Загадка Либастьяна, или Поиски богов - Фирсанова Юлия Алексеевна - Страница 103

Нрэн, мрачный и неумолимый, воплощением возмездия нависал над четырьмя караульными, белыми и столь же неподвижными, как мраморные статуи в святилище Ужаса. Длань воителя сжимала рукоять огромного меча.

Кажется, молчание стражников раздражало принца настолько, что он готов был пустить в ход оружие и порубить парочку из них, чтобы сделать оставшихся более разговорчивыми. Сила яростного гнева и безжалостной целеустремленности, излучаемой грозным богом, была столь велика, что Элия только подивилась на редкость закаленным нервам стражников. Они были еще живы, только, судя по аромату, витающему в воздухе, крепко облегчились в штаны.

– Дорогой, – нежный, вкрадчивый и очень настойчивый голос принцессы тонким ручейком просочился за броню холодного буйства воителя, – можно тебя на два слова?

– Я занят, кузина, – бросил Нрэн, не отводя глаз от провинившихся.

– Это не займет много времени, ваше высочество, но то, что я имею вам сообщить, действительно очень срочно, – добавив прохладцы в тон, упрямо продолжила богиня, нисколько не страшась родственника. – Я настаиваю!

Воитель рыкнул и переместился к принцессе столь стремительно, что она, хоть и не отрывала от кузена глаз, едва уловила сам факт движения. Быстрота Нрэна не уставала поражать Элию. По меркам людей любой из богов был необычайно проворен, скажем, тренировочный фехтовальный поединок принцев Лоуленда человек смог бы детально рассмотреть лишь в режиме замедленного времени. А наблюдай он за ним со стороны, только слышал бы свист рассекаемого воздуха, звук металла и видел размытые силуэты. Но скорость, с которой передвигался Нрэн, считалась фантастической даже среди богов. Доля мгновения – и вот он уже возвышался над кузиной, нетерпеливо сузив желтые глаза, безжалостные глаза смерти.

– Извини, мое предупреждение немного запоздало, – покаялась богиня, без промедления положив пальцы на локти мужчины, – но я нашла более надежное и куда менее посещаемое место для хранения предмета.

– Еще пять секунд, и ты опоздала бы бесповоротно, кузина. – Нрэн по-настоящему рассердился. По вине принцессы он едва не убил ни в чем не повинных стражников, исправно исполняющих свой долг. Запугивать караульных просто так вовсе не входило в планы воителя, равно как и понижать обороноспособность Лоуленда, насаждая в войсках ужас перед внезапными, ничем не мотивированными расправами. Из-за Элии он мог совершить серьезную ошибку!

– Я извинилась, кузен, – с нажимом, говорящим о том, что принцу пора перестать ее попрекать, пока она не рассвирепела, повторила принцесса. – Мне следовало сообщить тебе столь важную информацию как можно быстрее, но я не думала, что в ближайшую пару суток ты вернешься в Лоуленд с инспекции границ, поэтому замешкалась. Не только у тебя существуют обязательства и неотложные дела. Подробности узнаешь на Семейном Совете.

– Понял, – резко кивнул Нрэн и отвернулся, чтобы не сказать Элии какую-нибудь грубость и не рассориться окончательно. Воитель подошел к стражникам и отрывисто бросил:

– Продолжайте дежурство.

Более никаких слов караульные от принца не дождались, бог телепортировался из коридора.

– Его высочество хотел сказать, ребята, – «перевела» принцесса пережившим серьезный нервный стресс охранникам, – что он был неправ, едва не убив вас и запугав до мокрых штанов, простите, вы ни в чем не виноваты, вышло маленькое недоразумение.

Четверо словно родившихся минуту назад заново стражников переглянулись и захохотали над словами богини, сбрасывая ужасающее нервное напряжение. Они буквально заходились от смеха, хохотали до слез в глазах, рыдали навзрыд, сползали по стене, к которой привалились, когда леденящая рука близкой смерти разжалась и выпустила их трепещущие сердца из своей длани. Смеялись и не могли остановиться.

– Спасибо! – шепнул Дарис женщине и порывисто поцеловал нежную руку, вдохнув знакомый, чувственный аромат свежести, роз и персиков.

