Нечисть по найму - Малиновская Елена Михайловна - Страница 72

При виде своего главаря наемники немного приободрились и согласно выпрямились, грозно положив руки на перевязи мечей.

– Чего она так верещит? – нахмурившись, осведомился Ларс, останавливаясь подле входа в шалаш.

– Да кто ее знает, – скривился в мучительной гримасе один из наемников, красивый смуглый парень с косым шрамом через всю левую щеку. – До этого просто рыдала, хоть как-то терпимо было. А потом сюда этот эльф приперся, так такой визг подняла… Пять минут орет, словно ее режут.

– Может, и в самом деле режет? – неуверенно предположил второй, ростом чуть пониже товарища, но более широкий в плечах. – Кто их, эльфов, разберет? Вдруг у них так после ссор принято? Чик – и голова с плеч. С другой стороны, тогда долго что-то кричит. Не по кусочкам же ее убивают. Да еще и по-эльфийски вопит. Ни слова не разобрать.

– Сейчас разберемся, – хмуро произнес Ларс и, сделав мне знак оставаться на месте, нырнул в тенистую прохладу шалаша.

Тут же истошный крик затих, но спустя несколько секунд возобновился с прежней интенсивностью.

– У меня башка уже разболелась, – мрачно пожаловался один из наемников. – Вот глотка-то луженая. Самое то упырей по ночам с кладбищ прогонять. Они покой любят. От такого вопля сами на кол осиновый бросятся, лишь бы уши сберечь.

– Я бы кляпом ей рот заткнул, – мечтательно отозвался его напарник. – Если б не успокоилась, еще бы фингал под глаз поставил. Жаль, что Ларс и пальцем до нее дотрагиваться не велел.

– Тефна, иди сюда, – прервал разглагольствования наемников их главарь, на миг высунувшись из шалаша. – Может, хоть ты ее успокоишь.

Я, недоумевая от таких странных слов, поспешила воспользоваться приглашением Ларса и зашла в шалаш. Несколько раз растерянно моргнула, приспосабливая зрение к неожиданному сумраку, который тут царил. А потом с любопытством оглядела представшую передо мной картину.

Прямо на земле сидела Дория, которая находилась в столь печальном и удручающим состоянии, что я невольно содрогнулась. Светлые волосы, ранее безупречно причесанные и заплетенные в роскошную длинную косу, растрепались и превратились в едва ли не колтун. Все лицо от плача и воя беспрестанного опухло. Одежда грязная, изорванная, только и годится ныне как на половые тряпки. Рядом с девушкой на коленях стоял Гворий, который безуспешно пытался ее успокоить. С другой стороны – мой отец, который со страдальческим видом сжимал виски, словно опасаясь, что у него голова лопнет от крика.

– Что ты с ней сделал? – немного оторопев, поинтересовалась я у полуэльфа, воспользовавшись тем, что Дория как раз немного притихла.

– Ничего! – раздраженно отозвался он. – Когда я пришел, она уже в таком состоянии была. Помолчит немного и вновь начинает истошно орать. Сначала испугался, вдруг в мое отсутствие с ней люди Ларса чего сотворили. Но те клянутся, что даже пальцем ее не трогали. Вот, опять начинается.

Эльфийка страшно закатила глаза и принялась мерно раскачиваться, издавая при этом столь пронзительный визг, что у меня волосы дыбом встали.

– Я в своих ребятах уверен! – рявкнул изо всех сил Ларс, пытаясь перекричать вновь поднявшую вой Дорию. – Тут что-то другое. Тефна, понюхай красавицу. Вдруг кто сглаз навел. Тот же ее приятель, черный колдун.

– А чего ее нюхать? – недовольно осведомилась я, но все же с некоторой опаской приблизилась к Дории и провела носом около ее волос. После чего тут же на всякий случай отпрыгнула в сторону и негромко ответила: – Фиалками она благоухает. Сейчас даже сильнее, чем прежде.

– Ничего не понимаю, – изумленно выдохнул Гворий. – Насколько я понял, с таким ароматом ты ассоциируешь ловчую магию. Вспомнить хотя бы ту сеть, которую на меня накинула Дория, а потом активировал Марий. Я полагал, что от моей невесты пахнет фиалками потому, что она носила на себе заклинание, которым с ней поделился храмовник. Сама бы Дория никогда бы не сумела создать столь сильное колдовство. Но любой запах должен был бы пропасть после того, как сеть набросили на жертву. Неужели я ошибся?

