Долгая дорога домой (сборник) с илл. - Каменев Владимир Филимонович - Страница 25

Вскоре подъехала милиция и егерь. Они подцепили лося тросом к машине и вытащили на берег. Егерь отрубил заднюю лосиную ногу, достал шприц, нашпиговал приманку ядом. Приманку оставил на берегу, а остатки лося погрузили в машину.

— Собачкам, — сказал егерь.

Отрава

Волки не ушли далеко от добычи. Они спрятались в ближайшем подлеске. Прежде чем залечь, волчица долго утаптывала снег, вертелась как юла. Волчата, как могли, помогали матери, но больше путались под ногами. Когда лёжка была готова, волчица долго принюхивалась к ветру и прислушивалась к далёкому собачьему брёху. Она была настороже.

Под утро волчица с выводком спустилась к пруду. Вокруг были запахи солярки, окурков, человеческие следы. Лосиная нога отдавала едва уловимым сладковатым запахом, который отпугивал волчицу. Она несколько раз обошла добычу. Инстинкт подсказывал ей, что это опасность, но голод пересилил страх. Она стала рвать мясо и заглатывать большими кусками. Волчатам достались крохи. Но и объедки утащили маленькие волчицы. Они не подпускали к добыче своего брата, который носился вокруг и повизгивал, выпрашивая подачку. Сёстры отгоняли волчонка. Они скалились, рычали, едва тот тянулся к добыче.

Мать расположилась в стороне, опустив голову и посматривая на своих дочек. За них она была спокойна: не пропадут. На сына она поглядывала равнодушно: этот не жилец.

То, что он слабак, был виноват отец. Волчица сама выбрала его из четырёх женихов, самого крупного. Он был неудачлив в охоте и противился отрыгивать мясо для неё и детей. Тогда она отчаянно бросалась на него, сбивала с ног, кусала за живот. Волк рычал, щёлкал зубами, но терпел, отдавал скудную пишу. Волчонку перепадали крохи: всё отнимали голодные сёстры. Да ещё случилась беда. Волчица не доглядела. Одна из стайных самок ощенилась. Бедному волку пришлось кормить ещё одну семью. Волчата умирали с голоду. Тогда волчица загрызла чужих детей.

Погоня

Под утро на берегу пруда лежали окоченелые трупы волчицы и двух переярков. Волчонок сидел рядом и ждал, когда они встанут. Но мать и сёстры не вставали. И тут он услышал лай собак. Это была облава на волков. Охотники выстроились цепью, пустив впереди собак. Те рыскали по полю, задирали головы, ловили ветер. Вскоре они напали на волчьи следы. Охотники подбадривали собак, криками посылали вперёд. Гончие не слушались. Они поджали хвосты и жались к охотникам. Те били их поводками, пинали. Гончие визжали, отбегали в сторону. Испуганно поглядывали на охотников, но вперёд не шли.

Ещё издалека охотники приметили трупы волков и маленького волчонка, который прыгнул в кусты. Собаки увидели небольшого зверька и скопом бросились за ним с хриплым лаем. Им хотелось показать хозяевам свою прыть и злобность.

Волчонок едва уносил ноги. Впереди было чистое снежное поле и узкая железная дорога, по которой шёл товарняк. Волчонок испугался поезда, но сзади его настигали гончие. Он выбежал на узкоколейку и припустил к станции, где на запасных путях стояли товарные вагоны. От шпал пахло соляркой и машинным маслом. Эти запахи были волчонку не знакомы. Они настораживали, пугали. Рельсы ещё гудели, волчонок ощущал едва заметное дрожание шпал под ногами.

Собаки выскочили на узкоколейку. Но в это время раздались звуки охотничьего рога, который настойчиво звал назад. Собаки злобно полаяли волчонку вслед и понеслись по полю к охотникам.

Станция

Волчонок очутился на станции. На платформе толпились люди, и он поднырнул под вагон. Перед ним торчал охранник в чёрной шинели и с карабином на плече. Он жевал хлеб с колбасой и кинул волчонку кусочек.

— На, псина, — сказал он. — Пользуйся моей добротой.

Волчонок с недоверием посмотрел на человека. Но он так проголодался, что отбросил страх и осторожно стал подкрадываться к хлебу.

— Не боись, хавай, — смеялся охранник.

