Люди и призраки - Панкеева Оксана Петровна - Страница 57

Стоило ему только подумать, как за его спиной раздался знакомый голос:

– Опять ты здесь? Ну, с тобой не соскучишься! Как ты умудряешься все время попадать в такие неблагоприятные для жизни места?

Кантор стремительно обернулся и тут же увидел своего знакомого. Он стоял на разлапистом листе какого-то водного растения и с любопытством рассматривал пейзаж и Кантора на фоне пейзажа.

– Не знаю, – поспешно мотнул головой Кантор. – Так получается. Где выход?

– Опять тебе по башке дали? – посочувствовал мальчишка. – Или еще чего?

– Еще чего, – вздохнул Кантор, представив себе, как больно будет возвращаться в реальность. – Поможешь?

– Хочешь снова попробовать? Похвальное упорство. Давай руку, залезай сюда, на листья. Тебе же неудобно по дну брести.

Кантор с недоверием присмотрелся к растительности, покрывавшей поверхность болота. Обычные листья на обычной воде, которые по всем законам природы должны были бы провалиться под весом человека. Но здесь ведь Лабиринт… Он вцепился в протянутую ему руку и сделал попытку вскарабкаться на эту непрочную поверхность, однако безуспешно. Зеленый ковер растительности провалился под ним, как и должно было быть.

– Плохо, – заметил мальчишка. – Значит, придется идти так.

– Но почему? – с недоумением спросил Кантор, обиженный такой несправедливостью. – Почему тебя выдерживает, а я проваливаюсь?

– Потому, что я сплю здоровым сном в своей постели, – серьезно предположил собеседник. – А ты лежишь без сознания, и в довольно тяжелом состоянии, как я полагаю. Поэтому тебе так трудно идти к выходу.

– Пойдем, – попросил Кантор. – Мне нужно скорее…

– Что ж, пойдем. Только… попробуй-ка сам. Не вечно же я буду водить тебя по Лабиринту, я как-то и просыпаюсь иногда. Ты же можешь сам определить направление, тебе только потренироваться надо. Вот и попробуй. Не получится, я тебе покажу. Но должно получиться. Ты человек Лабиринта, и у тебя должен быть инстинкт. Просто походи туда-сюда и попробуй почувствовать, в какую сторону тебя потянет.

– А можно не сейчас? – взмолился Кантор. – Времени же нет!

– Это не займет много времени. Зато, когда ты идешь самостоятельно, то идешь быстрее, чем когда тебя ведут. Давай, не ленись.

Кантор не стал спорить и послушно сделал несколько шагов вперед. Затем повернул направо, тщетно стараясь что-то почувствовать.

– Успокойся, – посоветовал наставник. – Ты рыщешь, как собака, потерявшая след, а надо спокойно расслабиться и позволить твоему мудрому инстинкту думать вместо тебя. Выход сам тебя позовет, надо только впустить в себя его зов и услышать его.

Кантор закрыл глаза и попытался последовать совету. Он уже медленнее побрел по болотной жиже, стараясь не торопиться и не напрягаться, и снова прислушался к своим ощущениям. Сделав с десяток шагов он повернул налево и вдруг почувствовал, что идти стало легче, будто что-то его подталкивало, как ветер в спину.

– Вот! – обрадовано воскликнул он. – Я нашел! Сюда, верно?

Его наставник изменился в лице и пристально посмотрел в том направлении, которое указал Кантор.

– Тебя тянет туда? – как-то встревожено уточнил он.

– Не то, чтобы тянет, скорее, подталкивает. А что, я лажанулся? Может, у меня и нет этого инстинкта?

– Есть, – вздохнул мальчишка и вдруг почему-то спрыгнул со своих ненормально плавучих листов, провалившись по пояс в болото. – Можешь считать, что определять направление ты научился. Только идти надо в противоположную сторону. Дай руку.

– Зачем? – не понял Кантор. – И почему в другую сторону? У меня что, этот инстинкт навыворот работает?

– Все у тебя работает правильно, – мрачно сообщал спутник и, вцепившись в его руку, потащил в противоположную сторону. – Только в той стороне – туннель. Крепче держись за мою руку.

– Но за руку зачем? – растеряно спросил Кантор, пытаясь унять нехорошие предчувствия.

– Чтобы я мог тебя удержать, если тебя понесет.