Тут эльфийка издала столь громкий и отчаянный крик, что мы, не сговариваясь, прикрыли уши руками. Затем некоторое время молчали, обдумывая слова полуэльфа и ожидая, когда в воплях Дории наступит хоть небольшой перерыв.

– А что, если Марий установил ловчее заклинание и на твою невесту? – наконец дождавшись какого-то подобия тишины, спросила я, постаравшись, чтобы мой голос не дрогнул при последнем слове. – Специально, чтобы заручиться ее преданностью. Я видела на твоем примере, на что способно подобное колдовство. Оно ведь полностью подчиняет человека чужой воле.

Гворий с интересом на меня посмотрел, потом перевел внимательный взгляд на Дорию и ласково провел рукой по ее лбу, стирая выступившую испарину. Я поджала губы при виде такой неподдельной заботы, но упрямо продолжила:

– Быть может, сейчас Марий пытается активировать это заклинание. Чтобы обезопасить себя от чрезмерного многословия бывшей подруги.

– Но он же убьет ее так! – с возмущением выкрикнул Гворий. – На таком расстоянии Марий не сможет контролировать тот предел запрета, после которого человек сходит с ума. Ловчее заклинание для того и придумано, чтобы кто-то другой мог получить полную власть над телом и сознанием противника. Но для этого необходимо быть рядом, чтобы не перегнуть палку. Без непосредственного контакта ты просто не видишь, что делает твоя жертва. Так можно запросто запретить и дышать.

– Смотрю, ты неплохо разбираешься в такой магии, – не удержался от ехидного замечания Ларс, бросив на меня многозначительный взгляд. – Сам-то столь опасными шуточками не увлекался?

– Раньше, – закашлявшись, глухо признался полуэльф. – Но теперь это далеко в прошлом.

Я в очередной раз подивилась словам Гвория. Чем больше с ним общаюсь, тем страшнее мне иногда становится. Чувствую, прошлое полуэльфа таит в себе множество весьма неприятных сюрпризов. И мне совершенно не хочется узнавать их.

Тем временем Гворий сосредоточился и положил на лоб Дории ладонь. Какое-то время провел так – прислушиваясь к чему-то, но потом огорченно качнул головой.

– Моя сила на нуле, – вполголоса признался он. – Я ничего не чувствую. Возможно, Тефна права, а возможно, и нет. Чтобы узнать и попробовать снять ловчее заклинание, если оно есть, конечно, мне нужен родник.

– Так чего ты ждешь? – поинтересовался Ларс. – Бери лошадь и скачи во весь опор. За полчаса, поди, обернешься.

– Боюсь только, у нас нет этого времени, – чуть слышно прошептала я, настороженно принюхиваясь.

К невыносимо сладкому аромату фиалок, от которого в шалаше было уже нечем дышать, теперь примешивалась чуть уловимая терпкая нотка безумия и смерти. Еще несколько минут подобной пытки, и Дория погибнет. Уж в таких-то делах я разбиралась, пожалуй, лучше кого бы то ни было. Слишком часто встречала смерть лицом к лицу, чтобы не заметить ее приход сейчас.

– Что же делать? – горестно вопросил Гворий, глядя почему-то на меня. – Я не могу этого допустить!

«Ну и спасай ее тогда сам», – хотела было язвительно предложить я, но тут же прикусила язык. Опускаться до такой низкой и мелочной мести врагу недостойно метаморфа. Да, Дория мне много крови испортила в свое время и наверняка испортит еще больше. Но… но не помочь ей сейчас было просто невозможно. Иначе до скончания дней своих мне придется терзаться сомнениями: отказалась ли я из-за того, что эльфийка помогала храмовникам, или из-за того, что она невеста Гвория?

– Отойди, – приняв столь непростое решение, мрачно потребовала я, уже не обращая внимания на изнеможенные стоны Дории. Кажется, девушка и в самом деле рискует скоро встретиться со своими прародителями.

– Тефна, ты что задумала? – полюбопытствовал мой отец, когда увидел, с какой поспешностью Гворий освобождает мне место подле эльфийки.

– Буду спасать врага, – пожала я плечами. – Что тут непонятного?

– Во-первых, ты не сумеешь, – отозвался Ларс, с интересом наблюдая за моими действиями. – А во-вторых, если сумеешь, то отдашь за это как минимум лет двести своей жизни. Слишком много сил на это уйдет.