Мировые войны и мировые элиты - Перетолчин Дмитрий - Страница 84

В Югославии прусский концерн Preussag AG (с 1929 года VEBA AG) получил медные рудники франко-швейцарского банка Mirabaud & Cie. Конфискованные генеральным уполномоченным по вопросам экономики в Сербии хромовые рудники Мозеса Асско достались фирме Jugohrom, созданной в равных долях Круппом и Герингом, а концерн I.G. Farbenindustrie получил Боснийский электрозавод с электростанцией и боснийской химической фабрикой «Зорька» [6][33].

7 ноября 1941 года в рамках имперской группы «Промышленность» Третий рейх обзавелся Комитетом Юго-Восточной Европы, во главе которого встанет все тот же Макс Ильгнер, разъяснивший, что комитет «должен был обеспечить единую ориентацию всего планирования на Юго-Востоке». Комитету Юго-Восточной Европы, управление которым отводилось Отделу по внешнеэкономическим связям имперской группы «Промышленность», подчинялись семь комитетов по отдельным странам: Болгарии, Греции, Хорватии, Румынии, Сербии, Словакии и Венгрии. Но, согласно документально зафиксированному мнению тайного советника Феллингера, они должны были лишь «действовать как исполнительные органы», став «корпорациями специалистов при правительствах».

Реальное же управление было сосредоточено вообще вне стен государственных зданий Третьего рейха. 14 июля 1941 г. имперская группа, оценивая свою способность к плановой работе сама определила, что «на эту руководящую роль особенно подходит Общество Юго-Восточной Европы, как по его официозному характеру, так и в особенности из-за географического положения его резиденции (Вена)». Нужно обратить особое внимание, что отнюдь не Берлин был центром планирования экономического захвата и экономической эксплуатации Европы, а австрийская столица, в которой Экономическое объединение Центральной Европы, или Центральноевропейский экономический конгресс существовал с 1929 г, как объединение монопольных кругов и банков. Общество Юго-Восточной Европы объединяло под своим крылом также Берлинский институт конъюнктурных исследований, Берлинский институт международных проблем, Институт мировой экономики г. Киль, Институт Юго-Восточной Европы г. Бреслау, Институт Центральной Европы г. Лейпциг, Юго-восточное сообщество высших школ Остмарки г. Вена, которое должно было охватить все (!) университеты и высшие учебные заведения рейха [2]. Если вы не находите знакомым пафос риторики и методику подхода в этих названиях, то необходимо заметить, что г. Вена — это традиционный центр оппенгеймеровской и впоследствии ротшильдовской финансовой империи, и возникновение Третьего рейха не изменило географию экономического ядра его военной машины. При том, что авторство термина «приватизация» принадлежит Третьему рейху, показательным является то, что после Второй мировой в Австрии эти институты возрождаются в лице Института прикладных системных исследований (NASA) — альма-матер подготовки печально знаменитого своими реформами Е. Гайдара, которые неплохо бы сравнить с положениями плана «Ост»:

После окончания Первой мировой войны Советскую Россию в Лигу Наций не пригласили, но в качестве поставщика ресурсов ей место нашлось. В 1918 году В.И. Ленин в беседе с американским представителем в России полковником Робинсом сделал предложение о концессиях. И в мае того же года на I съезде совнархозов РСФСР была оглашена правительственная программа развития экономических связей с капиталистическими странами [36]. Особое развитие процесс получил в период НЭПа (1921–1927 гг.), когда концессиями заведовал Лев Давидович Троцкий, с которым была установлена связь по линии посла Дэвида Р. Френсиса. Тогда же, в 1920-х Н. Бухарин бросил призыв: «Обогащайтесь!» [35]

Примером того как это делалось, может служить история английской компании Lena Goldfilds Co Ltd., которой еще до революции добывалось не менее трети всего российского золота. Теперь же по новой концессии границы корпорации Lena Goldfilds Co, связанной с американским банкирским домом Kuhn, Loeb & Со, охватили всю Сибирь от Якутии до восточных склонов Уральского хребта, а ее экономические интересы вышли за пределы золотодобычи, распространяясь на серебро, медь, свинец, железо. По договору с советским правительством в распоряжение компании был передан целый комплекс горнодобывающих и металлургических предприятий: Ревдинский, Бисертский, Северский металлургические заводы, Дегтярское и Зюзельское месторождения меди, Ревдинские железные рудники, Егоршинские угольные копи. По договору о разделе продукции СССР доставалось только 7 % добытого, остальное уходило Lena Goldfilds Co Ltd. и Kuhn, Loeb & Co [38][39]. В 1923 году бывший сотрудник Siemens AG в России, нарком внешней торговли Л.Б. Красин предложил провести индустриализацию за счет кредита в размере нескольких миллиардов долларов. В 1925 году Л. Троцкий выступил с планом индустриализации, основанном на долгосрочном импорте западного оборудования, составляющем от 40 до 50 % всех мощностей, покрываемом за счет экспорта сельскохозяйственной продукции [35].

Коррупция и дармовые условия концессий привлекли «ведущих зарубежных партнеров» СССР. Так экономическим управлением ОГПУ было установлено, что в ноябре 1925 года группа фирмы Mitsubishi, находившаяся в Москве, достигла с технической комиссией Главконцесскома соглашения о получении угольного рудника «Мачи». На встречу под видом дипломатического багажа японцы привезли чемодан наличных денег [40]. Деятельность на территории СССР развернули Radio Corporation of America, International General Electric, Ford Motor Company, E.I. du Pont de Nemours and Company. По советским данным к 1928 году в стране действовало 114 концессий, которые, как правило, учреждались в добывающих областях. «Магнитка» строилась по лекалам металлургического комбината в г. Гэри (штат Индиана), принадлежащего U.S. Steel Corporation, строительством Днепрогэса занимались американская инженерно-строительная фирма Cooper Engineering Company и германская компания Siemens, управлением Московским ГПЗ № 1 занимался шведский SKF, который принадлежал Валленбергам.