– К туннелю? Думаешь, может понести? Но почему? Ничего же смертельного со мной не случилось. Ну, подумаешь, ногу прострелили… Больно, конечно, но не умирают же от этого. Или эти придурки не догадались меня перевязать?

– Не знаю, – вздохнул мальчишка. – Если бы я на тебя посмотрел, сказал бы точнее, но это будет еще больнее, чем в прошлый раз, так что не стоит. Помочь я тебе все равно не смогу, а оттого, что ты будешь знать причину, легче тебе не станет. Причин может быть сколько угодно. Шок, кровопотеря, сепсис, что хочешь. Ты четвертые сутки где-то болтаешься без всякой медицинской помощи с ожогами третьей степени и, возможно, со сломанными ребрами. О пальцах я вообще молчу, это мелочи по сравнению с остальным. А еще… никакой гарантии, что у тебя нет каких-нибудь внутренних повреждений вроде отбитых органов, а это чревато внутренними кровотечениями и серьезными воспалительными процессами. Еще и ногу тебе прострелили ко всему, и если задета кость, возможен травматический шок… А может, просто слишком сильно ударили по голове. Но ты не бойся, если не случилось ничего необратимого, я тебя удержу.

– Просто за руку? – недоверчиво поинтересовался Кантор.

– За обе, – серьезно ответил мальчишка, продолжая тащить его вперед. – Я умею. Мне удавалось таким образом вытаскивать даже самых тяжелых пациентов.

– Спасибо, – невесело усмехнулся Кантор. На этом разговор как-то угас, то ли тема была неприятная, то ли просто трудно было разговаривать, бредя по пояс в болоте, и до выхода они дошлепали в молчании. Как и в прошлый раз, уходящие в небо ступени появились из ниоткуда совершено неожиданно.

– Иди, – сказал мальчишка, кивая на выход. – Если что… то есть, если опять упадешь сюда, зови меня. Я пока тут побуду. Что-то мне подсказывает, что ты очень скоро сюда вернешься, и тебе понадобится кто-нибудь, кто придержал бы тебя. Так что, зови, не стесняйся.

– Спасибо, – снова сказал Кантор и вдруг понял, что если бы ему не напомнили, опять бы забыл спросить. – А как тебя звать? В смысле, как тебя зовут? Мы ведь так и не познакомились.

– Зови меня просто Доктор, – чуть поколебавшись, ответил его спутник. – Этого будет достаточно. Удачи тебе. Беги.

Уже поднимаясь по ступеням, Кантор не удержался и оглянулся. Почтенный мэтр неторопливо шагал прочь, легко ступая по поверхности болота, и под его черными кроссовками болото на глазах превращалось в ровную дорогу из сплошного серого камня.

Когда закончился короткий головокружительный момент перехода, Кантор увидел перед глазами знакомый рисунок ковра и с облегчением отметил, что находится все в той же комнате, значит, Ольгу не схватили. Иначе они бы уже давно покинули это место. Он несколько раз глубоко вдохнул, стараясь не стонать и не привлекать к себе внимания, и прислушался.

– Надень на него наручники, – сказал немного нервный голос одного из бандитов. Кантор видел его еще на той хате, где его повязали, и даже имя запомнил. Хукер, кажется, или как-то так. Только там он был простой двойкой, а тут, гляди, в начальство выбился. Кантор и сам не знал, почему ему запомнился этот самый Хукер или как там его. То ли потому, что на мистралийца похож, то ли потому, что по почкам садит метко и увесисто… Да какая, впрочем, разница. А на кого же это они собрались надеть наручники?

Он осторожно приподнял голову, чтобы оглядеться и оценить обстановку, и тихо обомлел, не зная, к добру ли было то, что он увидел, или наоборот. На лестнице стоял с поднятыми руками его величество Элмар, какой он там по счету, и гневно сверкал глазами. Можно представить себе его возмущение – приходит какое-то никчемное ничтожество, наставляет на него ствол и начинает указывать, что делать! Так и напрашивается любимый вопрос покойного короля – король он здесь или хрен собачий, только задавать его желательно самому себе и мысленно, потому как, если спросить вслух, понятно, каков будет ответ… Чуть поодаль валялся меч Элмара, над которым стоял Хукер, держа его величество под прицелом, а его дружок-вор, поднявшись на лестницу, как раз защелкивал наручники на запястьях пленника, пропустив цепочку между столбиками перил. Два идиота, они хоть понимают, что делают?