Научная фантастика. Возрождение - Иган Грег - Страница 187

Был день. Порядочный холод, ниже нуля… но в январе в Такламакане не бывает теплее. Пит вздохнул, отряхнул колени и локти от песка, потянулся. Уборка — самая тяжелая часть в работе градолазов, потому что ею приходится заниматься, когда запал уже прошел. Паук протянул Катринко конец волоконно-оптического кабеля, чтобы общаться, не пользуясь рацией и не снимая масок. Подождал, пока бесполая подключится, и спросил через микрофон:

— Ну что, возвращаемся к глайдеру?

Катринко удивленно взглянула на напарника:

— С какой стати?

— Послушай, Тринк, единственного настоящего шпиона только что похоронили. А мы с тобой были просто у него на подхвате. Задание отменяется.

— Но мы же ищем громадную секретную ракетную базу, так ведь?

— Ну да, конечно…

— Мы же должны найти высокотехнологичный комплекс, вломиться туда, записать всю секретную информацию, не известную никому, кроме китайских бонз высшего эшелона! Дружище, это же не задание, а конфетка!

Пит вздохнул:

— Признаю, задачка любопытная, не всякому по зубам. Но я уже староват, Тринк, и предпочитаю не славу, а деньги.

Катринко рассмеялась:

— Но, Пит, пойми, это же звездолет! Может быть, там целая флотилия, разработки китайских шпионов и японских инженеров, припрятанные в пустыне!

Пит покачал головой:

— Бред сивой кобылы. Придумано нашим летуном, чтобы получить грант и новое назначение. Заскучал, сидя у себя за столом в подвале.

Катринко скрестила на груди гибкие жилистые руки:

— Пит, ты видел те же материалы, что и я! Спутниковые снимки, схемы транспортных потоков… Люди из Сферы задумали что-то серьезное!

Пит огляделся. Их спор под мрачным, запыленным небом среди глыб отшлифованного песком сланца казался невыносимо нереальным.

— Ну хорошо, согласен. Когда-то здесь действительно построили серьезный объект, но вряд ли рассказ подполковника заслуживает доверия.

— А что в нем такого уж невероятного? У русских еще сто лет назад была ракетная база в пустыне. В американских пустынях тоже полно секретной военной фигни и космодромов, а теперь в эту игру ввязались ребята из Азиатской Сферы. Все сходится.

— Нет, ничего не сходится. Сейчас космическая гонка никакого отношения к космическим кораблям не имеет. Чтобы долететь до ближайшей звезды, понадобится четыреста лет. Никто не станет финансировать масштабный военный проект с окупаемостью на четыре века. По крайней мере хитрые, повернутые на военной экономике азиаты точно решат не вписываться.

— Но что-то здесь все равно строится! Пит, послушай: нам нужно лишь разыскать комплекс, залезть внутрь и задокументировать какую-нибудь ерунду! Мы справимся, таким, как мы, не нужен начальник из федералов: мы и сами способны прокрасться в строение и сделать снимки! Это же наша работа, наш хлеб!

Подростковый азарт напарницы растрогал Пита. Катринко оказалась наделенной духом истинного паука-градолаза. Но все-таки ему было пятьдесят два, а значит, придется хотя бы изобразить благоразумие.

— Нужно волочь свои несчастные кости к глайдеру, и поживей! Дернем обратно через Гималаи, из Дели — в Вашингтон туристическим классом. Сольем информацию, расскажем, что с шефом вышло… по-любому, у нас доказательств немерено. Получим от федералов какие-нибудь денежки за сорвавшееся дело, нас попросят не высовываться… Сможем съесть по свиной отбивной.

Катринко упрямо напрягла хрупкие плечи под пузырями бородавчатого изолирующего камуфляжа. Слова Паука ее задели:

— Пит, меня не интересуют свиные отбивные! Мне нужен профессиональный прорыв, ясно? Надоела эта жалкая детская работенка: лазить по сайтам и забираться в офисы мелких боссов! Мне выпал шанс сорвать большой куш!

Питер потер маску затянутыми в перчатку пальцами.

— Пит, я вижу, что ты недоволен. Но ты же уже добился высот, стал градолазом, легендой, мастером!.. Теперь серьезный шанс выпадает и мне, а ты хочешь, чтобы мы закинули наши крючья за плечи!

