Последний дон - Пьюзо Марио - Страница 117

– Классные большие деньги и классные телки, – растолковал Кросс.

– А почему ты не приглашаешь меня на эту вечеринку? – поинтересовался Данте. – И почему это я ни разу не получал виллу?

– Замолви за меня словечко перед Лоузи, – заявил Кросс, – и получишь и то, и другое. Привози Лоузи с собой. Плюс, если подыскиваешь подружку, могу свести тебя с Тиффани. Ты видел ее шоу.

Для Данте Тиффани была предельным воплощением чистой похоти: невероятно крупные груди, гладкое продолговатое лицо с толстыми губами и широким ртом, высокий рост и длинные, изящные ноги. Впервые Данте проявил энтузиазм.

– Только без дураков. Она вдвое больше меня. Воображаешь? По рукам!

Все было шито белыми нитками, но Кросс делал ставку на тот факт, что запрет на насильственные действия в Вегасе, распространяющийся на все Семьи, усыпит подозрительность Данте.

И тут Кросс как бы между прочим добавил:

– Даже Афина приедет. А она-то и есть главная причина, по которой я хочу остаться в кинобизнесе.

Бобби Бентс, Мело Стюарт и Клавдия прилетели в Вегас на самолете студии. Афина и остальные исполнители ролей прибыли со съемок в собственных трейлерах, как и Дита Томми. Штат Невада должен был представлять сенатор Уэввен, а также невадский губернатор, которого Уэввен собственноручно избрал на эту должность.

Данте и Лоузи должны будут получить апартаменты в одной из вилл. Оставшиеся апартаменты в ней займут Лиа Вацци и его люди.

Сенатор Уэввен с губернатором и их свиты займут еще одну виллу. Кросс организовал для них приватный обед с лучшими танцовщицами. Он надеялся, что их присутствие поможет спустить следствие на тормозах, буде таковое случится. Что они прибегнут к своему политическому влиянию, чтобы утихомирить прессу и официальное преследование.

Кросс пустился во все тяжкие, нарушая чуть ли не все правила до единого. Виллу получила Афина, но Клавдия, Дита Томми и Молли Фландерс тоже получили апартаменты в этой вилле. Остальные апартаменты в ней заняла команда из четырех солдат Лиа Вацци, предназначенная для охраны Афины.

Четвертую виллу отвели Бентсу, Скиппи Диру и их свитам. Остальные три виллы заняли двадцать человек Лиа, которые сменят обычную охрану. Однако ни один из членов команды Вацци не будет занят в реальной операции, и об истинной цели Кросса им ничего не известно. Исполнителями станут сам Лиа и Кросс.

Кросс на два дня закрыл казино «Жемчужина» при виллах. Большинству голливудских работников, как бы они ни преуспевали, не по карману платить за ставки в этом казино. А сверхбогатых гостей, уже забронировавших виллы, известили, что в помещениях производится ремонт и реконструкция, и принять их не могут. В своем плане Кросс и Лиа Вацци предусмотрели, что убийство Данте достанется Кроссу, а детектива прикончит Лиа. Если дон признает их виновными и решит, что Данте казнил Лиа, то может истребить всю его семью. Если же дон узнает правду, то не станет распространять месть на Клавдию. В конце концов, в ее жилах течет кровь Клерикуцио.

Кроме того, у Лиа имелась личная вендетта против Лоузи, он ненавидел всех представителей правительства, так почему бы не получить чуточку удовольствия от такого опасного предприятия.

Настоящая проблема заключалась в том, как изолировать этих двоих друг от друга и заставить их тела исчезнуть. В Семьях по всей Америке всегда действовало правило, что никого не следует казнить в Вегасе, чтобы азартные игры оставались приемлемыми для общественности. И дон был одним из строжайших блюстителей этого правила.

Кросс надеялся, что Данте и Лоузи не заподозрят западни. Им неизвестно, что Лиа обнаружил тело Шарки и посему знает об их намерениях. Еще одной проблемой оставалось предотвращение удара Данте против Кросса. И тогда Лиа внедрил в лагерь Данте своего шпиона.

Молли Фландерс вылетела рано утром в день вечеринки, у нее имелось дело к Кроссу. С собой она привезла судью верховного суда Калифорнии и монсеньера католической епархии Лос-Анджелеса. Они послужат свидетелями, когда Кросс подпишет завещание, подготовленное и привезенное Молли. Кросс знал, что его шансы остаться в живых невелики, и тщательно обдумал, кому должна достаться его половина отеля «Занаду». Его доля тянет на пятьсот миллионов долларов, а это вам не раз плюнуть.