Волчонок оскалил зубы, шерсть на нём встала дыбом.

— Ах, ты, сука, — удивился охранник. — Вот и делай после этого добро.

Волчонок с куском хлеба шмыгнул под вагон. В это время состав дёрнулся. Волчонку не удалось выскочить из-под вагона. По бокам катились тяжёлые колеса. Он лёг на шпалы и в страхе замер. Рельсы пахли жжёным металлом. Над ним проходили вагон за вагоном. Стоял грохот. Словно палили из ружей, словно пули с треском рикошетили о рельсы.

Состав простучал, но волчонок долго не вставал со шпал, боясь поднять голову. Ещё долго слышался шум уходящего поезда и гул рельсов. Когда он наконец приподнял голову, перед ним медленно постукивал по соседнему пути состав со скотом. Породистые коровы выглядывали из приоткрытых дверей вагона, стучали по полу копытами, пробовали рогами дощатые стены. Перед волчонком остановился вагон с прессованным сеном. Оттуда дохнуло лесом и полем. Это был знакомый запах.

Волчонок подкрался к вагону с сеном. Дверь вагона была приоткрыта, и он заскочил в вагон, словно домой. Обнюхал все углы. Пахло людьми, коровами и навозом. Ещё он уловил запах мышей, которые сновали по своим тайным ходам. Волчонок стал терпеливо ждать. Одна мышь долго шуршала, чем-то хрустела. В какой-то миг она выбралась наружу. Волчонок ринулся за ней, но мышь юркнула в свою норку. Наконец он устал и свернулся клубком в углу вагона. Он не заметил, как состав тронулся. Тепловоз загудел, вагон покатился по рельсам, унося волчонка от дома.

Поезд шёл на юг.

Ночь

Ночью волчонок проснулся от голода. Где-то рядом шебаршила мышь. На небе появилась луна и заглянула в вагон через дверную щель. Волчонок по привычке запрокинул голову и хотел завыть, чтоб пожаловаться на свою судьбу. Заголосить так, чтоб откликнулись его братья: во весь голос, что есть сил. Он открыл широко пасть, набрал воздуху, но вовремя передумал: кругом были люди, готовые начать на него охоту. Волчонок сник, притих, не отрывая глаз от полной ледяной луны. Луна плыла над ним, подрагивая на стыках рельсов.

Состав притормозил на каком-то полустанке. Мимо пронёсся пассажирский поезд с пугающими яркими окнами. Когда он прошёл, волчонок услышал запах съестного: кто-то выбросил объедки. Волчонок выпрыгнул из вагона, сразу нанюхал свёрток. Он прижал его передними лапами и стал терзать зубами. В свёртке была заветренная колбаса. Волчонок проглотил кусок целиком. Затем побежал вдоль путей, выискивая кусочки хлеба, куриные косточки и кожуру от сосисок.

Собака

Рыжий Полкан прибегал на станцию после каждого поезда. Здесь была его территория, его еда. Он был крупнее волчонка. Увидев такого конкурента, Полкан с громким лаем принялся его прогонять. Он был уверен, что серый щенок умчится, поджав хвост и истерично повизгивая.

Волчонок заметил собаку. Полкан летел на него, надеясь или испугать, или сбить с ног. Противники сшиблись, сплелись в клубок.

Полкан почувствовал волка, и его натиск затух. Ему хотелось побыстрее удрать, хотя и был он сильнее. Он стремился встать, отталкиваясь лапами от волчонка, но тот вдруг изловчился и впился зубами в его горло. Полкан завизжал. Он вскочил и поволок за собой волчонка, который не разжимал зубов. Полкан задыхался. Он трудно, хрипло дышал, припадая на передние лапы, валился набок, вскакивал и тащил на себе маленького волчонка, который словно потяжелел втрое. Вскоре Полкан упал, дёргая лапами.

Волчонок придушил собаку. Он наелся собачатины до отвала. Остатки зарыл в снегу. В это время состав двинулся с места и медленно покатил. Только с третьей попытки удалось волчонку запрыгнуть в свой вагон: так он отяжелел от еды.

Он оказался один в этом вагонном логове, и другого дома у него не было. Ему нравился запах и шуршание мышей. Они его не боялись. Видимо, надеялись, что волчонок не обидит того, кто рядом.