Влюбленный дух, или Путешествие на край мира - Ландарь Юрий - Страница 44

– Во дворец его! Быстро!

Стражники подхватили Актура под руки, и потащили во дворец. Сам князь с мрачным лицом шагал следом. Колатира протащили по нескольким коридорам, и втолкнули в небольшую комнату, не имеющую окон. Идеальная пыточная – подумал лакорец.

– Позовите Эльзу и Лауру, – приказал князь.

Он прошел через комнату, и сел в деревянное кресло. Ковион встал рядом. Князь рассматривал пленника, а пленник князя. Хозяин замка был лет на десять – пятнадцать старше Актура. Несколько резковатые черты лица. И в них, в этих чертах, если захотеть, можно было найти общие черты с Серганом, или Лейконом. Ну, или с самим Актуром.

Через несколько минут вошли две молодые женщины, значительно моложе князя. В одной из них Колатир уловил сходство с князем.

– Посмотри, Лаура.

Князь передал младшей девушке, той, что была на него похожа, медальон Актура. Девушка удивленно вертела его в руках.

– Откуда он у тебя? – наконец спросила она, продолжая рассматривать выдавленное изображение медведя.

– Вот, у этого молодца нашли.

Девушки не с меньшим интересом стали рассматривать пленника.

– И откуда он взялся? – спросила вторая девушка, которую звали, по-видимому, Эльза.

– Говорит, что с Лакора.

– Я действительно прибыл с Лакора, – посчитал за нужное вставить Актур.

– Не врет? – посмотрел на Лауру князь.

– Нет, Агнур, не врет, – ответила та.

Актур, имея небольшой опыт общения с магами, догадался, девушка так же владеет магией.

– И этот медальон, действительно его по праву, – добавила Лаура.

Агнур сокрушенно вздохнул:

– А я рассчитывал, что он его украл, или нашел. А оно вот ведь как, родственничек объявился. Теперь выкладывай честно, зачем шлялся возле моего княжества?

– Я мимо проходил, – криво усмехнулся Актур, понимая, насколько глупо звучат его слова, но не смог удержаться от иронии. – И я тоже, не очень рад нашей встрече.

– Он не врет, – снова определила Лаура. И прежде, чем её брат задал новый вопрос, она задала свой. – Расскажи про свой род. Отца, деда, братьев. Про всех, кого ты помнишь, знаешь, или слышал о них. И еще расскажи, как и зачем ты здесь оказался?

– Я слышал о какой-то странной истории, из-за которой он пустился в путешествие, – снова напомнил Ковион.

– Об этой истории тоже подробно расскажешь, – распорядилась Лаура. – И не вздумай врать, пойму сразу же.

Актур немного задумался, и начал свой рассказ:

– У моего отца три сына, я, средний. Еще у него есть два младших брата, и две сестры. Все живут в разных городах, поэтому общаемся мы редко. Деда помню плохо, видел его всего пару раз, он тоже жил в другом городе. И во время эпидемии, лет десять тому назад, они с бабушкой умерли. Про прадеда вообще ничего не знаю, в нашей семье не принято обсуждать наше происхождение. На это, можно сказать, наложен негласный запрет. Это, в общем, все, что я могу рассказать о своей семье.

– Не густо, – разочарованно сказал Агнур.

– Оно и не удивительно, – усмехнулась Лаура. – Я читала одну историю, которая произошла в нашей семье, лет этак триста тому назад. Там описывалось, как один горячий юноша, влюбился в дочку соседнего князя, и возжелал руки её. Но так как наше княжество бедное, не имеет золотых жил, то жених из него получался не очень желанный. И дочку свою, соседний князь решил отдать тому, в чьем княжестве имелись богатые золотые рудники. Но юноша оказался настойчив, и вспыльчив. Он с друзьями заявился на свадьбу, убил жениха, отца невесты, двух её братьев, увез невесту, и исчез в неизвестном направлении. У нас тогда, с этими двумя княжествами случилась война. И устоять нам тогда удалось с большим трудом. Война закончилась, можно сказать, из-за того, что сам виновник войны скрылся, и наш князь заявил, что отрекается от сына, и сам назначил цену за его голову. Об этом юноше, как и о его избраннице, больше никогда и ничего не было слышно. Сколько не метались ищейки по всем Широким долинам, и по всему Таниру, но так ничего и не нашли. Ходили слухи, что сын князя, вместе с беременной супругой, садились на корабль, отбывающий на Мадир.