Завещание оставляло жене и детям Лиа солидную пенсию на всю жизнь. Остальное имущество должно быть разделено между Клавдией и Афиной, с оговоркой, что своей долей Афина распоряжается в интересах собственной дочери Бетани. Кросс рассудил, что больше никто на свете не дорог ему настолько, чтобы оставлять им деньги.

Когда Молли, судья и монсеньор прибыли в пентхауз, судья похвалил Кросса за здравомыслие, заставившее его подготовить завещание в столь юном возрасте. Монсеньор спокойно обозрел роскошный номер, будто взвешивая меру грехов его владельца.

Оба были добрыми друзьями Молли, делавшей для них кое-какую работу на благотворительных началах. Об ответном одолжении она их попросила по настоянию Кросса, желавшего получить свидетелей, которых Клерикуцио не сумеют ни подкупить, ни запугать.

Кросс угостил их напитками, и с подписанием завещания было покончено. Оба свидетеля удалились. Хотя они и были приглашены, но не желали подрывать свои репутации, посетив заключительную киновечеринку в азартном аду Лас-Вегаса. Как-никак они невыборные чиновники государства.

Кросс и Молли остались в номере одни. Молли отдала ему оригинал завещания.

– Ты оставила себе копию, правда? – спросил Кросс.

– Конечно. Должна сказать, была удивлена, когда ты изложил мне свои намерения. Я и понятия не имела, что вы с Афиной настолько близки. Кроме того, она и сама довольно богата.

– Ей может понадобиться больше денег, чем у нее есть.

– Из-за дочери? – осведомилась Молли. – Я о ней знаю, я личный адвокат Афины. Ты прав, Бетани эти деньги могут понадобиться. Просто я представляла тебя другим.

– Правда? И каким же?

– Я догадываюсь, что о Бозе Сканнете позаботился ты, – негромко проронила Молли. – Я представляла тебя безжалостным мафиози. Я помню о несчастном парнишке, которого я вытащила из петли по обвинению в убийстве с изнасилованием. И что ты упомянул его. И что он был убит позднее и якобы во время какой-то наркоразборки.

– А теперь ты видишь, как заблуждалась, – улыбнулся ей Кросс.

– Я была очень удивлена, когда ты позволил Бобби Бентсу вырвать у тебя из-под носа твою долю в прибылях с «Мессалины», – холодно поглядела на него Молли.

– Это все семечки, – отмахнулся Кросс, подумав о доне и Дэвиде Редфеллоу.

– Послезавтра Афина улетает во Францию, – сообщила Молли. – Довольно надолго. Ты летишь с ней?

– Нет. У меня слишком много дел здесь.

– Ладно, увидимся на просмотре и вечеринке. Может быть, черновой монтаж фильма даст тебе представление о том, на какую кучу денег Бентс тебя грабанул.

– Не имеет значения.

– Знаешь, Дита вставила кадр в начале чернового монтажа. Посвящение Стиву Столлингсу. Бентс будет просто вне себя.

– Почему? – поинтересовался Кросс.

– Потому что Стив перетрахал всех женщин, до которых Бентс не сумел добраться, – растолковала Молли. И добавила: – Какое же все мужики дерьмо.

После чего удалилась.

Кросс вышел посидеть на балкон. Улицы Вегаса под ним были запружены толпами людей, втекавших в казино отелей, выстроившихся по обе стороны Стрипа. Вспыхивающие неоновые вывески объявляли их названия: «Кесарс-Пэлас», «Сэндз», «Мираж», «Аладдин», «Дезерт-Инн», «Стардаст» – пурпурные, красные, зеленые, смешивающиеся в бесконечную радугу, уводящую взгляд к пустыне и высящимся по ту сторону пустыни горам. Даже палящее послеполуденное солнце не могло пригасить это сияние.

Съемочная группа «Мессалины» начнет прибывать только после трех, и тогда Кросс увидится с Афиной – в последний раз, если что-нибудь пойдет не так. Взяв трубку балконного телефона, Кросс позвонил в виллу, где разместил Лиа Вацци, и велел ему подняться в пентхауз, чтобы еще разок обсудить планы.