвольте… Вашим секундантом, молодой граф, буду я. Согласны?

Костя. Прекрасно. Можно сходиться?

Сергей Артамонович. Погодите? Знаете, в чем главная задача секундантов?

Юрий Юрьевич. Увезти с места дуэли труп?

Сергей Артамонович. Ничего подобного! Согласно кодексу генерала Дурасова, секунданты обязаны сделать все, чтобы покончить дело миром.

Лидия Николаевна. Слава богу!

Сергей Артамонович. Господа, не угодно ли вам примириться?

Елена. Юрий Юрьевич, я вас прошу! Помиритесь с папой! Я вернусь на работу И буду одеваться так, как вам нравится!

Юрий Юрьевич. Мне еще никто не плескал в лицо водку!

Костя (потрясая пикой). Елена, отойди от этого человека! Что испугались? Это вам не на безоружных львов охотиться…

Юрий Юрьевич. Примирение невозможно.

Сергей Артамонович. Тогда к барьеру!

Дуэлянты встают к барьеру.

Сергей Артамонович. Сходитесь!

Начинают медленно сходиться.

Лидия Николаевна. Марина! Сделай что-нибудь! Я знаю, ты никогда не любила Костю… Но мы-то его любим! Марина!

Марина. Костя!

Дуэлянты тем временем дошли до барьера.

Костя. Что тебе?

Сергей Артамонович. Не отвлекайте графа! Это дуэль, в конце-то концов!

Марина. Костя, если ты отдашь пику — я к тебе вернусь. Прямо сегодня. Если хочешь — сейчас…

Костя. Правда?

Марина. Правда.

Костя опускает пику.

Сергей Артамонович. Что вы делаете, граф! Отказ от дуэли, согласно кодексу генерала Дурасова, приравнивается…

Костя. Да идите вы со своим генералом Дурасовым! Не желаю я ни с кем драться…

Юрий Юрьевич. Сейчас пожелаешь! Знаешь, кто продал твою лабораторию под казино «Золотой шанс»?

Костя. Кто?

Юрий Юрьевич. Я.

Костя. Негодяй!

Елена. Юрий Юрьевич, как вы могли!?

Юрий Юрьевич. Мог! Представилась такая возможность и откусил. Зубная формула мне, слава богу, позволяет…

Костя. Я убью тебя, гад!

Костя с воплем бросается на Владимирцева и втыкает ему пику в живот. Юрий Юрьевич стреляет Косте лицо. Костя делает, шатаясь, несколько шагов.

Костя (падая). Семь шагов…

Марина (бросаясь к нему). Костя! Что с тобой?

Юрий Юрьевич (падая). Кругом обман…

Елена (бросаясь к нему). Юра, Юрочка, не умирай!

Занавес.

Акт второй

Та же квартира. Профессор все еще на стремянке. Дремлет. У стола сидят, обнявшись, Марина и Елена, одетая в новый брючный костюм. На диване храпит, накрывшись газетой, «Монархист» Лукошкин.

Марина (грустно, продолжая рассказ). …Костя потом однажды признался, что полюбил меня с первого взгляда, но все не решался подойти. А я на первом курсе с одним проходимцем связалась. Сына от него даже хотела. Такого же талантливого. Дура! Я ведь в институтском ансамбле пела…

Елена. Ты? Пела?

Марина. Я… Теперь, конечно, уже не спою. Голос пропал. На рынке все время орешь, и ноги зимой мерзнут. А тогда, знаешь, как я пела! «Все могут короли, все могут короли…» А он — на ударных, как молодой король! (Имитирует игру на барабане, спохватывается, озираясь.) Спит Федор Тимофеевич?

Елена. Спит.

Марина. Потом раскусила я этого ударника. У него таких дур, вроде меня, пол-института. Ну я и психанула! Правильно, между прочим, сделала. Король этот потом спился и сгулялся. Встретила я его недавно в одном ресторане: лысый, замызганный и руки трясутся, как у Кости по утрам. А теперь и вообще, говорят, помер. Нет, правильно я тогда сделала — легла в больницу — ну и… сама понимаешь…

Елена. И сколько бы ему сейчас было?

Марина. Ударнику?

Елена. Нет, моему брату.

Марина. Тридцать.

Елена (задумчиво). Как Юрию Юрьевичу… А папа ничего не знал?

Марина. В том-то и дело, что знал! Выхожу из больницы — бледная, страшнющая, а Костя меня встречает с букетом роз. Наверное, девчонки проболтались. Я заплакала. Это ведь из роддома жену обычно с цветами встречают. А он меня — наоборот… Понимаешь?

Елена. Понимаю.

Марина. И буквально на ступеньках предложение сделал, повез к родителям знакомиться. Они мне сразу понравились. Даже дух перехватило: такая квартира после студенческой общаги! А вот я им сразу не понравилась: какая-то девчонка из Лихославля…