Сокол. Трилогия - Посняков Андрей - Страница 187

– Ну, рассказывай!

– Рассказывать? О чем же?

– О том, как докатился до жизни такой? О хозяине своем, о дружках… о девушках…

– О каких еще девушках?! – Привстав, кудрявый сделал попытку дать деру…

Сии жалкие потуги были прекращены фараоном буквально в секунду.

– У-у-у! – Схватившись за правый бок, служка покатился по земле и жалобно завыл.

А что он хотел? Его же ведь по-людски просили… Между прочим, апперкот в печень – тоже хороший удар, действенный.

– Ну! – Максим угрожающе подул на кулак. – Будешь рассказывать?

– Буду… А вы меня потом отпустите?

– А зачем ты нам сдался? Мы ведь не как твой хозяин… Впрочем, это ваши дела. Давай – о девчонках.

Пленник – звали его Тави – поведал немало интересного и, скорее всего, не врал – а чего ему врать-то было? Как и следовало ожидать, его хозяин, купец Сетиур-ка-птах, женский пол не переносил на дух, а рабынь – обязательно светловолосых! – покупал не для себя, а для одного человека, которого ни Тави, ни кто-либо еще из слуг в жизни своей в глаза не видали. Просто девчонок почти сразу после покупки ближе к ночи отводили в одно местечко, к заброшенному оврагу, куда золотари сейчас свозили все городское дерьмо, ибо больше некуда было – осада. Там, у этого оврага, их – рабынь – и бросали, привязав к росшему рядом старому буку. А уж кто их потом отвязывал и что делал – ведомо одним лишь богам.

Такая вот история. Похоже, ничего больше парень и не знал, так что пришлось уж его опустить восвояси.

– Отпускаете?! – обрадовался тот и, поднявшись на ноги, тут же выскочил за ворота.

– Рыбину-то свою забери! – крикнул ему во след Бата.

Куда там!

– Ну и ладно, сами зажарим, – ухмыльнулся Максим. – Он, лобан-то, вкуснющий.

– Да уж. – Бата плотоядно облизнулся. – Только надобно бы его того, побыстрее зажарить, а то как бы не завонял в жару-то.

– Зажарь, зажарь…

Фараон быстро соображал, от кого он уже слышал об этом дерьмовом овраге. В самом прямом смысле – дерьмовом. Ха! От кого?! Да от злодея Манкасея! Ему ведь было поручено разузнать все о золотарях… Или не ему? Ладно, придется навестить и Хаемхата с Медоем. Давненько не виделись! Впрочем, а зачем навещать? Лучше их в гости позвать – угощение есть, вино тоже найдется. Хотя… зачем привлекать к себе излишнее внимание соседей? Да и времени – не вагон.

– Отнесешь лобана Медою, – подумав, приказал Максим. – Скажешь, чтоб к вечеру зажарил, мы придем. Заодно спросишь про золотарей и овраг. А я навещу Манкасея… спрошу кое-что… Там, у оврага, и встретимся.

– Как скажешь, мой господин, – почтительно поклонился Бата.

Максим предполагал, что в пещере мага – точнее сказать, в лаборатории – должна быть какая-то вентиляция, вытяжка, скорее всего располагавшаяся где-то на возвышении, на холме, иначе бы при разливе Нила пещеру бы просто залило. Также предполагалось, что вентиляция, скорее всего, должна была охраняться… Однако никакой охраны Макс с Батой не заметили, как ни старались, хотя обследовали все окрестности зловонного оврага.

– Что мы ищем, мой господин? – сразу же поинтересовался Бата.

– Отверстия в холме. Ямы. Глубокие, без дна.

– Не думаю, что мы их сегодня найдем, – вон тут какие кругом заросли, а ведь уже совсем скоро стемнеет.

Мальчишка был прав. По обеим краям оврага росли густые колючие кусты, переплетавшиеся друг с другом почти в непроходимую изгородь, сквозь которую весьма трудно было бы пробираться… весьма трудно… Вот если бы были собаки… Собаки… Собаки!

Максим махнул рукой и негромко сказал:

– Нюхай, Бата!

– Нюхать?!

– Ну да! Ты же знаешь, как пахнет земляное масло и сера.

– Знаю, мой господин.

Молодой фараон и сам принялся водить носом, как хороший пес. Дело осложнялось тем, что лежащий у самых ног овражек испускал жуткое зловоние, напрочь перекрывая все остальные запахи, даже если б таковые тут и имелись. Пришлось встать по ветру… И снова принюхаться…

– Кажется, здесь, господин! – тихо позвал Бата. – Во-он там, за терновником.