Элия устало подмигнула старому другу и, последовав примеру кузена, исчезла из коридора, торопясь сделать остальные дела, пока не стряслось еще что-нибудь.

Сменив платье на чернильно-синий брючный костюм с изысканной вышивкой нитями пастельных тонов по широкому воротнику и обшлагам рукавов, принцесса сплела заклинание связи и доложила:

– Тэодер, я освободилась. Закончим с Эйдингом?

– Да, дорогая, для тебя я свободен всегда. – Принц убрал в ящик с кодовым замком документы, как успела мельком заметить богиня, это были какие-то таблицы, графики и диаграммы. «Что ж, – мелькнула у Элии мысль. – Даже темные дела, особенно дела, ведущиеся в больших масштабах, неизбежно нуждаются в хорошем планировании и детальном анализе результатов. Бизнес есть бизнес, какого бы цвета он ни был».

Плавно поднявшись из-за рабочего стола, бог неслышно прищелкнул пальцами, превращая свой дорогой деловой костюм джентльмена от бизнеса в джинсы и кожу, которая была кожей лишь на первый взгляд. На самом деле его куртку не смогла бы пробить и пулеметная очередь, данная в упор.

Богиня перенеслась к брату в кабинет. Тэодер быстро прощупал кузину взглядом, проверяя, все ли в порядке, и осторожно спросил:

– Мы продолжаем охоту, или…?

– Или, кузен, – по-настоящему улыбнулась Элия. – Рик здоров. Подробности на Семейном Совете. Нам нужно лишь заплатить клану за услугу.

– Я рад, – просто ответил принц, ничем не выдав своего любопытства. Он никогда не проявлял родственных чувств столь порывисто и эмоционально, как многие из братьев, но это вовсе не означало, что бог не дорожил семьей. Напротив, если и было во Вселенной что-то поистине святое и драгоценное для Тэодера, так это родичи, как бы он ни сторонился и ни осторожничал с ними из-за профессии, обязывающей хранить опасные тайны.

Элия коснулась руки кузена, и они синхронно телепортировались в знакомый осенний сад, окружавший дом из словно бы сплавленных между собой больших камней – резиденцию глосса клана Вайдун. Серое небо с багровыми полосками временно прекратило плач по миру и не дарило землю последним дождем. Но слабый ветерок не мог подсушить осеннюю слякоть в саду, за пределами гравийных дорожек.

Что ж, лезть в грязь боги не собирались, но и из самого сада уходить не спешили. Лоулендцы, не сговариваясь, решили, что лучшего места для портала не найти. Разрушение еще не затронуло райский уголок сада глосса, убийственный запах тлена лишь украдкой коснулся его, и тому могло быть только одно объяснение. Сейчас, полностью открывшись миру и изучая его структуру, боги убедились в собственной правоте: резиденция клана по воле Сил Случая или благодаря чутью оборотней-драконов стояла в отличном месте, одном из небольших, но очень тугих энергетических узлов Эйдинга. Он все еще продолжал поддерживать целостность плетения почти на прежнем уровне.

– Сестра, тот демон не составит проблемы? – счел нужным уточнить диспозицию принц.

– Нет, даже если он до сих пор на Эйдинге, здесь структура мира крепка, и ему нет доступа через плетение, – дала справку принцесса.

Элия и Тэодер недолго всматривались в исступленно яркое многоцветье Нитей Мироздания, целиком недоступное ничьему взору, кроме взоров Сил и самого Творца, даже в ничтожнейшей из своих частей сводящее с ума как безумная головоломка. Чуть более минуты – ровно столько понадобилось богам, чтобы определить, где лучше всего открыть врата, чтобы они были максимально стабильны.

– Уф, – вернув своему зрению нормальную остроту, помотала головой принцесса, опираясь на надежную руку брата, – такое впечатление, что мозги в бассейне с красками прополоскали.

– Я не мог бы сказать более точно и образно, – от всего сердца согласился Тэодер, аккуратно моргая, чтобы восстановить четкость восприятия.

– Когда я в очередной раз начну задумываться о зерне правды в легендах о Плетущих Мироздание, напомни мне этот момент, – отпустив руку принца, иронично усмехнулась принцесса, подставляя лоб осеннему ветру, сдувающему со лба капельки пота.