– Грамотно указал неверный след, – рассмеялся Агнур. – Мадир огромен, и на нем легко затеряться. И конечно все подумали, что он ушел именно туда. А сам ушел на Лакор, где все на виду, и где очень непросто спрятаться. И где никто не подумает его искать. И родовое имя почти не менял, лишь пару букв поменял местами.

– А мне интересно, добровольно ли с ним ушла дочь князя? Особенно после того, как юноша убил её отца, и братьев, – подала голос Эльза.

– Об этом в летописях не сказано, – ответила Лаура.

– Я тоже слышал об этой войне, – сказал Ковион. – Мы тогда потеряли большую часть войска, и, кажется, одну из долин на севере.

– Да, наворотил твой предок дел, – протянул Агнур. – Поставил под удар все княжество. Даже не представляю, что теперь с тобой делать. Может отдать соседу, у которого твой предок, перебил его предков?

– Именно благодаря тому, что были убиты князь, и его сыновья, нынешняя правящая ветвь смогла занять княжеский трон, – сказала Лаура. – Так что нынешний князь, даже должен быть благодарен его предку за услугу. К тому же, Актур потомок, не только нашего родственника-беглеца, но и дочери того князя, что был убит. А значит, он родственник нынешнего князя.

– Тоже, правда, – согласился князь. – Ну ладно, что с тобой делать, мы придумаем позже. А сейчас, давай, рассказывай, как ты оказался в том городке, где тебя взяли в плен.

Пришлось Актуру снова рассказывать о своей удивительной истории – что именно подвигло его на столь дальнее путешествие. Только сейчас не получилось сделать рассказ кратким, поверхностным. Лаура хорошо улавливала все нюансы истории, и задавала уточняющие вопросы, вытягивая из рассказчика все. Особенно её, как и других магов, заинтересовало взаимоотношение Актура и Круста. А когда речь зашла о Кракене, и русалах, её глаза загорелись особым огнем.

– Я всегда считала, что эти существа мифические, – сказала она.

– Я тоже так считал, – ответил Колатир. – Но одно из таких существ, находится в Гарните, в сушеном виде. И при желании на него можно взглянуть.

Лаура задумчиво склонила голову:

– До меня доходили слухи, об этом событии, но я сомневалась в их достоверности. А где сейчас находится тот дух, который заварил всю кашу? Я не наблюдаю его поблизости.

– Я не видел его уже две недели, – ответил Колатир.

– Жаль, – пробормотала магиня. – Очень хотелось пообщаться с ним лично.

– Ничем не могу помочь, – пожал плечами пленник.

– А может, и сможешь, – улыбнулась принцесса. – Когда-то он ведь все равно появится. Я терпеливая, да и ты сейчас уже никуда не торопишься.

На эти слова далекой родственницы лучше было промолчать, что Актур и сделал.

– Чем занимаются на Лакоре твои родственники? – продолжал любопытствовать Агнур.

– Тех, которых я знаю, ремесленники. В основном все занимались кузнечным делом. Дед был кузнецом, отец кузнец, я немного освоил эту профессию.

– Немного, это скромно сказано, – сказал Ковион, показывая князю меч Актура.

– На вид, очень даже неплохо, – оценил Агнур. – А как в деле?

– Я проверял, хороший клинок, – ответил лорд. – С Лакора вообще, привозят клинки хорошей работы. Этот, один из лучших, что я встречал.

– Это несколько символично, тебе не кажется? – спросил сестру Агнур. – Потомок того, кто бежал из княжества, оставив его, на грани исчезновения, сейчас будет крепить военную силу нашего княжества своей работой.

– Круг замкнулся, – подтвердила принцесса.

– Вот и решено! – Князь встал. – Несмотря на то, что ты являешься нашим родственником, ты остаешься пленником, и будешь ковать клинки для нашей армии. Если будешь хорошо работать, что лет через пять, возможно, ты получишь свободу. Хочешь что-то возразить?

– Не возразить, а просить о милости. – Актур замолк, собираясь с мыслями, но вскоре продолжил. – Не так уж много от меня пользы. Несколько клинков не выиграют войны, но весть о том, что князь держит в плену своего родственника, станет скоро широко известна. И что на это скажут твои подданные, и соседи? Одним будет все равно, кто находится в плену у князя, другие за тебя порадуются, что поймал потомка беглеца, но найдутся и такие, кто не поймет такого решения. Как не поймут и того, если ты решишь от меня избавиться – убийство родственников никого не украшает. Опусти меня, и так будет лучше для всех.