Максим опустился на колени и раздвинул ветки… Ну точно, пахло! Серой и еще чем-то таким, специфическим.

Принюхиваясь, молодой человек прополз вперед, чувствуя позади дыхание своего верного спутника. Вот вроде какая-то яма… Нет, не то… А вот там…

Даже жаром пахнуло! Вернее – полыхнуло, едва не обжег лицо!

Ну, вот оно… Вот! Жар! Нестерпимый жар!

Максим осторожно заглянул, увидев на дне узкого лаза угасающие отблески багрового подземного пламени.

Да! Это она и есть. Пещера!

– Уходим, Бата. Как можно незаметнее. К завтрашнему дню нам нужно раздобыть веревки… и смолистые факелы.

– Сделаю, господин.

– Эх, еще бы верных людей… Не хочется впутывать в такое дело Хаемхата с Медоем, да, видно, придется.

Достигнув цели, искатели повеселели и направились ближе к дому. Прошли мимо старой каменоломни, у ворот которой уже стоял часовой, и, не сговариваясь, свернули к площади, той самой, маленькой уютной площади, где росли цветы и выступали девушки-акробатки. И не по пути ведь совсем было! Тем не менее…

– У них сегодня последнее выступление, – в ожидании представления шептался народ. – Старик Зарема разорился и вынужден продать своих дев!

– А кому продает?

– Какому-то богатому купчине.

– Везет же купчине!

– Богатым всегда везет.

Девушки появились, как всегда, под выбиваемый бубном ритм и нежную мелодию флейты. Стройные, светловолосые, гибкие. Поклонились публике. Одна – Заира – сразу же вскочила на плечи подружке и принялась жонглировать. Сначала – шариками, потом – зажженными факелами. Ловко у нее выходило… Старалась.

Как ни странно, девчонки вовсе не выглядели удрученными, улыбались, раскланивались, даже иногда смеялись. Впрочем, если разобраться, чего тут странного? Их будущий хозяин, естественно, знал, кого покупает, и, конечно же, намеревался использовать девушек точно так же, как сейчас использовал их старик Зарема. А как же еще-то? Как выгодней! А выгодней – именно так, акробатками, раз уж девчонки это умеют, да еще как!

Именно так, скорее всего, и рассуждали Заира с Татой, ничуть не сомневаясь, что и при любом хозяине будут заниматься своим любимым делом.

Эх, если б они знали!

Вообще-то, если порассуждать, эти девчонки вовсе не нужны были теперь Максу – ведь лаз в пещеру он уже обнаружил, и теперь осталось только хорошенько обмозговать, что делать дальше. А девушки… что девушки? Мало ли на свете несчастных рабынь? Всем не поможешь… Но вот этим… Достаточно просто предупредить, чтобы… что? Чтобы бежали? Где-нибудь укрылись, спрятались… если, конечно, есть где…

Предупредить, да…

Нет!!!

Не успели! Краем глаза Максим вдруг заметил четырех воинов и двух смазливых парней – слуг купца Сетиур-ка-птаха. Ага… явились уже за товаром. Не рано ли?

– Твари! – громко выругались рядом.

Макс повернул голову, увидев невдалеке от себя здоровенного курчавого парнягу с руками как клещи. На парняге был надет кожаный фартук кузнеца или молотобойца.

– Красиво жонглируют девушки, – подмигнул ему Максим. – Жаль, больше мы их тут не увидим.

– Не увидим? – Здоровяк угрожающе наклонил голову, словно бык перед тем, как вздеть кого-нибудь на рога. – Это почему же не увидим?

– Потому. Разные слухи ходят.

По понятным причинам юному фараону сейчас совсем не хотелось дискуссий, да и вообще, он вовсе не собирался привлекать к себе чье бы то ни было внимание. Однако парняге, похоже, на это было наплевать!

– А ну-ка, идем! – Он вытянул руку, явно собираясь ухватить Макса за плечо.

Не на того нарвался!

Крикнув: «Бата, уходим!» – молодой человек нырнул в толпу. Позади послышались крики – молотобоец приперся сюда не один, а с дружками. Ну конечно же!

– А ну-ка надерем задницу этим шарданам! – расталкивая народ, громко заорал здоровяк. – В следующий раз будут знать, как каркать, словно вороны! Табулай, бросай свою флейту и давай с нами!