Пит вскинул руку:

— Постой-ка, этого я не предлагал!

— Но ты же сказал, что уходишь! Оставляешь меня! Тебе даже не интересно, что там!

— Да нет же! — с нажимом произнес Пит. — Ты меня знаешь, Тринк! Я старый градолаз и из игры не выйду! А если и придется уходить, то, как минимум, постараюсь узнать, что именно оставляю!

Теперь темп задавала Катринко. Пит с удовольствием позволил напарнице вести. Продолжать задание без подполковника — дурацкая затея, зато нескучная, да и не такая уж глупая, если сравнить с возвращением домой, в Чаттанугу.

Градолазов, вроде Пита, просто так не отпускали. Однажды Паук все-таки попробовал завязать, пытался изо всех сил. Как раз после того проваленного дельца в Брюсселе. Получил нормальную работу на заводе орнитоптеров Лайла Швейка. Магнат, производивший спортинвентарь для миллионеров, был перед ним в долгу и постарался отплатить по-честному.

Однако слухи о том, что Пит когда-то считался лучшим градолазом, разошлись быстро. Тупорылые работяги, вместе с которыми приходилось трудиться, делали многозначительные намеки. Бывало, просили о так называемом одолжении. Даже пробовали круто наезжать. Оказалось, нормальные люди — это самый большой геморрой.

Питу больше нравилось тусоваться с «шизанутыми». С теми, у кого есть серьезные, глубокие интересы, кто готов полностью посвятить себя делу. А не просто стать мамой или папой, срубить деньжат и окочуриться.

У края гряды Пит и Катринко остановились, чтобы осмотреться. Паук раскрутил катушку с глазом-шпионом на конце и с самой верхней точки дуги, с высоты шестиэтажного дома, сделал панорамный снимок окрестностей.

Соединившись спексами, градолазы изучали изображение. Катринко шевельнула кончиком пальца и выделила участок ниже по склону:

— Вот какой-то след.

— Ты про ту расщелину, что ли?

— Тебе следует почаще бывать на природе, парень. Мы, альпинисты-энтузиасты, называем такие штуки дорогами.

К дороге Пит и Катринко приближались с профессиональной осторожностью. По мощеной ленте обветренных шлакоблоков змеились струйки песка. Ее соорудили из коксованного клинкера, образовавшегося в гигантских городских мусоросжигательных печах. Обитатели Сферы использовали для дорожного строительства материал, из которого давно выжгли всякую ценность.

Когда-то на шлакоблочной трассе было оживленное движение. То там, то тут попадались обрывки шин, глубокие колеи и ямки от столбов, там, где когда-то располагались дорожные знаки или наблюдательные посты…

Напарники шли, держась от дороги на почтительном расстоянии: опасались скрытых камер, проводов-ловушек, противопехотных мин и прочих неприятных сюрпризов.

Привал устроили в сухом русле реки, мост через которую был старательно разобран — остались лишь аккуратные гнезда в дорожном покрытии и схематичная арка в воздухе.

— Самое странное здесь — чистота, — заметил Пит. — Мы ведь на дороге, правильно? Должен же был хоть кто-то бросить пустую пивную банку, ботинок потерять, что ли?

Катринко кивнула:

— Наверное, роботы-строители делали.

— Ну да, кому же еще…

Катринко растопырила пальцы, обтянутые перчатками с шаровидными кончиками:

— Здесь поработала Сфера, а значит, должна была быть орда роботов, правильно? Наверное, так и строили трассу. Роботы ездили, перевозили тонны этого… в общем, того, что на них погрузили. А потом, когда проект закончился, забрали все мало-мальски ценное: будки, мосты — всё подчистую. Аккуратно, как в Сфере и работают… — Катринко обхватила колени руками, задумавшись. — Если найти в пустыне побольше земли и привлечь роботов, труд которых дешев настолько, что и не рассчитаешь, то можно так развернуться…

Да, на инструктажах Катринко времени даром не теряла. Пит повидал немало желающих стать градолазами, некоторых новичков даже сам натаскивал. Но только у Катринко имелись все задатки настоящего мастера: воля, физические данные, стойкий характер и даже мозги. Должно быть, труднее всего Катринко будет не попасть в тюрьму или морг.